Финт ушами7 (Взрослые)

То всплакну, то рассмеюсь, Неуклюжую себя То жалею,то ругаю, То вдруг плюну, разозлюсь. Ну и пусть! 51

Владимир Гуляев Однажды, глухо, за овином *** Однажды, глухо, за овином Послышался мне \"Ух\" совиный. Не может быть! Да и откуда Сове здесь взяться - это чудо! За угол, робко, заглянул овина. - Что за дела, какая чертовщина? Из заросли крапивы смотрел глаз, Хозяин глаза был чумаз. 52

Вообще-то, я из смелого десятка, Но здесь, вдруг, зачесалась пятка, Мурашки побежали по спине, Признаться стыдно - стало страшно мне. И мысль первая пришла: бежать Домой и сразу под кровать! Закрыть надёжно на замок, Свой детский мир, как теремок! Я так и не узнал, чей \"Ух\" был из крапивы! Возможно, лешего! Или другого \"Дива\"... ...................................................... С улыбкой вспоминаем случаи из детства, Воспоминанья наши рядом - по соседству. 53

Светлана Кинарская Море песню мою слышит Просыпаюсь, море манит, И к себе оно зовёт, Солнце сладко досыпает, Утро скоро к нам придёт! Я на берегу в панаме, Дует свежий ветерок, И босой, спросонок пьяный, А на пляже никого! 54

Волны катятся мне в ноги, Брызжут в сонное лицо! С головы до пят счастливый, Здравствуй, утро! Хорошо! Ждать бессмысленно ответа, Улетели ввысь слова, Вдруг отчётливо, я слышу, У-у-у! О-о-о-о! Мне ответили, наверно, Голубые небеса, Захотелось петь, смеяться, Я закрыл на миг глаза. Приготовился к вокалу, И запел так высоко, Дома так не получалось, Ноты стал я брать легко! Я не верил, наконец-то, Вдруг исполнилась мечта, Я пою, и слышит вечность, Море, небо, острова! Я забыл про всё на свете, Продолжал бы целый день, Только голос вдруг услышал, Может, хватит? Слышишь? Эй! Не советую, дружище! Ну, чего же ты орешь?! Напугала твоя песня Тех, кто сладко спит ещё. 55

Посмотри вокруг, послушай, Как прекрасно на заре, Небо дружно с синим морем Улыбаются тебе! Вот волна слегка вздохнула, Гальку тронула рукой, Унося песчинки в море, Там на дне свой мир, покой! Чайки, жадные до рыбы, Вносят крик свой в тишину, Я подумал, что со мною? Может, я с ума схожу? Слышал, может быть такое, Я, конечно, обомлел, Открывать глаза боялся И взволнованный присел. Что застыл?! Вдруг кто-то громко Мне на ухо прокричал, Не тревожь сегодня утро, Час премьеры не настал! Дай природе насладиться, В тишине прекрасных вод, Я открыл глаза и вижу, Рядом дед, он с ноготок! С бородой, в рубахе длинной, Тоже, как и я, босой, Но такой прозрачный очень, Словно рыба под водой. 56

Делать нужно то, что можешь, А тебе, дружок, не петь, Наступил на ухо в детстве Надо полагать медведь! И исчез, как испарился, Словно не было его, Может, царь морской явился В этом образе ко мне! 57

Марина Абраменко Дом учёных В тридевятом царстве В кристальном государстве, Где летают птицы Огромной высоты И цветут сады Вечной красоты. Дом стоит на бугорке, Светится весь в серебре. Окна отражают свет алмаза, С переливом как у топаза. В нём учёные живут, Измеряют чей-то труд. 58

То пробирочку болтают, Воду с океана проверяют, И частицы кода получают. А то вовсе гелий изучают, Где нейтроны сплетены, Где протоны влюблены, Как вдвоём соединились, Зачем в атоме сдружились. Тайн раскрыть хотят так много, Время им всегда подмога. Только вот рублей не много. Телеграммы шлют друзьям- Помогите на бальзам, Нектар бессмертия желаем, Жизнь лет на пятьсот продляем, Чтобы старость вспять отправить, День Рожденье молодости справить! 59

Павел Козлов Только трезвый будет счастлив Как-то парень шёл с работы, Поскользнулся и упал, Потерял сознанье вскоре, А очнулся он уж в доме, Странным всё казалось в нём! Что за дом, и звуки, шелест, Смех какой-то не такой, 60

Раздавался отовсюду, Заревел аккордеон! Сам себе играет что-то, То ли блюз, то ли шансон, Он подумал: \"Может глюки?\" И потряс своей башкой! Нет, не глюки, а реальность, Как-то страшно стало вдруг, Но сидеть на месте хуже, Чем исследовать сей дом! И пошёл по коридору, Будто бы на смертный бой, Разорвав рубаху гордо, крикнул: \"Я ж не трус, скорей герой! Кто здесь, выходи-ка быстро! А ни то как разозлюсь, Выбью дурь всю, Приведу всех в чувство, Не шутите вы со мной! Я простой, рабочий парень, Слесарь пятого звена, Если надо, как ударю, Зазвенит вдруг голова!\" 61

А в ответ какой-то голос, Отвечал ему такой: -Эй, салага, не смеши-ка, Как увидишь, так замрёшь! -Кто салага, я салага? Эй чудак, ну покажись, Вот сейчас мы разберёмся, Поболтаем здесь за жизнь! После слов вот этих сразу, Вышло чудо на дуэль, Была страшная мордашка, Мерзкий и зелёный змей! -Ты со мной решил бодаться? Отвечал он пареньку, -Ведь меня не удавалось, Победить здесь никому! Парень громко рассмеялся, -Ты не знаешь моих сил, Я тебя возьму заразу, Размозжу, сотру здесь в пыль! Ну давай-ка, наливай-ка, Мы посмотрим, кто кого! 62

Взял чекушку, выпил залпом, Закружилась голова, А зелёный рассмеялся, и спросил: -Может ещё? -Ну а что ж, не выпить с другом! Отвечал лихой храбрец, Рюмка к рюмке, литр к литру, Пил и пил, без меры всё! Победил его зелёный, Быстро скрылся за углом! Прошёл час, другой, проснулся, Разболелась голова, -Где ты, змей проклятый, гнусный? А в ответ вновь голоса! -Он ушёл, его здесь нету, Но зато, есть я, красА, Появлюсь сейчас внезапно, И вскружится голова! -Ой, не трать ты своё время! Отвечал лихой храбрец, -Я люблю жену Елену, Для меня ты просто спесь! 63

