philology-2021_09(87)

UNIVERSUM: ФИЛОЛОГИЯ И ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ Научный журнал Издается ежемесячно с ноября 2013 года Является печатной версией сетевого журнала Universum: филология и искусствоведение Выпуск: 9(87) Сентябрь 2021 Москва 2021

УДК 008+70/79+80/82 ББК 71+80/85 U55 Главный редактор: Лебедева Надежда Анатольевна, д-р филос. наук; Члены редакционной коллегии: Бревнова Юлия Александровна, канд. культурологии; Жукоцкая Зинаида Романовна, д-р культурологии; Карпенко Виталий Евгеньевич, канд. филос. наук; Купцова Ирина Александровна, д-р культурологии; Попов Дмитрий Владимирович, д-р философии по филол. наукам; Чурилина Любовь Николаевна, д-р филол. наук; Шаронова Елена Александровна, д-р филол наук. U55 Universum: филология и искусствоведение: научный журнал. – № 9(87). М., Изд. «МЦНО», 2021. – 28 с. – Электрон. версия печ. публ. – http://7universum.com/ru/philology/archive/category/987 ISSN : 2311-2859 DOI: 10.32743/UniPhil.2021.87.9 Учредитель и издатель: ООО «МЦНО» ББК 71+80/85 © ООО «МЦНО», 2021 г.

Содержание 4 Статьи на русском языке 4 Филологические науки 4 Литературоведение 4 Русская литература 4 КОНЦЕПТЫ ЖИЗНИ И СМЕРТИ В ТВОРЧЕСКОМ НАСЛЕДИИ БУНИНА Рахманова Альбина Ходжаевна 8 ДВЕ КОНСТАНТЫ ХУДОЖЕСТВЕННЫХ СИСТЕМ БОРИСА ПОПЛАВСКОГО И САШИ СОКОЛОВА: ОПЫТ СОПОСТАВЛЕНИЯ 14 Семина Анна Андреевна 14 Теория литературы. Текстология 17 СТРАТЕГИИ ЛИТЕРАТУРНОГО ПЕРЕВОДА ТЕКСТОВ КЭРРОЛЛА Шестакова Ирина Александровна 17 Языки народов зарубежных стран Европы, Азии, Африки, аборигенов Америки 21 и Австралии (с указанием конкретного языка или языковой семьи) 21 21 ФОРМЫ АНТРОПОНИМОВ «СОКРОВЕННОГО СКАЗАНИЯ МОНГОЛОВ» 21 Намсрай Мөнх 21 Papers in english 24 Philology 24 Literary criticism 24 Study of folklore PECULIARITIES OF KINSHIP TERMINOLOGY IN TURKIC LANGUAGES Dilorom Kholmatova Linguistics Romance languages PRINCIPLES OF SELECTING MEDIA TEXTS IN TEACHING FOREIGN LANGUAGES Dildora Kambarova

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. СТАТЬИ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА КОНЦЕПТЫ ЖИЗНИ И СМЕРТИ В ТВОРЧЕСКОМ НАСЛЕДИИ БУНИНА Рахманова Альбина Ходжаевна канд. фил. наук, доцент Навоийский государственный педагогический институт, Республика Узбекистан, г. Навои E-mail: [email protected] CONCEPTS OF LIFE AND DEATH IN THE CREATIVE HERITAGE OF BUNIN Rakhmanova Albina Khodzhaevna candidate of Philological sciences, docent Navoi State Pedagogical Institute, Uzbekistan, Navoi АННОТАЦИЯ Статья иллюстрирует вариант понимания идеи толерантности сквозь призму мировоззрения автора статьи на примере изучения творчества И.А. Бунина. В статье поднимаются вопросы специфики восточного творчества И. Бунина, его прочувствования идей и образов Корана и мусульманства, понимание важности и необходимости глубокого уважения и веротерпимости народов мира. Выделенные концепты, это выявление важных кодов творчества поэта, при помощи которых он оставляет свои важные заявки понимания Ислама. В его творчестве нет противопоставления религий, это велико- лепный образец полного погружения творческого человека в иную ментальность и культуру. И это свидетельство еще одного концепта творчества Бунина: концепта толерантности и глубокого уважения иных верований. ABSTRACT The article illustrates a variant of understanding the idea of tolerance through the article author's worldview prism on the example of studying the work of I.A. Bunin. The article raises questions of the specificity of the eastern creativity of I. Bunin, his feeling for the ideas and images of the Koran and Islam, understanding the importance and necessity of deep respect and religious tolerance of the peoples of the world. The highlighted concepts are the identification of important codes of the poet's creativity, through which he leaves his important applications for understanding Islam. In his work, there is no opposition of religions, this is a magnificent example of the complete immersion of a creative person in a different mentality and culture. And this is evidence of another concept of Bunin's work: the concept of tolerance and deep respect for other beliefs. Ключевые слова: ислам, мусульманство, Коран, истины Корана, концепты творчества, коды ментальности культуры, гуманизм. Keywords: Islam, Islam, the Koran, the truths of the Koran, concepts of creativity, codes of culture mentality, humanism. ________________________________________________________________________________________________ __________________________ Библиографическое описание: Рахманова А.Х. КОНЦЕПТЫ ЖИЗНИ И СМЕРТИ В ТВОРЧЕСКОМ НАСЛЕДИИ БУНИНА // Universum: филология и искусствоведение : электрон. научн. журн. 2021. 9(87). URL: https://7universum.com/ru/philology/archive/item/12274

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. Бунина всегда интересовали важнейшие про- Коран, который очаровал его, и ему хотелось непре- блемы человеческого бытия. Быт людей, их верования, менно побывать в городе, завоеванном магомета- тайны тысячелетий, секреты мироздания, постоян- нами» [4, 126]. ное стремление к пониманию загадочности жизни, проблемы веры и безверия – вот тот небольшой круг С содержанием священной книги мусульман проблем, который беспокоил и волновал поэта все- Бунин ознакомился по Корану М. Казимирского. гда. Уже тогда можно было обратить внимание на то, В 1864 году вышел перевод К. Николаева под назва- с каким неподдельным интересом Бунин проникал нием «Коран Магомеда». Перевод был выполнен с в сложнейшие философские системы мира, пытаясь французского перевода французского посла и пере- увидеть в них свое понимание единства человече- водчика Альбера де Биберштейна-Казимирского [3]. ства. Его талант был особенно уникальным еще и Данный перевод отличался ясностью и простотой, ввиду того, что он ощущал это незримое присут- имел много примечаний и был достаточно известным ствие каждого индивида человечества в своем общем в России. Благодаря многократному переизданию представлении мира. Ощущение идей общности чело- (4 раза), он являлся одной из известных Книг того вре- вечества, делало его творчество особенным, отсюда и мени. Для Бунина данная Книга явилась не только повышенный интерес Бунина к культуре и психоло- открытием новых истин, но и источником совершенно гии, философии и религии. Тема Востока – особенная особенных знаний. Практически вся ориентальная в его творчестве. «Столкнувшись» с ним, Бунин был лирика писателя плавно вытекала из этого источ- очарован особой философией мироздания, древней ника: «Корана Казимирского». Нужно отметить, что мудростью, протянутым в пространстве ощущением бунинское прочтение идей Корана, яркие впечатления времени, витиеватостью речи, углубленным в себя от знакомства с новой культурой, богатейшее духов- мистицизмом и дервишеством. Истина, открытая им ное наследие которой он дополнял своими впечатле- в Священной Книге мусульман – Коране, привела ниями от путешествия по Востоку, было совершенно его к осознанию важнейшей правды о Боге. Путь его новаторским для его времени. Засевшие прочно в го- духовных поисков достаточно сложен, но одно то, что лове важные истины Корана, Бунин непосредствен- Бунину удается открывать эти сакральные смыслы ным образом соединял со своими впечатлениями, и мироздания в разных вероисповеданиях, говорит об синтез его идей предвосхитил время. Все его произ- уникальности его поэтического дарования. ведения этого периода, а это и очерки цикла «Тень птицы», ряд стихотворений, вошедших в замеча- Увлечения Бунина разными религиозными ве- тельный цикл «Ислам», Бунин называл «путевыми» рованиями, в первую очередь, говорили об опреде- поэмами, где он представил не только описание го- ленной противоречивости собственного понимания родов Востока, но дал и своё отношение к смыслам веры Буниным. Он, по определению близких ему и символам Ислама. людей, всегда с большой ответственностью относился к проблемам веры. Его неизменная спутница жизни Нужно отметить, что старинные восточные В. Муромцева, отмечала что «жажда Бога и вера в памятники Стамбула произвели на впечатлитель- него» [4, 123] характеризовала Бунина, как постоянно ного и завороженного красотой Востока Бунина силь- действующая доминанта силы творчества, опреде- нейшее впечатление. Особенно его вдохновил вели- ляющая все его духовное начало. Это были не просто чайший памятник древности храм Святой Софии. комплексы каких-либо идей Бунина, это была перво- Бунин философски подошел и к претензиям хри- основа, которая выделяла его на поэтическом стиан о превращении Айя-Софии в мечеть, считая, небосклоне поэзии XX века. Современники также что не видит в этом никакого варварства. Все пре- отмечают, его увлеченность идеями Л. Толстого, тензии христиан, Бунин снимает простым размыш- выделение его философских постулатов в понима- лением об этом: «Не знаю путешественника, не уко- нии жизни. Нужно отметить, что бесконечные по- рившего турок за то, что они оголили храм лишили его иски самого себя приводят его к монотеизму, к по- изваяний, картин, мозаик... Но, во имя Бога милости- ниманию ветхозаветного образа Бога. Бунин потря- вого и милосердного, зачем, же приводить тогда слова сен силой и глубиной изучаемых им Книг, он с ве- летописцев, изображавших свирепое нашествие на личайшим интересом открывает для себя истины Софию «христовых воинов» четвертого крестового Библии, Торы и Корана, его увлекают и особенности похода, воинов, разбивавших раки угодников и гроб- древнейших персидских и индийских религиозных ницы императоров... Зачем вспоминать христиан миросистем и буддизма. варварски пышной, содомски-развратной и люто- жестокой в убийствах Византии!» [2, 19] . Здесь, хочется выделить и степень увлеченности Бунина Исламом, который он начинает рассматри- Бунина привлекает мусульманская простота вать как логическое завершение ветхозаветной веры. храма, он видит именно в этом соответствие вере, Коран удивляет Бунина своей логикой и простотой. чем пышное убранство, отвлекающее от службы: Он, воспринимается Буниным, как новая универ- «И Христос, и Магомет были исполнены страстной сальная правда о мире и человеке. Именно интерес и всепокоряющей веры, не нуждающейся в золоте, к этой святыне Ислама, побудил Бунина к путеше- парче, брильянтах, капеллах и органах. Правые суры ствию по странам восточного мира и в 1903 году он Корана горели такими огненными буквами в юной посещает Констанинополь. В. Муромцева-Бунина душе пророка, что поседели волосы его... И в про- отмечает, что интерес к Востоку сделался навязчивой стых, порою свирепых душах его поклонников и идеей писателя, «он в первый раз целиком прочел доныне живет несравненная в своей простоте и силе 5

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. вера...» [2, 23]. Бунин идет дальше многих своих совре- работать с деталями. Известно, что древние зодчие, менников, говоря о «спокойном и правдиво трога- работая над куполом Софии, добивались особой сте- тельном» мусульманском богослужении, о суфизме пени подъема цилиндрической сферы верха, чтобы «с его мистическим языком, в котором под вином создавалась иллюзия парящего неба храма. Чашеоб- и хмелем разумелось упоение Божеством» [2, 24]. разный купол собора, в византийской архитектурной Именно в Константинополе, Бунин становится сви- эстетике символизирующий небо, поражает лириче- детелем одного из ярких суфийских обрядов – кру- ского героя не только своей «необъятностью», но и жащихся дервишей и это священодейство поражает «недоступностью». Для подготовленного читателя его строгое христианское воображение мыслью о при- эта характеристика согласуется с основами мусуль- сутствии при тайне веков. Бунин говорит об этом, манской догматики об устройстве мира: о недоступ- как о священном ритуале, присущим всем народам ности и множественности небес, что, безусловно, мира, видя в мистическом кружении «древнейший было известно Бунину по чтению Корана. «Необъят- хоровод, знаменовавший сперва вихрь планет вокруг ный купол» собора, призванный напоминать людям солнца, а потом вихрь миров вокруг Творца» [2,24]. о конечности мира, пропадает под воздействием чтения и слушания сур Священного Корана. Вторая Рассматривая Восток, как сокровищницу и кла- строфа данного стихотворения представляет нам дезь мировых знаний, Бунин каждое свое открытие развернутую картину данного действа: предваряет совершенно новыми нотами и образами. Так в стихотворении «Айя-Софья», Бунин откры- Кривую саблю вскинув над толпою, вает своим почитателям особое видение Востока, его Шейх поднял лик, закрыл глаза - и страх чарующе неведомый мир, загадочность и простоту, Царил в толпе, и мертвою, слепою и в тоже время особую таинственность. «Восток Она лежала на коврах... привлекал к себе Бунина как историческая загадка и как мировая проблема…» [5, с. 248]. Одной из Отдельные исследователи отмечают якобы чрез- таких загадок, таящих в себе скрытый смысл исто- мерную воинственность представленного Буниным рических событий и духовных открытий, по мнению ислама («кривая сабля», «страх», «мертвая, слепая» ряда исследователей, был собор святой Софии и т. д.), неверно истолковывая данный образный Константинопольской, переименованный в Айя- ряд. Здесь явно прослеживается особая атмосфера Софию. Самим фактом своего существования эта вечерней молитвы мусульман и следующей за ней древняя святыня опровергала многочисленные тео- проповеди имама (шейха). Ислам, являясь миролю- рии о «бренности цивилизаций». Собор, благодаря бивой религией, всегда призывает сердца правоверных своему величественному замыслу древних зодчих, и любви к Аллаху, и Священный Коран говорит об величественному стоянию в стране, где встречаются этом каждым своим аятом. Символичен обряд, про- Запад и Восток, не может не служить взаимопонима- исходящий под сводами Айя-Софии: шейх подни- нию людей, народов и цивилизаций, - считает Бунин. мает над толпою молящихся мусульман изогнутый В «путевых поэмах», изданных под названием «Тень клинок, подобный полумесяцу, что освещал путь птицы», И. Бунин писал: «…турецкая простота, пророка Мухаммеда в Медину и данный образ да- нагота Софии, возвращает меня к началу Ислама, леко не всегда означал призыв мусульман к войне. рожденного в пустыне» [1, с. 512] Образный ряд стихотворения подчеркивает особую сакральность происходящего, напоминает о заветах Сравнивая специфику архитектурного и худо- и запретах, содержащихся в тексте Корана: обращаясь жественного воплощения древней святыни, Бунин лицом к Всевышнему, «великий шейх» закрывает не мог не отметить, что прекрасное здание, соединив- глаза, ему внимают, на время «ослепнув», пришедшие шее в себе начала «своей» и «чужой» культуры, вос- на молитву мусульмане. Бунин прочувствовал семан- ходящие к разным культурным традициям, является тическое наполнение слова «страх». Здесь оно несет не просто храмом, почитаемым представителями семантику «богобоязненности». Нам думается, что разных конфессий, но и диалогически насыщенным здесь вполне возможно, речь идет и об обряде отпе- «щедрым пространством», высвечивающим благодат- вания женщины («мертвою, слепою // Она лежала на ную перспективу для торжества взаимопонимания коврах») и данный концепт смерти подчеркивает разных стран и народов. определенную безысходность конца жизни и тоски, которая исчезает с наступлением утра. А наступле- Показательно, что И. Бунина интересуют не ние утра - это новый концепт жизни, и с ним связан былые сражения, но сам величественный храм. совершенно другой жизнеутверждающий ряд образов: Существенно, что Айя-София открывается нам не в «свет», «смиренная и священная тишина», «солнце», историческом, а в ритуально-метафизическом из- «воркованье голубей» «простор небес», «любовь», мерении жизни, во время чтения под её сводами «весна». И нет здесь противопоставления двух рели- священной Книги мусульман: гий, это великолепный образец полного погружения творческого человека в чужую культуру, в совер- Светильники горели, непонятный шенно иной менталитет. Именно здесь рождается Звучал язык, - великий шейх читал еще один концепт творчества Бунина: концепт толе- Святой Коран, - и купол необъятный рантности, глубокого уважения к представителям В угрюмом мраке пропадал иных верований и религий. Данные строки рождают особую проникновен- ность бунинского текста-метафоры, здесь четко прослеживается удивительная способность Бунина, 6