Рассмеялся голос тонкий, отвечал: -Ну что ж, держись, Я иду к тебе мой милый, Поболтаем мы про жизнь! Вышла девица прекрасна, И вскружила молодца, Он забыл свою Елену, Разлюбил её, как жаль! Понимаете, что было, Все мы взрослые уже, После той, блудной картины, Девица ушла к себе! А лихой парнишка вскоре, Рухнул в коридоре том, Хорошо провёл он время, В странном домике таком! \"Я б остался здесь навеки\", Вдруг подумалось ему, \"Подружился бы с зелёным, Мы болтали бы про жизнь... Что за запах не привычный, Резкий, мерзкий, аж бодрит, Я теряю дом престранный, 64

Солнце яркое слепИт!\" \"Будет жить\", сказал им фельдшер, Той толпе, что собралась, \"Разойдитесь же вы люди, Он ведь пьян, какой обман!\" Так и понял, парень-слесарь, Что привиделось ему, Страсть лихая, змей зелёный, От удара головой! А толпа не унималась, \"Вот чудак, всё пьёт и пьёт, Сколько можно, эй парнишка, Опозориться могёшь!\" Встал храбрец и отряхнулся, И пошёл шатаясь вдаль, Понял, повезло немножко, Мог упасть, уже не встать! А мораль сего рассказа, Вам ребята я скажу... Только трезвый будет счастлив! Только так можно любить! Только так ты будешь мужем, Верным, сильным и родным! 65

Светлана Рожкова Земная ось Дом – аттракцион Что творят на белом свете Эти белые медведи, Раскружили ось земли – В море тонут корабли, Пропадают самолёты, С неба падают пилоты; На дорогах гололёд, Даже летом, круглый год! Не проедешь, не пройдёшь, Гибнут люди не за грош! В телевизоре ведущий День отчитывал грядущий! 66

- Маня! Глянь! Что началось! Откопали где-то ось! В перекрёстках на ветрах Нет на них Виссариона, ВладимИров и Петра! Мало небо баламутят, Раскачали небосвод! Пропадают нынче люди, И уже который год! Так на этой на оси! Божьей милости проси! Дом открыт – аттракцион! Виден только с неба он! Запускают парашют, С крыши залп потом дают, Приземлился, значит, Пожелай удачи! И охотников не счесть – Не бесплатно! Деньги есть! Нет ума иначе! Кто вернулся, рассказали, Что в дому они видали – Он как городской вокзал, Где билет не заказал! Ни о чём не беспокоясь, От отчаянья, видать, Люди прыгают под поезд, Или в поезд – не узнать! Это уж как повезёт! И найдётся идиот! Как пить дать! И даже с бабой Прыгнет с неба в чёртов ад! 67

Можно вылезти на марсе, Дом - как чёрная дыра. Из окошка типа: «Здрасьте! Всем земной гип-гип-ура! Марсиане вас от счастья Примут сразу «на гора»! Небо посулят в алмазах! НЛО в сваровских стразах! И ещё чего-то сразу! Если не грозит тюрьма И какая-то зараза! Вот такая кутерьма! Просто «кроличья нора», Ты же помнишь, как Алиса В зазеркалье побывала? Ну, давай уже садись, Оставляй свои дела! - Это сколько будет драйва? Если прыгнуть нам вдвоём? - А тебя что, не устраивает Так, как мы с тобой живём? - А там что, всё по-другому? - По-другому в смысле что? Дом живёт своим законом, Нам зачем нужно оно? Я сказать, подозреваю, Что реклама всё одна, Не бывает, чтоб такое Знала лишь одна страна! Тут бы НАТО и ООН Лезли бы со всех сторон, Лез бы весь Евросоюз – Тут не утка даже – гусь! 68

- А зачем меня позвал? Подразнить? Большой вокзал! Вечно нету этих денег! Путешествуют же люди! - Был бы я, когда бездельник! Или президент, как Путин; Если был бы парашют, - Вот же дёрнул меня шут Рассказать о доме бабе! Ладно, будет Вам не тут! Но тогда не плачься маме! Что на титьках стропы жмут! Был бы дом – большим секретом, Если бы не бабки, Нагревает кто-то где-то По - большому лапки! Маня с мужем с парашютом Прыгают с вертушки, Это круче, чем маршрутом С горки на ватрушке! - А-а-а! - Ну, что же ты орёшь! Мы уже на крыше! Не ори хотя бы тут! Иль ори потише! - Толь, а ты ракеты взял? - Прилунились, Маня! Посмотри ракетницу в рюкзаке, в кармане! - Ой, а как мы в дом войдём? - С чердака, как будто! - Толь! А как любится-то, вдруг тут многолюдно? Дали залп! Вошли во чрево! То ль направо, то ль налево? 69

И, конечно, Толя - первым! - Вас! Как кошек запускать следует вначале! Взбаламутят и хотят, чтобы их встречали?! Дом как дом, есть интернет! Что там врут про белый свет? Кухня – газ с плитой – готовь! Кушать ведь захочется! Впереди любовь – морковь! Или муки творчества! «В холодильнике – припаса! Разве только нету кваса! Сервелат, халва, сгущёнка! Оливье и холодец! И чего ещё готовить? Этот дом – да он дворец!! - Вынимай, всё без оглядки! Дом меняет всё по ходу, Как маман твоя перчатки, Настроенье и погоду! - Уж ты скажешь, вас послушать Виновата лишь маман! Ну, садись, давай, покушать, Не пихнёшь салат в карман! - Смех и грех! Уж не напиться? Оплатили парашют, чтобы кушать и любиться! Куршавель, чем вам не тут? - Хорошо б вздремнуть часок! Видно только деньги тянут! Хорошо хотя бы то, Что накрыли нам поляну! 70