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. Это стихотворение пронизано светом любви, жизни человечества, где через сопоставление культур оно наполнено особым атмосферным воздухом, спо- Бунин выделяет не только общее, универсальное, собным рассказать о чувствах и важных событиях в но и специфическое, национальное, самобытное. Список литературы: 1. Бунин И.А. Собр. соч.: В 6 т. / И.А. Бунин - М.: Художественная литература, 1987-1988.- Т. 3. 2. Бунин И. Тень птицы. Собр.соч. в 4 т. -М., 1988. 3. Коран Магомета / Новый пер., сделанный с арабского текста М. Казимирским, переводчиком при француз- ском посольстве в Персии. Новое издание пересмотренное, исправленное и дополненное новыми примеч. пер. с фр. А. Николаева. -М.: М.В. Клюкин, [1901]. 588 с. 4. Муромцева-Бунина В.Н. Воспоминания о Бунине. -М., 1989. 5. Нинов А.М. Горький и Ив. Бунин. История отношений. Проблемы творчества: Монография / А. Нинов.- Л., 1984. 7

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. ДВЕ КОНСТАНТЫ ХУДОЖЕСТВЕННЫХ СИСТЕМ БОРИСА ПОПЛАВСКОГО И САШИ СОКОЛОВА: ОПЫТ СОПОСТАВЛЕНИЯ Семина Анна Андреевна канд. филол. наук, преподаватель кафедры истории новейшей русской литературы и современного литературного процесса Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова, РФ, г. Москва E-mail: [email protected] ABOUT TWO CONSTANTS OF ARTISTIC SYSTEMS BY BORIS POPLAVSKY AND SASHA SOKOLOV: THE EXPERIENCE OF COMPARISON Anna Semina Ph. D., Teaching Fellow, Department of the History of Modern Russian Literature and Contemporary Literary Process, Lomonosov Moscow State University, Russia, Moscow АННОТАЦИЯ В статье анализируются основные константы художественных лабораторий двух авторов русского зарубежья Бориса Поплавского (1903–1935) и Саши Соколова (р. 1943); прослеживается созвучие их поэтик в контексте идеи Поплавского об антимузыкальности всякого самосохранения, восходящей к философии Ф. Ницше. Доказы- вается, что, помимо общности испытанных ими влияний Ф. Ницше, Дж. Джойса и Э. По, очевидно, можно гово- рить и о непосредственной рецепции, подтверждением чему служат текстовые, мотивные и образные параллели между наследием Поплавского (статья «О мистической атмосфере молодой литературы в эмиграции» (1930), роман «Аполлон Безобразов» (1932), стихи, вошедшие в книгу «Дирижабль неизвестного направления» (1965)) и первым романом Соколова «Школа для дураков» (1973). Отмеченные произведения Поплавского – целиком или фрагментарно – публиковались в эмигрантском журнале «Числа» 1930-х гг. и могли быть доступны писателю третьей волны эмиграции. ABSTRACT In the article the author researches some common constants of artistic laboratories by B. Poplavsky and Sasha Sokolov and proves, that their poetics are consonant in the aspect of B. Poplavsky’s idea about antimusicality of every self-preser- vation, which ascends to F. Nietzsche. It is proved that there was a reception, because of text, motif and image parallels between B. Poplavsky’s heritage (the article «On the Mystical Atmosphere of Young Literature in Emigration» (1930), the novel «Apollon Bezobrazov» (1932), poems from the book «Airship of an Unknown Direction» (1965)) and the first novel written by Sasha Sokolov «A School for Fools» (1973). Some of these works by B. Poplavsky were published in the magazine “Tchisla” and could be read by the author of “A School for Fools”. Ключевые слова: Борис Поплавский, Саша Соколов, рецепция, преемственность, музыкальность, жалость, лиризация, орнаментализм. Keywords: Boris Poplavsky, Sasha Sokolov, reception, continuity, melodiousness, compassion, lyrization. ________________________________________________________________________________________________ Борис Поплавский и Саша Соколов могут быть Представляется, что подобная творческая уста- названы одними из самых «музыкальных» авторов в новка может восходить к размышлениям Ф. Ницше. русской литературе. И хотя исследователи не раз от- В трактате «Рождение трагедии из духа музыки» мечали значимость изобразительного начала в сти- (1871) можно найти суждения о том, что «народная хах Поплавского, в том числе вспоминая о его увле- песня» подобна «музыкальному зеркалу мира», чении живописью [3; 4; 14; 17], – очевидно, что при некой «первоначальной мелодии»: она ищет себе создании текста стихотворения организующей доми- параллельного явления в грезе, которую выражает нантой для Поплавского была музыкальность. То же в поэзии. «Мелодия, таким образом, есть первое и верно и в отношении Саши Соколова: «Действи- общее <…>», и она «рождает поэтическое произве- тельность почтительно и безропотно отступила пе- дение из себя» [6, с. 76]. В речевой организации ред литературой, способствуя созданию уникальной текстов Поплавского и Соколова мелодика также книги, где литературная игра, писательская манера – выступает магистральным началом. есть все. Где она присутствует не фрагментарно, не По-видимому, подобное совпадение обуслов- вкраплениями, а составляет тело книги» [1, с. 163]. лено не только созвучием поэтик: в романе Соколова __________________________ Библиографическое описание: Семина А.А. ДВЕ КОНСТАНТЫ ХУДОЖЕСТВЕННЫХ СИСТЕМ БОРИСА ПОПЛАВСКОГО И САШИ СОКОЛОВА: ОПЫТ СОПОСТАВЛЕНИЯ // Universum: филология и искусствоведение : электрон. научн. журн. 2021. 9(87). URL: https://7universum.com/ru/philology/archive/item/12266