Вот поели, в зал зашли И кровать себе нашли! Отдохнули с толком Машенька и Толька! Да и после разугрева, И величия страстей Посмотреть не плохо ТиВи И послушать новостей! И экран нашли со стену, Словно это кинозал, Пультом щёлкал муж, и верно, Что-нибудь да заказал! - Передач со всех каналов! Успевай переключать! Видят странностей немало, Ни бельмеса не понять! Глянул бык на них с экрана, Пригрозил топориком, Толик погрозил стаканом, Машенька – половником! Бык в ответ захохотал! И себе налил бокал! Поднял тост, мол надо дринкнуть! За знакомство, за контакт! Не успела Машка пикнуть, Бык сошёл за просто так, Со стены квартиры в спальню – То ж не бык! А Минотавр! - «Не почтительно, земляне, в телепорте в стиле «ню»! Впрочем, дрябнем за инстинкты, Хоть обычно я не пью!» 71

Рот открылся, как ворота, Как ангар для самолёта! Для большого бутерброда! Для нехилой шаурмы! (Да и то сказать, в гостях Это не в своих лаптях!) - Не додумалися мы! Что забрались в телепорт! - Вот отчаянный народ! Для начала так сказать, Брод не плохо отыскать, В воду сунувшись по гланды! Где оставили шаланды, И кефали много ль в них? Пилигримы, флибустьеры, моряки миров иных? Я для вас, считай, таможня На границе областей! В нашем доме всё возможно, Хоть не ждал к себе гостей! Вечно зайцы с парашютом С неба падают сюда! Мех на шапку, пух в подушку, Мяско – ценная еда! Шутка! Так себе – дежурная, Без неё, ведь, пропадёшь, Говоришь, жуёшь повторно, Всё же тянет молодёжь, - Безпонтово жить не могут! Подавай всем чудеса! Ищут к счастью путь – дорогу! Вы - то лешим каким - за?.. - Мы – не мы… 72

- Немы? Как странно! Только что весьма забавно Мы общались, но увы, Вы – немы и вы – не вы! - Можно мы пойдём в Россию! - Нет, нельзя! Намылить выю Надобно сначала вам! Ладно, выпьем по сто грамм! В доме мне не одиноко. Но у всех своя дорога! Декларацию заполним – Долг, закон, и честь исполним! Совесть – шаткий ориентир! Всем позволь – и дом в сортир Будет быстро превращён! Честь имею и закон! Долг ведь красен платежом? В этом доме мажардом, И жандарм одновременно! Ну, а ваш-то где же дом? Путь в Россию держим! Верно? - Так в России и живём! - Для чего ж вы из России Добираетесь в Россию Столь окольными путями? Вы - то знаете, хоть, сами? - Я хочу обратно, к маме… - Можно, ну хотя б на треть Этот дом нам осмотреть? - Осмотреть хотя б на треть, А потом слинять в Россию! Что желаете узреть Прежде, чем намылю выю? 73

- Толя, что он всё про вымя? Вишь, быкует на меня? Втащит и не спросит имя, Нет, ведь, дыма, без огня! Эти шуточки коровьи Запрети ему шутить! Мы больны! Мы – не здоровы! Вы должны нас отпустить! - Дура! Выя – значит шея, Слово списано в архив; Минотавр о том не знает, Он и сам, почти, что - миф! Бабы дуры! Им микстуры, Чтобы головы беречь! То у них температуры! То открылась снова течь! В общем, плечи не особо Отягчает голова. Ну, так, как бы, это, чтобы Осмотрелись мы сперва? - Для случайного туриста – Осмотреться пять минут; Вы смотрели тыщ на триста, А другие тоже ждут! В холодильник заглянули?.. И экзотикой любви Насладились, не сморгнули, - Отсмотрели, как могли, Даже взгляды, словно пули, Не смутили вас, не жгли! Ну, и мы вам не мешали За бумажные рубли… 74

А за евро, если будут, - Дам вам лишних пять минут Осмотреться, удивиться, Но скоренько, люди ждут! Тут ждуны такие лица, На подушках! Из столицы! Им на стульях просто так Усидеть нельзя никак! Их работа интересна и видна Платит им за ожиданье вся страна! Стёрты в думах мягкие места! Не спроста подушки с ними! Не спроста! И подружки на высоких каблуках, На вертушках на отдельных в облаках! С парашютом их кидают свысока! Оставляют в нашем доме на века! Коли не сумела услужить И высоким идеалам - будет жить! Есть тут гномья – Таракания страна! Есть Кентаврина, и Кондора одна! Побирушкиных тут странушек не счесть! Среди них Идиллия и Спесь! Есть тут люди с пёсей головой! Зомби - наркошИ– с Полуживой – С полумёртвой адовой тиши! С Алкогольной ниши алкаши! Есть продажных торгашей ряды; Что желаешь отсмотреть сегодня ты? - Ну, такого я и дома посмотрю! Мне чего-нибудь другого, Не хрю-хрю! Посмотреть желалось совесть, долг и честь! - А ещё любовь! И счастье есть! 75

- Есть, конечно, и такой ассортимент! Только, как я на тебя продам билет Самому тебе? За кровные рубли? В зеркале смотреть себя могли! Для чего сбегали в центр земли? Дома ведь любиться бы могли? Ладно… Дам путёвочку одну – На море свози свою жену! В дельфинарий по билету дам, В планетарий, в зимний сад, в музей, и в храм! Всё! Сто грамм дорожных - и прощай! На земле ищи путёвку в рай! С Минотавром спорить не моги! Взявши ноги в руки, всё – беги! Отпустил – на крышу с чердака! Залп - ракетницей! Запомнится в веках! Вертолётик с лестницей – бабах! И упал, винты трепещут – тарарах! - Да, продлится ваша виза – се-ля-ви! Сел на мель большой корабль любви! И издержки мне ещё влетят! Лучше б мне подбросили котят! Проходите снова на чердак! Что стреляешь в свой челнок, чудак? Он был должен вас забрать домой! Вот бардак! Пожалуйте за мной! Доверяют ведь не только лишь в любви! Как оружие доверить вам могли! Запросто развяжут вдруг войну! Это ось Земли! Централ! За вас вину Мне совсем не хочется нести! Дал бы смаху! Господи прости! 76