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. «Школа для дураков» (1973) можно обнаружить соотносится с размышлениями Ф. Ницше, который узнаваемые аллюзии на статью Б. Поплавского в «Рождении трагедии» говорит о бескорыстном «О мистической атмосфере молодой литературы в растворении художника в своем произведении; о эмиграции» (1930), опубликованную в журнале том, что бытие и мир могут быть «оправданны в веч- «Числа». В ней Поплавский излагает свою эстетиче- ности» «только как эстетический феномен» [6, с. 75], скую программу, во многом вдохновленную идеями что «вся эта комедия искусства разыгрывается вовсе Ф. Ницше (и не без влияния Вяч. Иванова, прочи- не для нас» [там же, с. 74]. По представлениям Со- тавшего Ницше очень по-своему и сделав Диониса колова и Поплавского, настоящий творец суще- мифологическим предтечей Христа1). ствует и действует в подобной системе координат. Представляется, что наиболее значимыми Интересным в этой связи представляется стихо- константами художественных миров Поплавского и творение Б. Поплавского «Жалость» из сборника Соколова выступают музыка и жалость. Интересен «Флаги» (1931), которое завершается следующим отрывок из статьи Поплавского: «<…> только поги- образом: «Тихо иду, одеянный цветами, / С самого бающий согласуется с духом музыки, которая хочет, детства готов умереть. / Не занимайтесь моими сле- чтобы симфония мира двигалась вперед. Которая дами – / Ветру я их поручаю стереть» [13, с. 182]. хочет, чтобы каждый такт ее (человек) звучал безум- У Соколова близкий автору персонаж учитель Нор- ным светом, безумно громко, и переставал звучать, вегов заявляет: «Ныне кричу всею кровью своей, как замолкал, улыбаясь, уступал место следующему. кричат о грядущем отмщении: на свете нет ничего… Всякое самосохранение антимузыкально, не хотящий кроме Ветра!» [16]. Мотив Ветра – постоянный ре- расточаться и исчезать – это такт, волящий звучать френ «Школы для дураков». Ветер, как и музыка, вечно, и ему так больно, что все проходит, больно от в романе – символ чего-то эфемерного, хрупкого и, всего, от зари, от весны…» [11, с. 258]. Рассуждения возможно, искусства, – в противоположность «весо- Поплавского удивительно созвучны размышлениям мой, грубой, зримой» реальности: лейтмотив «тыся- из романа «Школа для дураков»: «…старому дереву, ченогой улицы», толпы в романе Соколова служит особенно рододендрону <…> умирать не обидно. тому подтверждением. <…> И траве, и собаке, и дождю. Только человеку, обремененному эгоистической жалостью к самому В то же время эстетические программы Поплав- себе, умирать обидно и горько» [16]; «Видите ли, чело- ского и Соколова нельзя назвать ницшеанскими в век не может исчезнуть моментально и полностью, полном смысле: если философ проповедовал индиви- прежде он превращается в нечто отличное от себя дуализм2, то у русских авторов, как и у Вяч. Иванова, по форме и по сути – например, в вальс…» [там же]. данная тенденция преодолевается: чрезвычайно зна- чимой компонентой художественного текста для Для обоих авторов тема исчезновения решается них выступает мотив жалости. Поплавский, вслед в подобном, музыкальном ключе, ведь музыка ни- за Ивановым, прочитывает Ницше именно с позиций чего не оставляет после себя – она исчезает, как христианства: «Жалость к высшему человеку, – только перестает звучать. В этой связи характерен пишет он, – вот пафос Ницше, одного из самых хри- фрагмент из упомянутой выше статьи Поплавского: стианских писателей. Желание защитить высшего «Эмиграция есть трагический нищий рай для по- человека от его собственной доброты…» [11, с. 256]. этов, для мечтателей и романтиков <…> Ибо все же Любопытно письмо Поплавского Ю. Иваску 1930 г.: самое прекрасное на свете – это “быть гением и уме- «По-моему, именно удивлением жив пишущий, то реть в неизвестности”» [11, с. 259]. В финале «Школы есть, скорее, восхищением и жалостью, ибо восхи- для дураков» читатель сталкивается с подобным щением, может быть, познается форма мира, а жало- растворением в тексте автора и ученика такого-то, стью – его трагическое содержание. Восхитительная которые только что на его глазах написали роман. жалость (или удивительная жалость) – вот чем мне Они отправляются якобы за бумагой, но на самом кажется настоящее искусство» [8, с. 239]. В статье деле исчезают: «Весело болтая и пересчитывая кар- «По поводу…» Поплавский замечает, что «литература манную мелочь, хлопая друг друга по плечу и насви- есть аспект жалости» [12, с. 273]. Подобным сочета- стывая дурацкие песенки, мы выходим на тысячено- нием музыкальности повествовательной ткани – гую улицу и чудесным образом превращаемся в про- и жалости, которую в читателе пробуждает главный хожих» [16]. В одном из интервью Соколов отметил: герой, – Соколов в своем первом романе достигает «Чем больше ты готов к приятию небытия, тем ты лирического напряжения необыкновенной силы. свободнее. Я думаю, самураи правы: человек всегда Страдающий раздвоением личности, ученик такой-то, должен быть готов к исчезновению» [15]. с одной стороны, просто обязывает читателя к состра- данию, с другой – позволяет автору организовать Таким образом, лучшее, что может сделать зву- текст по предельно иррациональным – музыкальным – чащий такт-автор – это раствориться в симфонии канонам. вечности, как только он выполнил свою художе- ственную задачу. Подобное представление вновь 1 «Знаменательно, что в героическом боге Трагедии Ницше 2 См., например: «…ваша любовь к ближнему есть ваша дурная почти не разглядел бога, претерпевающего страдание… Бог любовь к самим себе» [7, с. 60]. страдающий, бог ликующий — эти два лика изначала были в нем нераздельно и неслиянно зримы» [2, с. 314]. 9

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. Интересно в связи с этим вспомнить, что для голое, и только параллельными рядами, как будто Поплавского и Соколова общей отправной точкой был нарисованные, ползли и отдалялись тонкие водо- Джойс, и, возможно, данная особенность их поэтики, росли. Далеко в озеро выходила белая лестница, наряду с методом автоматического письма, унасле- которой оканчивался великолепный парк соседнего дована от него. В статье «По поводу… “Атлантиды – замка... Солнечная тишина наполняла озеро. Свесив- Европы”, “Новейшей русской литературы”, шись над водою и полоща руку в теплой и чистой воде, Джойса» Поплавский отмечает: «Через Джойса я думал. И часы проходили, не принося никакого многочисленным теперь поклонникам его открылась разрешения моим вопросам» [9, с. 87]. Ср. у Соколова: столь огромная жалость, столь огромное сострадание, «Дорогой Леонардо, что касается моего случая с столь огромное внимание и любовь к жалкому и ве- лодкой, рекой, веслами и кукушкой, то я, очевидно, личественному хаосу человеческой души, что Джойс, тоже исчез. Я превратился тогда в нимфею, в белую как всякое великое христианское, социальное явление, речную лилию с длинным золотисто-коричневым конечно, по-своему перевернет мир…» [12, с. 276]. стеблем… Хорошо помню, я сидел в лодке, бросив В свою очередь, Соколов, говоря об испытанных весла. На одном из берегов кукушка считала мои влияниях, обычно называет Джойса и Эдгара По; годы. Я задал себе несколько вопросов и собрался уже влияние последнего на прозу и поэзию Поплавского отвечать, но не смог и удивился…» [16]. Подобно также отмечалось исследователями [17, с. 164–181]. герою Поплавского, который думает о Терезе, ученик такой-то в лодке также вспоминает о женщине: «Вета, В художественном мире Поплавского стихо- милая, вы танцуете?..» [там же] творение «рождается от жалости к самому себе, по- стоянно исчезающему и умирающему» [5, с. 21]. Рассмотренные фрагменты из романа «Аполлон Жалость к себе возникает здесь неслучайно: из- Безобразов» расположены в двадцать первой главе, вестно о его непростом детстве, наполненном глубо- которая была опубликована в журнале «Числа» кими переживаниями одиночества, непонятости. (№ 5, 1931). Интересно, что, по словам исследовате- Детские воспоминания отразились в романе «Аполлон лей, «Поплавский всегда мечтал о тайном братстве Безобразов» (1932), где восприятие жизни героя родственных душ, не разделенных ни временем, ни иногда удивительно совпадает с мироощущением пространством: на страницах “Аполлона Безобразова” героя первого романа Соколова: «В последнее время Гераклит свободно перекликается со Спинозой, а я вообще никуда не выходил. Окруженный соба- Уильям Блейк – с Маркионом» [5, с. 24]. В «Школе ками, к которым чувствовал свою душевную близость, для дураков» можно встретить подобный преодоле- я читал Чехова на балконе, заводил автоматический вающий время образ Леонардо да Винчи. рояль в зале и в розовом сумраке слушал его среди чехлов, пахнувших нафталином. Ибо моль царила в В сопоставлении с текстом романа «Школа для замке. Боже мой, как пронзали мне сердце старые дураков» также интересно рассмотреть посмертный довоенные вальсы из немецких опереток, под которые сборник Поплавского «Дирижабль неизвестного я так тосковал гимназистом на бульварах и катках, направления», изданный в Париже в 1965 г. Стихо- совершенно одинокий, слабый, плохо одетый, ли- творение «Белое сияние» начинается с описания: шенный знакомых…» [9, с. 87]. Описание детских «В серый день у железной дороги / Низкорослые впечатлений героя Поплавского, наполненных оди- ветви висят. / Души мертвых стоят на пороге, / ночеством и затворничеством, их интонационно- Время медленно падает в сад» [10, с. 7]. В романе музыкальный рисунок (распространенные предло- Соколова лейтмотив железной дороги также напол- жения с однородными членами, употребление союза няется загробным, танатологическим смыслом, ибо, немотивированное выделение придаточной поскольку периодически символизирует переход конструкции в качестве отдельного предложения героя в пространство потустороннего мира, где он («Ибо моль царила в замке.»)) обнаруживают сход- навещает могилу бабушки, умершего учителя ство с речью ученика такого-то в романе Соколова: Норвегова... Одновременно железная дорога для «Радость моя, если умру от невзгод, сумасшествия и Соколова выступает символом России, ее двуплано- печали, если до срока, определенного мне судьбой, вого существования, как бы застывшего на полпути не нагляжусь на тебя, если не нарадуюсь ветхим между жизнью и смертью: «Наконец поезд выходит мельницам, живущим на изумрудных полынных из тупика и движется по перегонам России. Он со- холмах, если не напьюсь прозрачной воды из вечных ставлен из проверенных комиссиями вагонов, из чи- рук твоих, если не успею пройти до конца, если не стых и бранных слов, кусочков чьих-то сердечных расскажу всего, что хотел рассказать о тебе, о себе, болей, памятных замет, деловых записок, бездель- если однажды умру не простясь – прости. <…> ных графических упражнений, из смеха и клятв, из Я хочу сказать, что когда-то мы уже были знакомы воплей и слез, из крови и мела, из белым по-черному на этой земле, ты, наверное, помнишь. Ибо река и коричневому, из страха смерти, из жалости к даль- называется» [16]. ним и ближним, из нервотрепки, из добрых побуж- дений и розовых мечтаний, из хамства, нежности, Сопоставив тексты романов, можно обнаружить тупости и холуйства. Поезд идет, <…> и вся Россия, и переклички конкретных эпизодов: «Часто в лодке, выходя на проветренные перроны, смотрит ему в глаза далеко отъехав от берега, я думал о Терезе. Слегка и читает начертанное – мимолетную книгу собствен- наклонившись, отчетливо можно было видеть ной жизни, книгу бестолковую, бездарную, скучную, бледно-голубое каменистое дно. Оно было почти созданную руками некомпетентных комиссий и жал- ких, оглупленных людей» [16]. На двуплановость 10

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. хронотопа в данном фрагменте может указывать в саду белую розу ветров, покажи учителю Павлу, отсылка к эпизоду из «Анны Карениной»3, в котором и если она понравится ему, – подари учителю Павлу показано самоубийство героини – ее переход от бытия белую розу, приколи цветок ему на ковбойку или на к небытию. дачную шляпу, сделай приятное ушедшему в никуда человеку <…> О Роза, скажет учитель, белая Роза Далее в стихотворении Поплавского следует при- Ветрова, милая девушка, могильный цвет, как хочу мечательное описание природы, которая позволяет я нетронутого тела твоего!» [16] некому ущербному – возможно, душевнобольному – персонажу чувствовать себя легче: Вслед за рассмотренным стихотворением в книге Поплавского следует другое с заглавием «Учитель»: Здесь привольнее думать уроду, Здесь не видят, в мученьях, его. Кто твой учитель пенья? Возвращается сердце в природу Тот, кто идет по кругу. И не хочет судить никого [10, с. 7]. Где ты его увидел? На границе вечных снегов. Образ «урода» на природе, по-видимому, пере- Почему ты его не разбудишь? кликается с образом ученика такого-то, для которого Потому что он бы умер. в романе Соколова так значим локус дачи. Почему ты о нем не плачешь? Потому что он это я [10, с. 52]. В сборнике Поплавского также присутствует стихотворение с названием «Лета», а в тексте Образ умершего – но как бы не до конца – учителя «Рембрандт» упоминаются мельницы (ср.: «если не Норвегова – один из центральных в романе Соколова. нарадуюсь ветхим мельницам, живущим на изу- Как и учитель в стихотворении Поплавского, Норвегов мрудных полынных холмах» [16]). Однако наиболее пребывает в неком полусне-полусмерти: он умер, но интересными с точки зрения сопоставления с текстом при этом продолжает общаться с героем. В стихо- Соколова представляются три последних стихотво- творении Поплавского учитель предстает другой рения; два из которых были также напечатаны в стороной сознания самого героя, – и если взглянуть журнале «Числа». на текст Соколова с подобного ракурса, то это многое объясняет в двойственности Норвегова: получается, Ниже приведены фрагменты стихотворения что его личность – некий фантом, порожденный Поплавского «Допотопный литературный ад»: воображением ученика: «потому что он это я», – утверждает герой Поплавского. Данное предполо- …Несовершеннолетние нахалки жение более чем вероятно, поскольку Норвегов Смеются над зимой и надо мной. <…> резко выделяется среди своих коллег в специальной школе – в первую очередь, тем, что настроен по Я вижу жалкого ученика при ранце, отношению к герою исключительно дружелюбно. На нем расселся, как жокей, скелет. <…> Отмеченная особенность позволяет рассматривать его образ как психологический феномен «вообра- О нет, не надо, закатись, умри, жаемого друга», – что вполне допустимо в мире Отравленная молодость на даче! больного мальчика. Туши, приятель, елки, фонари, Лови коньки, уничтожай задачи [10, с. 50–51]. Последнее стихотворение книги Поплавского «Был страшный холод», опубликованное также в В стихотворении Поплавского возникает образ журнале «Числа», не менее примечательно: некого «жалкого ученика при ранце», над героем смеются. Хронотоп дачи в сюжете «Школы для ду- …Все было тихо, фабрики стояли, раков» имеет решающее значение, однако Соколов Трамваи шли, обледенев до мачты, переосмысляет представления героя Поплавского: Лишь вдалеке, на страшном расстояньи для ученика такого-то дача – это пространство счастья, Дышал экспресс у черной водокачки. <…> [10, с. 52] некая идеальная потусторонняя реальность, похо- жая на Рай (на другом берегу реки Леты). Впрочем, Очевидно, что образы поезда и водокачки для пребывание на ней юного героя также «отравлено» романа Соколова сквозные. Водокачка – это и реаль- разногласиями с отцом-прокурором и необходимо- ный объект, и прозвище учительницы. Экспресс в стью выполнять задания (ср. у Поплавского: книге Поплавского как бы закольцовывает компози- «Лови коньки, уничтожай задачи»). В этом же тексте цию книги, при этом и у Поплавского, и у Соколова Поплавского встречается образ жизни, которая он наделяется танатологическими коннотациями: «цветет тяжелым снеговым цветком» [там же], – «Когда мы покидаем поезд и спускаемся с платформы, образ, который, по-видимому, обыгрывается Соко- я оглядываюсь: я вижу, как весь вагон смотрит нам ловым и из которого, подобно Снегурочке, рождается вслед. Мы, идущие своей дорогой, отражаемся в ученица Роза Ветрова: «…а кроме того, посади у себя глазах и стеклах набирающего скорость состава <…> 3 Ср.: «И свеча, при которой она читала исполненную тревог, обманов, горя и зла книгу, вспыхнула более ярким, чем когда- нибудь, светом, осветила ей все то, что прежде было во мраке, затрещала, стала меркнуть и навсегда потухла» [18]. 11