Сами выбирайте свой приют! А меня ждуны другие ждут! Уф! Я с вами-то уже совсем упрел! Диверсанты! Суки! Беспредел! – Снял вдруг бычью голову с плеча, И утёрся тряпкой сгоряча! - Да, закройте рты уже, враги! Так раззявят, как на пироги! Неустойку платят пусть теперь! Да! Артист я! Человек! Не зверь! - Личиком совсем не так уж плох! - Ты бы лучше выпавшим помог! Взяли на плечи двоих ребят, Понесли с собою в город - сад! - Я б открыл сейчас окно на Марс! - Лучше я тебе открою квас! - На луну хотя бы можно посмотреть? - В телескоп! На половину! Не на треть! Даже более обещанного дам! И опять же, надо выпить. Хоть сто грамм! Эх, устроили вы в небе тарарам! - Что хоть в доме есть? - Да я не знаю сам! Чтоб капусты с простаков срубить, Велено таможенником быть, А для устрашенья новичков, Маски-шоу в шоу простачков! - Так не дом всё это – постановка! - Умная же у тебя головка! Но прошу ввиду иметь! Не советовал соваться и на треть! 77

Думаешь, все запросто вернулись? Если бы! Они нашли пути! Уж не знаю, счастье ль улыбнулось? Или выход просто не найти! Здесь немного, правда, поспокойней, А не то бы встретил вас покойным. Успокоенным на вечные века! Оклемались детки – птицы или как? Всё б летали вы, как ангелы небес, Да в рулетку, видно, выиграл вас бес! Или просто не судьба летать сюда, Подстрелил воробышков балда! Баламут, балбес! Полез в страну чудес! Лучше б по грибы сходили в лес! Скомкал кое-как свой парашют! Лишь бы куш сорвать! Кого попало шлют! Цирк устроил! Выиграл войну! На мильон убытку! Ну и ну! Шут гороховый! Шакал! Нет. Просто шут! Сбрызни с глаз долой! И ты ещё всё тут? Так ругался он, что мы пошли искать В новой спальне новую кровать! Отчего-то утро было новым! Нас никто не крыл волшебным словом! Пел петух за новым за окном! Поливал морковку с репкой гном! Не из лейки, и из шланга брызнул в нас! Смыл весь сон из наших сонных глаз! 78

- Машенька! Совсем я не пойму! Мы не спим с тобою! Почему Видим вновь таинственный эффект! Гном живой? Или в глазах дефект? Засмеялся гном и говорит! Что, пожалуй, тоже он не спит! Надо же! Какой пассажный вид На картине человек стоит! Двигается, прямо как живой! Смыть меня надеялся водой! Да куда там! Только пробудил! Кто же так картину оживил? - Я - картина? И пришёл ответ: «Правильней сказать, Живой портрет!» - Почему ты гном? - Я первый род! Человек пришёл на свет потом! Перейдя границы под замком На оси построенный тайком Дом вертящийся на разные лады, В измерениях иных, туды – сюды, Изменило хромосом набор, Вход вступил естественный отбор, Через линзы мировых подземных вод, Вышел вдруг такой, как ты урод! Извини, ты - дылда, великан! Я обиделся, поймал его в стакан, Перегнувшись запросто в окно, Спрыгнул наземь, как-то стало не смешно! 79

- Хулиган! – кричало существо! – Ты же не картина! Ты – кино! Ты – мираж! И в нашем гномьем мире Человек – болезненный синдром! Я залез опять в окно квартиры, И стакан поставил кверху дном! - Вот когда поправишься, папаша! Первородок, огородный гном! И составишь в жизни счастье наше – И поговорим тогда потом! Гном подумал, на меня подулся! И велел желанья загадать! Раз попался в руки, как продулся – Согласился счастье составлять! - Хочешь ожерелье золотое? Или изумруд с лесной орех? - Изумруды – дело наживное! Нам бы счастье, чтоб одно на всех! - Но такого счастья не бывает! Для себя проси! В свою квартиру! Свою долю от большого каравая! А не то с сумой пойдёшь по миру! Всю планету не отбелишь разом! Кто-то будет громко плакать где-то! - А пускай уйдёт ковид – зараза! И от войн очистится планета! - Я такое не могу! - Неловко Гном заплакал, стало сразу стыдно! - А иди выращивай морковку! Что не можешь – это очевидно! Приподнял стакан, а гном опешил! - Ты какой-то странный, человече! 80

Я, пожалуй, поспешил с ответом! И тебя я счастьем обеспечу! Дудку дал. В его руках - как спичка, А в моих - вдруг выросла в тростинку! Поиграешь – и карман с наличкой! Береги, как хрупкую пластинку! Спрыгнул из окна в свой огород! И ругнулся: «Вот пошёл народ! Им брильянты с золотом сулишь! Знаешь, что в кармане только шиш! Им планету чистить подавай! А засрут и свой родной сарай! Наведи порядок в голове! И считай тогда, что стало – две! - Два ума. Конечно. Это сила! Постоянно мне перечит милая! Только что-то милая молчит? Оглянулся, а она мычит! Минотавра, что ли, вспомнила с утра? Что за «на фиг»? Новая игра? - Ты, меня разыгрывать взялась? Головой мотает. Вот напасть! - К маме хочешь? – Положительный ответ. - А язык что, проглотила?.. Нет? Языка нет? - Открывает рот! Тычет пальцем в гномов огород! Гном лишил родную языка! Чтобы не ругала мужика! - Эй, вернись, гном перво-огородник! Первородный, этот, самородок! 81

Для чего лишил жену ты речи? - Сам сказал, что милая перечит! - Ну-ка, гном! В обратку всё верни! Что скажу я всей её родне? Мама съест живьём меня под вечер? - Может быть, лишить и маму речи? - Эй, шутить не буду, говорю, Чучело, тебе я, а не пню! Забирай дуду, но чтоб, старик Речь, язык вернулись в тот же миг! - Как бы мог следить ты за своей! Не было бы чучелов и пней, Не пропал язык у жинки и родни! Будь по-твоему, приснилось всё! Усни! – Щёлкнул пальцем! И исчез куда-то сам! С огородом, с домом – садом! Ам! С репой и морковью, с прочей хренью! Есть предел народному терпенью Ну, СадОм! С ГомОррою притом! Ни ногой я больше в этот дом! Геморрой нажить, чесотку с грыжей! Я из дома с жинкой чудом вышел! - Что не хочешь спрыгнуть с парашютом? - Хочешь оливье? Любое блюдо Приготовлю! Только попроси! Но не прыгать – Господи, спаси! И зачем нашли земную ось? Как бы всем теперь вертеться не пришлось! - Виноваты белые медведи! НАТО, США и все соседи! Кстати, ты не видела тростинку? Дудочку, как хрупкая пластинка? 82

- Неужели, думаешь сыграть? Ну, сыграй! Я буду подпевать! - Заиграл мужик в дуду! В жизни счастье я найду! Ведь когда играю сам, Музыку дарю и вам! Ведь, когда я счастлив сам! Счастье я дарю и вам!.. - Маша! Мир совсем не так уж плох! И сегодня день ещё хороший! - Тут в кармане, как забыть я мог? – Завалялись кой-какие гроши! - То есть? Я сегодня всё стирала! Так, постой!.. Тут дудочка играла! Выстрел наш совсем не холостой! Может быть, начнёшь играть сначала? - Я играю - ай, лю-ли! На дуде – на дудочке! Я женился по любви На счастливой дурочке! Я играю, та плясать, Да и петь случается; А скрипучая кровать По ночам ломается! - Спел про счастье, о любви, А теперь карман смотри! Посмотрел – и впрямь наш гном С шуткой, с юмором знаком, 83

С пятихаткою - заначкой Вынул я гандомов пачку! В кулаке зажал и прячу, Но разжала та кулак: «Дудка действует, иначе Объяснить нельзя никак!» - Это точно! – говорю, - Гном-то вовсе не «хрю-хрю»! Гнома надо нам позвать В гости в День рождения! Только маме добрый зять Выразит почтение! Заиграла вновь дуда: «Приходите к нам сюда Гостем в день рождение! Приглашает вас Балда - Дылда с уважением! Вам отдельный инструмент С кукольной посуды! И пирог, как комплимент Нашей мамы Люды!» - Толя! Глянь! С мышиной норки, Отодвинув хлеба корку, Храбро смотрит на людей Их знакомый чародей! Малый человечек В колпачке цветном! Хорошо знакомый Огородный гном! Помахал рукою! - 84

«Буду в День рожденье! А для мамы Люды Напеку печенья! Только чур подальше Кошек и собак! Мне мышей хватает с крысами Вот так!» - И провёл по горлу! Догадайтесь сами, Типа, сыт дрессировать коготки с усами! «Ну, сыграй, покуда я вас всех терплю! И налейте молока! Я его люблю!» Заиграла дудка: «Чуду место есть! Дорогому гостю – наш почёт и честь!» - Подают в напёрстке гному молока! От ватрушки плюшку - с творогом бока! - «Не смотри, что дылда, – чистая душа! И подруга Маша тоже хороша! Будет вам и репа, будет и морковь! Всё поспеет летом! Свет вам да любовь!» И исчез проказник, словно не бывал! - Знаешь, Маша, к чуду я б не привыкал! Не иначе чудо – очень редкий гость! - Толь, играй на дудке – остальное брось! Будто в сказке в буднях, счастливы вдвоём! Только слышат люди: «Толь, играй! Споём?» 85

86

Светлана Рожкова А в центре - говорящий алмаз! Предание об откровении передавалось ему с поколениями предков, ему предшествующих. Где-то в центре огромного дома – лабиринта должен был находиться говорящий алмаз, который сможет передать ему великую тайну дома, из которого нет выхода. Дом, имея несколько ярусов, менял расположение комнат, и новообразованные переходы могли привести куда – угодно, но только не наружу, хотя по легенде, он точно помнил, должно было быть из него семь входов – выходов, два из которых запечатаны, а пять - открыты для проникновения; но никто доселе не проходил снаружи в дом, потому что есть препятствия и тайные ловушки, которые не позволят чужому пройти через них. Очень малая вероятность того исчислялась в мизерных сотых долях от процента. Можно было бесконечно блуждать по комнатам его, и коридорам, и ловить эмпатические передачи – неслышимые голоса, находя в них пищу для ума и сердца; тогда как желудку 87

дом, чем был богат, тем и рад был услужить! В его питательных трубопроводных коммуникациях – животворных жилах, всегда струилась суспензия, которая заменяла еду и питьё, словно молоко матери, поддерживая, питая, и так насыщая своих постояльцев. Когда коридоры его и комнаты перестанут приходить в движение – это будет означать лишь одно – дом умер. Поэтому, помня о том, и блуждая по нему, следовало радоваться, что всё устроено так, как устроено, что дом живёт, меняясь сам, и меняя духовные смыслы, эмпатически тебе передающиеся. Так тебя воспитывали, так всё и шло своим чередом. Итак, что он нам готов был преподнести сегодня, наш мудрый дом? – «Не пищей единой…» - так уж устроен человек, что знать ему надобно все замыслы воображения, рождающиеся в глубинных слоях дома – лабиринта, ведущего со своими домочадцами откровенные передачи мыслетворчества. Хорошо, если получится с кем- то поделиться; сегодня откровения дома выбивают их колеи. Невозможно бродить постоянно, выискивая зоны комфорта. Так уж устроена психология иждивенца, что ему всегда хочется знать, а что за поворотом? А там звучат мелодии вальса, и силуэты мужчин и женщин ритмично двигаются в такт музыки – и тебе тоже хочется пританцовывать! Напевать нечто лёгкое и изящное! Говорить красивые слова! И чем больше поддаёшься настроенью – тем больше увлекаешься, веришь себе, впадая в «эйфорию и прелесть»! Не прельщаться! – Как мог он забыть основной постулат проживающего в живом доме – лабиринте. Это прямой путь сойти с ума, или с орбиты, ведь ты несёшься в своём пространстве духа по эллипсу лабиринта, стремясь к центру, словно некая центробежная сила затягивает тебя в 88