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. Мы отлетаем от станции все дальше, растворяясь в Как снег летает как летает свет» [10, с. 43], – мире пригородных вещей, звуков и красок, с каж- стоит вспомнить эпизод на кладбище, где ученик дым движением все более проникаем в песок, в кору такой-то играет на аккордеоне: «Ты помнишь, как деревьев, становимся оптической ложью, вымыслом, звучит аккордеон на морозном воздухе кладбища детской забавой, игрой света и тени. Мы преломля- ранним вечером <…>» [16]. емся в голосах птиц и людей, мы обретаем бессмер- тие несуществующего» [16]. Помимо выявленных параллелей, можно отме- тить, что Поплавского и Соколова роднит осмысле- В рассмотренную книгу Поплавского вошло ние литературного труда как попытки удержать рас- также стихотворение «Музыкант ничего не понимал», падающееся мироздание («поток сознания» ученика в котором утверждается представление о музыке как такого-то структурируется волей автора, а раздвое- о высшей ценности бытия [19, с. 50]. С точки зрения ние личности героя преодолевается достигнутой сопоставления с романом Саши Соколова интерес гармонией художественного целого; назначение ис- представляет следующий фрагмент: кусства, по мысли Поплавского, – преодолеть изна- чальную экзистенциальную разобщенность: «Ибо А музыкант не нажимал педали, самое большое зло мира – это разлучение. Разлука в Он сдерженно убийственно ответил пространстве и во времени. Первичное распадение Когда его спросили о погоде Единого. Искусство – это частное письмо, отправ- В беспечных сверхестественных мирах4 [10, с. 43]. ленное по неизвестному адресу…» [11, с. 256]). «Распадение» личности ученика такого-то стано- Приведенное специфическое представление о вится краеугольным камнем сюжета и поэтики ро- погоде как о некоем объективном состоянии мира, мана «Школа для дураков». Интересно, что роман присущем не только земной жизни, но и вечности, имеет диалогическую структуру (это и постоянный фигурирует и в тексте Соколова: «И тогда ты отве- диалог автора с учеником, и диалог внутренних чаешь художнику: дорогой Леонардо, боюсь, я не голосов главного героя), – что соотносится с пред- смогу выполнить ваших интересных заданий, разве ставлениями Поплавского об искусстве как о частном что задание, связанное с узнаванием дворником того письме. факта, что на улице идет снег. На этот вопрос я могу ответить любой экзаменационной комиссии в любое Отмеченные точки пересечения свидетель- время столь же легко, сколь вы можете произвести ствуют о глубинной общности творческих лаборато- ветер. <…> …Министр Тревог, зная меня как чест- рий двух авторов русской эмиграции. Ведущими ного, исполнительного сотрудника, время от времени константами их художественных систем можно позванивал мне и спрашивал: это дворник такой-то? условно назвать музыку и жалость, сочетание которых Да, отвечал я, такой-то, работаю у вас с такого-то на разных уровнях организации текста позволяет до- года. А это Министр Тревог такой-то, говорил он, биться особенно сильного воздействия на читателя. работаю на пятом этаже, кабинет номер три, третий Как следует из интервью, на момент создания романа направо по коридору, у меня к вам дело, зайдите на «Школа для дураков» Саша Соколов уже был пре- пару минут, если не заняты, очень нужно, поговорим красно знаком с зарубежной литературой; эмигрант- о погоде» [16]. Кроме того, в романе Соколова ские же издания, как и периодика, были доступны в присутствует характерная контаминация образов спецхране. Выявленные параллели позволяют пред- снега и музыки, магистральная для художественной положить, что к 1973 г. его знакомство с творче- системы Б. Поплавского и для рассмотренного сти- ством Б. Поплавского состоялось и было весьма хотворения в частности: «Скучающие голоса летали / продуктивным. Список литературы: 1. Вайль П., Генис А. Современная русская проза. – Ann Arbor, Эрмитаж, 1982. – 193 с. 2. Иванов Вяч. Дионис и прадионисийство. – СПб.: Алетейя, 1994. – 350 с. 3. Компарелли Р. Визуальный код в лирике Б. Поплавского // Жанровые и повествовательные стратегии в ли- тературе русской эмиграции: коллективная монография. – Томск, 2014. – С. 80–94. 4. Менегальдо Е. Проза Бориса Поплавского, или Роман с живописью // Гайто Газданов и «Незамеченное поколе- ние»: писатель на пересечении традиций и культур: Сб. науч. трудов. – М.: ИНИОН РАН, 2005. – С. 148–160. 5. Менегальдо Е. «Частное письмо» Бориса Поплавского // Поплавский Б. Ю. Неизданное: Дневники, статьи, стихи, письма. – М., 1996. – С. 7–24. 6. Ницше Ф. Рождение трагедии из духа музыки. – СПб., 2019. – 224 с. 7. Ницше Ф. Так говорил Заратустра: Книга для всех и ни для кого. – СПб., 2016. – 352 с. 8. Письма Б.Ю. Поплавского Ю.П. Иваску // Поплавский Б.Ю. Неизданное: Дневники, статьи, стихи, письма. – М., 1996. – С. 239–245. 9. Поплавский Б.Ю. Аполлон Безобразов // Числа. – 1931. – № 5. – С. 80–107. 4 Орфография и пунктуация авторские. 12

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. 10. Поплавский Б.Ю. Дирижабль неизвестного направления. – Париж, 1965. – 56 с. 11. Поплавский Б.Ю. О мистической атмосфере молодой литературы в эмиграции // Поплавский Б. Ю. Неизданное: Дневники, статьи, стихи, письма. – М., 1996. – С. 256–259. 12. Поплавский Б.Ю. По поводу… “Атлантиды – Европы”, “Новейшей русской литературы”, Джойса // Поплавский Б. Ю. Неизданное: Дневники, статьи, стихи, письма. – М., 1996. – С. 265–276. 13. Поплавский Б.Ю. Собр. соч.: В 3 т. – М.: Книжница; Русский путь; Согласие, 2009. – Т. 1: Стихотворения. – 560 с. 14. Савинская О.А. Изобразительное начало в лирике Б. Ю. Поплавского // Вестник Костромского государствен- ного университета. – 2008. – № 4. – С. 218–220. 15. Соколов Саша. «Сколько можно на полном серьезе мусолить внешние признаки бытия?» URL: http://os.colta.ru/literature/events/details/31471/page1/ (дата обращения: 30.04.2021). 16. Соколов Саша. Школа для дураков // Соколов Саша. Школа для дураков. Между собакой и волком. – М.: Огонек-Вариант, 1990. URL: http://www.eunet.lv/library/win/PROZA/SOKOLOV/shkola.txt (дата обращения: 30.04.2021). 17. Токарев Д.В. «Между Индией и Гегелем»: Творчество Бориса Поплавского в компаративной перспективе. – М.: Новое литературное обозрение, 2011. – 352 с. 18. Толстой Л.Н. Анна Каренина. URL: https://ilibrary.ru/text/1099/index.html (дата обращения: 30.04.2021). 19. Тырышкина Е.В., Маматов Г.М. «Музыкант нипанимал» Бориса Поплавского: между символизмом и сюрреализмом // Филология и человек. – 2018. – № 2. – С. 41–53. DOI: 10.14258/filichel(2018)2-04. 13