круговорот, и ты знаешь, что скоро стремнина проглотит. И ты «пан или пропал» - окажешься у заветного алмаза, который раскроет перед тобой тайны мироздания, грозящие унести в пучину безумия неподготовленный неразвившийся разум. Минотавру было легче. Им владели инстинкты. Он хорошо изучил свой лабиринт. Сердобольные греки поддерживали его аппетиты, снабжая самыми красивыми и сильными девушками и юношами. Даже зная выходы и входы, ему незачем было покидать свои катакомбы. Да и рисуют его на древних картинках не с голыми руками, а с топориком для рубки человеческого мяса, кажется, называя его секирой. А тут просто идёшь, правя к центру – где он, этот алмаз заповедный, упрятан, - и чувствуешь, что на тебя находит, захлёстывает фонтан чужих эмоций – спасайся, кто может! И ты тут не устоишь, потому что, кажется, что за тобой бегут, как стая крыс – переростков недавно, мутанто-образное отродье недочеловеков – карлы бородатые на мелких семенящих ножках. Они готовы вцепиться тебе в загривок, и тянуть спинномозговую жидкость эликсиром бессмертия, волшебным коктейлем из канала в точке, где сходятся шейные позвонки со спинным мозгом. Ты зримо видишь картину светопредставления, где такие же несчастные вынужденно спасаются бегством, и кое-кто, не совладав с паникой, бросается не в том направлении, и попадает под ударную волну бородатых карлов. Теперь он вынужден на собственном загривке нести паразитов, повелевающих его желаниями и эмоциями, ибо паразиты, общенаучно известно, являются высшей формой жизни. Это ли самая жестокая несправедливость? А нас говорили, что у руля самые лучшие избранники народа. Разве не должны управлять нашими стремлениями и помыслами божественно – прекрасные сущности. А собственно, откуда 89

я взял, что нами кто-то должен управлять? Разве я сам не в состоянии взять ответственность за собственные побуждения и страхи? А где, кстати, уверенность, что карлы не есть те самые страхи, которых мы в стремлении избежать, цепляем себе на загривок, бильярдными шарами заталкиваем на задворки сознания. Кто поручиться ,что за моей спиной не устроилась пара – другая пирующих паразитов, радующаяся, что оболванила меня, кажущимся успешным спасением. И я читаю – читаю: «Отче наш…» в желании удостовериться, что это только мои подозрения, а на самом деле я свободен, и могу двигаться в любом направлении дома – лабиринта. А не только повинуясь молчаливым указаниям и стрелкам – указателям, расставленным вдоль гладко обтёсанной стенной кладки с узорными петроглифами на них. Я думаю, что они должны обладать смыслом и энергетикой силы – той или иной. Помня, что нет однозначно хорошего и плохого, пытаюсь угадать, что ждёт меня за новым виражом. Желая поломать схему продвижения к круговороту, иду по косой, перелезая через дыры резной кладки, или по верхнему ярусу стен, и в изнеможении от желания понять лабиринт, цепенею, замирая испуганным птенцом – авось, хитрый лис не найдёт меня; так проходит ночь! И вновь с утра, утолив жажду и голод из несущих суспензию артерий - коммуникаций дома, я уже в предвкушении новых могучих эманаций его, повинуясь неразгаданному алгоритму, стремлюсь по кольцевой к центру лабиринта. Там, похоже, помощь голодающим, гуманитарная бесплатная раздача блестящего стразами тряпья и прочего секонд-хенда. С руками, стремящихся туда граждан, готовы оторвать, лишь бы в свою пользу, выброшенный дефицит, сминая на своём пути всех 90

пришедшихся, но что это? На площадь с гуманитарным грузом выходит аллозавр, сопровождаемый мелкими рапторексами, сципиониксами и компсогнатами для которых дефицитом являетесь вы сами, и народ, только что, рвущийся вперёд к раздаче, также дружно побросав нелегко в бою доставшееся барахло, удирает в другую сторону. Вот тебе и чуть не попал под раздачу. Если бы ни желание поломать алгоритм, был бы в первых рядах съеденных, живьём проглоченных… как полезно приходить иногда к «шапочному разбору». Всей толпой удираем, куда глядят глаза, куда несут ноги. Но монстры отошедших времён также резво догоняют народ. Удирающая добыча – это так соблазнительно. Это подогревает, возбуждает зверский аппетит у зверюг. И вновь я в желании противопоставить своё движение массе, просто меняю алгоритм его. Теперь я не бегун на длинные дистанции, а сошедший с тропы дезертир, перелезший через стенку – одну, другую, третью… я ловлю новую волну, и зарываюсь в её успокоительную музыку. Здесь неожиданныим образом проступает на первый план забота о детстве, не о детях. Как таковых, а именно о детстве: «Прекрасное время, пора золотая, твоих не воротишь минут… мальчишка другой и девчонка другая…», но проявить вдруг заботу в память о своём детстве бывает так приятно, стать большим и благодушным, мягким и пушистым. Тенденция, однако. А ещё взять для примера из Африки какого-нибудь страдающего, хотел сказать, негритёнка, но это было бы не поллиткорректно, тогда – афроамериканца, мулата в память об Александре Сергеевиче, дать показательно образование небольшое, чтоб до двадцати считал и имя своё мог написать, а вот в живописи пусть изощряется. Это даже интересно, маленький мулатик пишет картины из жизни Африки, 91

загадочного континента, с жирафами. Экзотично! Да пусть он ещё письмо мира президенту напишет, неважно даже какому, лишь бы главнюку. И умиляться часами. И передачи вокруг этого накручивать. Странно, что от Африки до Европы водяной перешеек в двенадцать километров и разделяет, а вот континенты никто соединить мостом не пожелал, хотя в мире столько чудесных мостов построено, протяжённостью гораздо больше, чем несчастных двенадцать километров. А можно ещё подарки на Новый год случайному ребёнку сделать – акцией добра назвать. Ну, хоть с чего-то начать коммунизм строить. А можно было просто сделать доступным детям посещение театров, филармоний, музеев – ведь, так раньше и было, современные политики благодаря старой политике политиками и стали, простите за тавтологию. Теперь это в области легендарного и почти мифического прошлого. И родители детишек могли себе позволить им и образование дать без займов и жидовского мироустройства, и накормить, и одеть, без обращения к звёздам кино и телевидения. Родители сами могли для своих детей волшебниками быть, и детей тому учили. Всё, от благодушия и следа не осталось. Бежать в другое место, где не душит злость за отнятое пионерское детство. Пионер – это следопыт, я в своём лабиринте из коридоров и комнат, равных огромным улицам и зданиям, тоже пенсионер – следопыт. Столько помнит мой дом – город, столькими впечатлениями готов делиться, но я ищу свою волну, лишь бы силой не отбросило в пучину страстей. Перелезаю, перелезаю в дырочки резные, словно на Мачу- Пикчу попал.Что если попробовать двигаться по этим петроглифам, знакам – картинкам – стрелочкам? Кто же ведёт меня единственно правильным маршрутом, какой клад могу найти? Иду по знакам, символам. Вовремя 92

замечаю, оглядываясь, в поисках которых, солдат в полном боевом снаряжении. Что-то не хочется попадаться им навстречу, на всякий случай, даже если они решили поохотиться на динозавров – аллозавра и прочую более мелкую древность, и я им не нужен. Убираюсь с дороги зигзагами, прячусь в нишу, похожую на каменный домик, и музыка других миров навевает сон. Я отключаюсь. Что будет с новым утром? Война? Динозавры? Вирусы? Вертушки сбросят гуманитарный груз – просроченные продукты питания и одежду, секонд-хэнд, поношенную, с чужого плеча, из-за которых стая человеческая будет грызться в желании отхватить получше и побольше. И всё же. всё же опять, повинуясь инстинкту, иду по кольцевой, накручивая новый километраж. А может просто удасться идти по катету – перелезая стены, проникая в дыры, отдыхая в нишах из камня… И там финиш? Ленточка, цветы? Венок и твой Стоунхедж. Печалька… печалька… Но говорящий алмаз должен быть найден! Что же он расскажет мне? Быть может, только то, что семь входов – выходов – это отверстия на голове великана, два из которых замурованы глазными яблоками, а пять отверстий – уши, ноздри, рот. А я - электрон среди других таких же, плутаю в извилинах головного мозга. Живого лабиринта со вновь образующимися связями – возникающими коридорами, и все мы лишь имеем значение, когда вместе, а один ничего не значит. Все передачи, впечатления, всё это трансляция, в которой мы участвуем, неся информацию, воспринимая, передавая по цепочке дальше. И наш город – дом – голова великана – ни одна такая. Таких голов и великанов несметные полчища, и в каждой голове бегают, как и мы, заряды – электроны, подгоняемые эмоциями и впечатлениями? А что же великаны? Как они в своей системе координат существуют? Что их волнует и 93

гнетёт? Кому сдают зачёт и делают подарки? - «На крутых виражах я бегу по спирали, что-то ждёт впереди – не иначе, медали…» 94

Люди - лебеди «В моих открытых дверцах всё время свищут ветры, а дом как лабиринт, каждый раз меняет своё расположение комнат и коридоров, и я вечно что-то ищу, теряю, неожиданно нахожу, или прощаю себе свои потери, ибо в таком доме уследить за всем невозможно…» Ах! Как приятно просыпаться в мурчащем царстве кошек! Они в голове, с бочков и парочка расположилась прямо на спине, приятной тяжестью обволакивая теплом и уютом. Наверняка, в ногах тоже кто-то устроился пушистым одеялком. И всё это мурчит и успокаивает. Так порой дождь, барабанящий в стекло дарит ощущение защищённости и тихого счастья. Так неожиданно уловленный аромат чего-то вкусно – пряного достигает носа и напоминает о радостях жизни для вкусовых рецепторов языка, или волнует ностальгическое настроение по когда-то поймавшем нас приятном моменте жизни, будь то купание в реке, корзина грибов и бидон лесных ягод, коровье парное молоки, пчелиный мёд, 95

сочащийся из восковых сот, цветочные букеты, или что-то другое, ассоциирующееся со счастьем, отдохновением, гармонией души с миром. Так звучащая из автомобиля приятная для слуха музыка берёт в полон на минуту и уносит от суетливых движений в мир мелодий вдохновения и творчества, когда перед мысленным взором встаёт всё то, что так мило сердцу – морской прибой, ласкающий щиколотки ног, тёплый вечер у камина за чашкой чая с лимоном, когда кутаешься в плед не потому, что холодно, а потому, как раз, что уютно, тепло и завораживает пламя, рисуя фантастические образы язычками и всполохами. Не хочется просыпаться! Не хочется просыпа… не хо… - «Мя- яя-ууу!» - высокой нотой на пределе возможностей терпимости для твоих ушных перепонок, только что наслаждавшихся музыкой души, раздаётся где-то совсем близко, и ты вскакиваешь, как ошпаренный! Не иначе тигр ворвался в дом и собрался съесть твоих любимых кошек и тебя самого в придачу! Одна, похоже, сейчас будет съедена и зовёт тебя на помощь! Может, её ещё можно спасти? Тигра в ближайшем окружении не видно, зато эта одна, из твоих ласковых питомцев, голося дурным голосом, возмущённая донельзя, спасаясь от хитрого Тиграна, слишком охочего до чужих прелестей, - всё-таки это кот, а не тигр, - прыгает в панике на книжную полку, потом перебирается на другую. Видимо, не надо его было так называть! С полок падают книги! Ведь он в любовном томлении, рвётся к моей пушистой девочке, прыгает следом за ней, как в костёр - страсти кошачьей. Минут пятнадцать теперь ты потратишь, чтобы запихать их обратно на полки, попутно просматривая обложки, пытаясь уловить интуитивным чутьём, что за сюрпризы жизни приготовил на этот раз тебе твой психоделический дом, в котором сошлись не только все стороны света, но похоже 96

вся изнанка мира, вывернулась лентой Мёбиуса, чтобы тебе не скучалось, и не было одиноко шагать из угла в угол, которых здесь гораздо больше, чем четыре на каждую комнату. Ночью, пока ты делаешь вид, что пытаешься заснуть, и когда-нибудь на самом деле, засыпаешь, дом меняет расположение комнат и коридоров, и ты, как заблудившийся котёнок, тычешься с утра опять и снова, удостоверяясь, что ты ещё живой, и здесь тоже можно жить! В конце концов это не тир, где по тебе стреляют, как по мишени. Не помню где, но я читал, то ли в Америке, то ли в Европе, человек жил именно так. Заваривал чай, читал газету, выпивал по утрам кофе, закусывая бутербродом. Хотя, может быть, я и позабыл детали, и это был какой-нибудь гамбургер или чизбургер. Правда, иногда, закрывшись на ночь в самой безопасной устойчивой к перемещениям комнате, я слышу за дверями шум, который трудно списать на моих кошек. Сам я по натуре незлобивый, и семья у меня тоже добрейшая. Правда, дед, самый старший из нас, любит больше кроликов, на Рождество, мы едим их вместо индейки, которую едят, собственно, опять же, к слову сказать, в Европах и Штатах, и то не все. Но они-то уверены, что раз они едят, так, непременно, весь мир должен поступать также, как они. Им в ум не взять, что они вообще у нас по звукописи ассоциируются с задницей в штанах, да они её к тому же транслируют постоянно в своих ругательных выражениях через фильмы, либо скажут «береги задницу», либо «не потеряй яйца». Можно подумать, что они яйцекладущие как утконосы и ехидны в Австралии. Кстати по ехидству и желанию сунуть нос в чужие дырки они не то, что не уступают, а перегнали и тех, и других. Они, к примеру, считают, что русский Дед Мороз – это пародия на их Санта Клауса, хотя для нас всё обстоит в 97