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. ТЕОРИЯ ЛИТЕРАТУРЫ. ТЕКСТОЛОГИЯ СТРАТЕГИИ ЛИТЕРАТУРНОГО ПЕРЕВОДА ТЕКСТОВ КЭРРОЛЛА Шестакова Ирина Александровна учитель русского языка и литературы, ОГБОУ «Лицей №9 г. Белгорода», РФ, г. Белгород E-mail: [email protected] CARROLL'S LITERARY TEXT TRANSLATION STRATEGIES Irina Shestakova Teacher of Russian language and literature from Liceum No 9, Belgorod, Russia, Belgorod АННОТАЦИЯ В данной статье рассматриваются некоторые особенности литературного перевода текстов Льюиса Кэрролла о приключениях Алисы в Стране Чудес и в Зазеркалье. Переводческие стратегии обусловлены тем, что в текстах обеих \"Алис\" сюжетообразующим элементом служит каламбур, построенный на игре слов. В зависимости от того, на какой основе формируется каламбур, были рассмотрены механизмы переводов фонетических, фразеоло- гических и лексических каламбуров. ABSTRACT This article examines some of the features of the literary translation of Lewis Carroll's texts about Alice's adventures in Wonderland and Through the Looking Glass. Translation strategies are conditioned by the fact that in the texts of both \"Alice\" the plot-forming element is a pun, built on a play on words. Depending on the basis on which the pun is formed, the mechanisms of translating phonetic, phraseological and lexical puns were considered. Ключевые слова: Кэрролл, художественный перевод, \"Алиса в Стране Чудес\", каламбур, прием компенса- ции, омонимия, созвучие, игра слов, Демурова, Заходер. Keywords: Carroll, literary translation, \"Alice in Wonderland\", pun, reception of compensation, homonymy, conso- nance, play on words, Demurova, Zakhoder. ________________________________________________________________________________________________ При переводе художественного текста, особенно типам перевода (в соответствии с классификацией если этот текст представляет собой шедевр, кото- Комиссарова В.Н., «Общая теория перевода» [4, рым, безусловно, являются кэрролловские «Алиса в с. 81]), а именно, к переводу филологическому, Стране Чудес» и «Алиса в Зазеркалье», перед пере- адаптированному и коммуникативному, особенно водчиком ставится непростая цель — не столько прослеживается последний, который предполагает дословно перевести текст, сколько передать его со- отсутствие стремления отразить в переводе нестан- держание как можно ближе к стилю автора, другими дартные особенности языка исходного текста, имея словами, соблюсти единство формы и содержания в целью при этом сконструировать как можно более соответствии с авторской концепцией. Эта перевод- естественный текст на принимающем языке [3, с. 34]. ческая задача становится еще более сложной в том случае, если требуется сохранить юмористическую Как нередко отмечают исследователи много- окраску произведения. Очевидно, что не все шутки численных переводов «Алисы» на русский язык, в можно перевести с английского языка на русский произведениях Кэрролла сам текст уже изначально язык дословно, не утратив их юмористического со- является объектом его собственного авторского ана- держания. Многое в этом аспекте зависит от стратегии, лиза и преобразования. Язык оригинала «Алисы» — выбранной переводчиком, например, осуществление это и игра слов, и каламбур, в котором текст служит художественного перевода подразумевает создание своеобразным кодом. Именно поэтому очевидна при- такого речевого произведения, которое будет спо- частность произведения к жанру абсурда, характери- собно оказывать художественно-эстетическое воз- зующегося метаморфозами причинно-следственных действие на носителя принимающего языка. связей, а также нестандартным построением фраз и языковой игрой, которая зачастую строится на приеме Нина Михайловна Демурова (1930 – 2021), ра- каламбура. Так, каламбур, в соответствии с опреде- ботая над переводом «Алисы», прибегала к трем лением Флорина и Влахова, – это стилистический __________________________ Библиографическое описание: Шестакова И.А. СТРАТЕГИИ ЛИТЕРАТУРНОГО ПЕРЕВОДА ТЕКСТОВ КЭРРОЛЛА // Universum: филология и искусствоведение : электрон. научн. журн. 2021. 9(87). URL: https://7universum.com/ru/philology/archive/item/12267

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. оборот, который основан на комическом применении заложено в основании каламбура, выделяют калам- идентично звучащих слов, обозначающих совер- буры на фразеологической основе, на фонетической шенно разное, или тождественно звучащих, или раз- основе и на лексической основе. личных значениях одного и того же словосочета- ния [1, с. 35]. Стоит обратить внимание на то, что в Рассмотрим, как еще один переводчик — Борис результате обращения к этому стилистическому Заходер — сумел не только сохранить, но и усилить обороту появляются семантически многоплановые абсурдное значение при переводе следующего ка- тексты, которые отличаются сатирической или юмо- ламбура, построенного на фразеологической основе, ристической окраской. Многоплановость возникает которая предполагает обыгрывание какого-либо вследствие соединения двух смысловых планов. устойчивого сочетания: Alice’s rightfoot, hearthrug, Виноградов В.С. предлагает выделять в качестве near thefender, with Alice’s love, что дословно звучит, лекси ятор начинающейся словесной игры, который как Алисиной правой ноге, на каминный коврик ближе обязательно ческой основы каламбура так называе- к решетке, с любовью, Алиса. Заходер несколько мый стимул должен соответствовать принятым в адаптирует текст для русскоговорящего читателя: языке нормам. Второй составляющей каламбура, Алисин Дом, улица Ковровая Дорожка (с доставкой которая непосредственно и создает условия для на пол), Госпоже Правой Ноге в собственные руки. реализации комического эффекта, является резуль- В нашем сознании сразу же возникает построенная тирующий компонент [2, с. 113]. Он требует непо- на этом же приеме каламбура поговорка Взять ноги средственного соотнесения с лексическим эталоном, в руки, таким образом открывается дополнительная заложенным в основании приема. возможность для юмористической интерпретации. Каламбур труднопереводим, так как подтекст, Рассмотрим также каламбур, который строится заложенный в нем, воспринимается носителями на рифмующихся сочетаниях антонимичных по зна- разных культурных парадигм по-разному. Среди чению слов — каламбур на фонетической основе. прочего стоит отметить, что важнейшая задача пере- В оригинале текста сонная Алиса вспоминает о том, водчика — преодолеть трудность, связанную с тем, что есть просто мышь (mouse), а есть летучая мышь что элементы каламбура могут не иметь аналогов в (bat), и тогда героиня задается вопросом: Do cats eat принимающем языке. В связи с этим переводчиками bats? А затем меняет местами объект и субъект дей- были определены основные приемы перевода, позво- ствия: Do bats eat cats? Подобная перестановка ха- ляющие в той или иной степени сохранить ироничное рактерна для той языковой игры, которая определяет звучание авторского каламбура: калькирование, опу- феномен Кэрролла, отнюдь не избегавшего абсурдных щение и компенсация. сочетаний. Очевидно, что для того, чтобы переста- новка оказалась возможной без потери шуточного Калькирование — это прием точного перевода звучания, необходимо сохранить рифму, как это лексических единиц, либо их значимых частей или было у Кэрролла. Соответственно переводчику заимствования отдельных значений слов. стоит попробовать оттолкнуться от созвучия пары cats - bats. В данном случае искомым эквивалентом При приеме опущения почти полностью утрачи- может служить, возникшая из крылатого выражения вается игра слов, и передача текста происходит путем «играть в кошки - мышки» антонимичная пара: простого перевода. Подобные изменения семанти- «Едят ли кошки летучих мышек?» Данный фрагмент ческой основы каламбура и его передача в некалам- в переводе Н.М. Демуровой обыгрывается по- бурной форме естественным образом влекут за собой вторно, и мы находим: «Едят ли кошки летучих мо- смысловые потери [7, с. 139]. В таком случае пе- шек?» Очевидно, что мошки летучие, поэтому, ве- реводчику приходится обратиться к приему ком- роятно, здесь уже считывается второй слой калам- пенсации, который является способом достижения бура, когда комизм возникает из плеоназма. эквивалентности перевода на уровне всего текста. Примером каламбура, строящегося на лексиче- Компенсация служит для замены равноценно не ской основе может служить особенность перевода переводимого элемента текста оригинала аналогич- имени собственного Hatter — дословно Шляпник. ным или уподобляющимся элементом, который бы, В английской традиции это слово связано со множе- с одной стороны, восполнял потерю информации, ством фольклорных сюжетов, в которых представи- а с другой, был способен оказать аналогичное воз- телям данной профессии свойственно чудаковатое действие на читателя перевода [6, с. 50]. поведение. Некоторые исследователи связывают выбор Кэрроллом данного персонажа с тем, что су- В качестве уникального примера текста, в котором масшествие было следствием профессиональной юмор строится в основном на каламбурах, можно болезни шляпников, которая могла быть вызвана привести оба произведения об Алисе Л. Кэрролла обработкой фетра летучими составами, содержа- “Алиса в стране чудес” и “Алиса в Зазеркалье”. В этих щими ртуть. Следовательно, в феномене “безумный произведениях практически весь юмор - это юмор шляпник” для английского слуха не было ничего не- каламбура, , здесь игра слов предопределяет поведе- обычного, наоборот, сразу же возникал необходимый ние героев и дальнейшее развитие сюжета. Более для раскрытия авторского замысла ассоциативный того, последнее вторично в этих произведениях, ряд. каламбур выступает на первый план. В связи с этим переводчикам текстов об Алисе приходилось исхо- Трудность перевода в данном случае связана с дить из требования соблюдения авторского способа тем, что в русском языке отсутствует полный поня- построения каламбура. В зависимости от того, что тийный аналог для передачи сумасшедшего из ан- глийского фольклора, то есть нет возможности при 15