точности наоборот. А в католической версии подарки по чулкам и носкам прячет Святой Николай Угодник, что лишь бородой того деда и напоминает; странный, в нашем понятии, у них Святой-то, просто извращенец какой-то, конфеты в вонючие носки да стоптанные башмаки пихать! Кто их потом есть-то будет? Так что носки и чулки, башмаки да сапоги там заранее покупают и развешивают (расставляют) на видных местах. Авось в чистые пихнуть догадается. Но проверяют все, даже чужие, в которых гости пришли. А вдруг! Ох, не будем чужие нравы и обычаи трогать. Своих хватает! У нас через трубу Святые не лазают по чужим домам. Поди, представить, как всё на самом деле было, посовестились, вот красиво и насочиняли, как смогли. Не эстетично всё равно получилось. В здравом уме на трезвую голову такого и не вычудишь. Можно ведь и догадаться, как на самом деле было, - залез разбойник, чтобы поживиться, да оплошность случилась, своё потерял. Видели с мешком, чьё барахло стащил не ведали, а присочинили, что свои подарки раздавал! Ну, вернёмся к нашим баранам! То де индейкам, а точнее кроликам! Дед их по-своему любил, мы по-свойски пользовали. Бабушка когда-то кур держала. Но тоже с гастрономическими целями. Потому кошки и ей были ближе, они вовсе без целей приживались. Маман только кошек терпеть не могла. Она цветы разводила. Норовила ими все подоконники заставить. А кошки, видать, чувствовали, нелюбовь и тем же отвечали, потому на цветах отыгрывались, то листья сжуют, то горшок опрокинут, всегда землю рассыпать норовят, или сходить в него, и увял цветик – семицветик в итоге. Папа любил всё и всех: кроликов, индеек даже, и идей много у него было по добыванию тех и других к столу, хотя по пригласительным не приглашали, но бывало могли себя и Европой 98

почувствовать, и свои маленькие Америки постоянно открывали; любил папа и цветы, и кошек, маму и деда с бабушкой, которые ему приходились папой и мамой, и меня особенно, потому и заставлял математику учить и физику, пока маленьким был. А как я вырос, папа всё пытался мне теорию относительности Эйнштейна поведать. Надеялся, что я сумею предсказать, таким образом, будущие домашние перевёртыши. Например, окно в Европу регулярно находить научусь! А чего его в нашем-то доме искать, когда Пётр его ещё для всех когда прорубил, когда ещё бороды боярам стричь и брить повелел и Новый год зимами отсчитывать, (пережить сумел морозы- значит год как балл - зачёт, уровень пройден) – бояре тогда все, как деды Морозы, бородами бодались да мерились, - теперь другим меряются, - а простой люд, все как один, на Святого Николая обличьем походили, только что по крышам не лазили в дома чужие. Не нужно мне окно в Европу! Индеек я их что ли не видел, да меня индейцы бы больше заинтересовали! Минималисты! Шалаш сварганили, костёр разожгли, трубку мира выкурили, под бубен попрыгали, буйвола завалили, сожрали! Никаких тебе ипотек, кредитов, долгов, заморочек с паспортами, визами, отчётами, планами и анализами. Заболел – знахарка пошептала над тобой, дымом обкурила, травки выпить дала. Из теории относительности я понял только, что всё относительно, так если мне что-нибудь нравилось в жизни, старался поближе к себе отнести. Иногда получалось, иногда нет. Надолго вещь не задерживалась, через некоторое время, видно, кому-то была более нужна, чем мне, и относительно меня она исчезала, относительно кого-то появлялась в другом месте! Наверное, проявлялась где-нибудь ещё. Однажды услышал, как за дверью кто-то скребётся, решил, кошка просится поближе к включённому 99

обогревателю. Дело было ночью. Встал, аккуратно дверь приоткрываю, чтобы значит, одна вошла, а не всё стадо, как кони, ко мне ломанулось, и смотрю соответственно вниз, чтоб закрыть дверь вовремя и не прищемить хвост бедолаге, по теплу соскучившейся. Вдруг дверь с силой, как распахнётся, и на меня, ещё не проснувшегося, как следует, очумелого от неожиданности, трое захватчиков с закрытыми масками лицами в костюмах черепашек нинзя, с зачахлёнными в ножнах мечами за спиной, напали, руки скрутили, захват шеи локтём провели приёмчиком, спеленали голыми, что называется, руками, стою едва дышу: «Прощай, жизнь молодая! Сколько всего хотел ещё сделать! Посмотреть! Прочитать! Заглянуть в разные уголки своего жилища, которые для меня во все стороны света открываются, нашей и других параллельных вселенных». И вот словно приёмное устройство в голове включается, и не сказать, что я всё понимаю, что они друг другу транслируют, но словно на зуб, запломбированный недавно, передача идёт: «Ты чего шумел? Сказано тихо! Чего теперь с ним делать?» - «Укол забвения. Чего ещё? Будто он вспомнит, что с ним ночью было!» - «А как вспомнит?» - «Не вспомнит, или будет думать, что приснилось!» - «Давай! И шуми тише, а то, как слон в посудной лавке!» До сих пор не знаю, что это было, то ли впрямь захват меня, тело –то всё, где скрутили, болело! Толи жуть такая поснилась, что не сразу забудется! Кошки тоже всё вокруг меня бегали, в глаза заглядывали, словно рассказать, что хотели! Ну, ладно, сегодня день новый – живём с белого листа! А то так и крыша поехать может, если обо всём много думать, что с домом происходит! Другого дома ни у меня, ни у моих домочадцев нет и не намечается. Поэтому работаем с тем, что имеем! Книжки собрал! По полкам распихал! Странные названия у 100