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. калькировании Шляпник вызвать у читателя требуе- hearts» далеко не самое подходящее украшение для мую ассоциацию. По этой причине Н.М. Демурова расшитого платья. решила, не утратив саму лексическую основу калам- бура, перенести его на русскую почву, обратившись Поэтому переводчик виртуозно воссоздает дву- к фольклорному образу «дурака», который при всей плановость текста Кэрролла, сораняя при переводе своей кажущейся глупости всегда остается в поло- этого фрагментаомонимию карточных мастей: Впе- жении выигравшего. Поэтому переводчица остано- реди выступали десять солдат с пиками напере- вилась на понятийном поле “ глупость” илидур ь”, в вес... За ними шагали десять придворных. Их ореоле которого нашлось искомое слово — «бол- одежда была расшита крестами, а шли они по- ван», созвучное слову «болванка» — приспособле- парно, как и солдаты. За придворными бежали ко- ние для выкройки шляп. Получившийся Болванщик ролевские дети с бубнами в руках. Их было тоже Демуровой так же, как и Hatter Кэрролла, не отлича- десять. Милые крошки держались за руки и весело ется умом или сообразительностью, что заложено в подпрыгивали... За гостями шел Валет Бубен — на ассоциативном поле его имени. алой бархатной подушке он нес королевскую корону. А замыкали это великолепное шествие Король и Ко- Рассмотрим следующий пример, в котором ролева Бубен. Данная здесь замена Королевы Чер- Н.М. Демурова, выбирая русский эквивалент имени вей на Даму Бубен кажется спорной, но ровно до тех the Queen of Hearts, сталкивается с невозможностью пор, пока в следующем фрагменте мы не встречаем сохранить игру слов, возникающую из многозначно- известное англичанам шуточное стихотворе- сти слова hearts — буквально Королева Сердец, что ние [5, с. 207]: дословно в русском переводе звучит как «Королева Червей» — не самый благозвучный для русского уха The Queen of Hearts, she made some tarts, вариант перевода. Также стоит учитывать сюжетооб- разующие каламбуры, возникающие из многознач- All on a summer day: ности слов сlubs — “дубинка” и “трефа”, diamonds — “бриллианты”, которые украшают костюмы при- The Knave of Hearts, he stole those tarts, дворных и “бубны”. То есть выбор имени Червонной Королевы в данном отрывке определяется не только And took them quite away! характером, но и королевским двором, одеждой и Русскоговорящему читателю этот стишок про привычками: First came ten soldiers carrying clubs: ... Даму Бубен, Валета и украденные котлеты с бульо- ном хорошо знаком в классическом переводе next the ten courtiers: these were ornamented all over С.Я. Маршака. Таким образом, выбрав в качестве перевода имени персонажа The Queen of Hearts ва- with diamonds, and walked two and two, as the soldiers риант Королева Бубен, Демурова связала вариант имени с английским фольклором, в знакомом рус- did. After these came the royal children: there were ten of скому читателю варианте. Так переводчик сохранила в русском тексте тот же самый принцип узнавания, them, and the little dears came jumping merrily along, прибегнув к приему компенсации. Итак, при выполнении художественного пере- hand in hand, in couples: they were all ornamented with вода необходимо стремиться достичь относительной непротиворечивости тексту оригинала не только в hearts. Then followed the Knave of Hearts, carrying the содержательной части, но и в плане передачи автор- ского идиостиля. Эта задача становится тем более King's crown on a crimson velvet cushion; and, last of all сложной, если текст оригинала представляет собой произведение, в котором преобладают каламбуры, this grand procession, came the King and the Queen of определяющие само развитие сюжета. Как было рассмотрено выше, основным приемом, которым Hearts. виртуозно воспользовались переводчики «Алисы», Игра слов в представленном фрагменте строится был прием компенсации. на омонимии в названии карточных мастей, поэтому переводчику для передачи каламбура, соответству- ющего по структуре замыслу Кэрролла, необходимо стремиться к сохранению многозначности названия мастей. Неблагозвучных “червей” Демурова сразу от- вергла: они в отрывке «they were all ornamented with Список литературы: 1. Влахов С.И. Непереводимое в переводе / С.И. Влахов, С.П. Флорин. - М.: Р.Валент; Издание 4-е, 2009. - 360 c. 2. Виноградов В.С. Введение в переводоведение (общие и лексические вопросы). - М.: Издательство института общего среднего образования РАО, 2001.- 224 с. 3. Демурова Н.М. О переводе сказок Кэрролла (приложение к своему переводу «Алисы» Л. Кэрролла). Наука, Главная редакция физико-математической литературы, 1991. 4. Комиссаров В.Н. Общая теория перевода: Проблемы переводоведения в освещении зарубежных ученых / В.Н. Комиссаров. - М.: ЧеРо, 1999. - 136 c. 5. Кэрролл Л. Алиса в Стране Чудес. Сквозь зеркало и что там увидела Алиса [Текст] пер. Н.М.Демуровой. Стихи в пер. С.Я.Маршака и Д.Г.Орловской. - София: Изд-во лит. на иностр. языках, 1967. - 359 с. 6. Федоров А.В. Основы общей теории перевода (лингвистические проблемы) [Текст] : учеб. пособие / А.В. Фе- доров. - 4-е изд., перераб. и доп. - М. : Высш. шк., 1983. - 303 с. 7. Штырхунова Н.А. Лингвистическая игра слов (каламбур) в английском языке и русском переводе / Н.А. Штырхунова. – Краснодар, 2006. – 20 с. 16

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. ЯЗЫКИ НАРОДОВ ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН ЕВРОПЫ, АЗИИ, АФРИКИ, АБОРИГЕНОВ АМЕРИКИ И АВСТРАЛИИ (С УКАЗАНИЕМ КОНКРЕТНОГО ЯЗЫКА ИЛИ ЯЗЫКОВОЙ СЕМЬИ) ФОРМЫ АНТРОПОНИМОВ «СОКРОВЕННОГО СКАЗАНИЯ МОНГОЛОВ» Намсрай Мөнх д-р филол. наук, преподователь, Монгольский государственный университет, Республика Монголия, г. Улан-Батор E-mail: [email protected] FORMS OF ANTHROPONYMS OF THE “SECRET HISTORY OF THE MONGOLS” Munkh Namsrai Ph. D of Philological Sciences, Lecturer of National University of Mongolia, Mongolia, Ulaanbaatar E-mail: [email protected] АННОТАЦИЯ В данной статье мы попытались классифицировать формы антропонимов «Сокровенного сказания монголов», опираясь на исследования ученых. Мы можем сказать, что в XII–XIII веках среди монгольских племен был наиболее распространен обычай давать ребенку однокоренное имя. Двухкоренные имена были редким явлением. Большинство двухкоренных антропонимов «Сокровенного сказания» являются либо однокоренными антропонимами, использованными вместе с титулами или этниконами, либо антропонимами, использованными с прозвищами. ABSTRACT In this article, the attempt to classify the forms of anthroponyms of the \"Secret History of the Mongols\" based on the scientists’ research has been made. The author signifies that, in the XII–XIII centuries, the Mongols usually gave a one- root name to a newborn child. Two-root names were a rare phenomenon. Most of the two-root anthroponyms of the “Secret History” are either anthroponyms which consists of one-root name used with titles or ethnicons, or anthroponyms used with nicknames. Ключевые слова: Сокровенное сказание монголов, антропонимы, формы. Keywords: The Secret History of the Mongols; anthroponyms; forms. ________________________________________________________________________________________________ «Сокровенное сказание монголов» является монгольские ученые, но и иностранные ученые, важнейшим историческим памятником такие как А. Мостаэрт, П. Поуха, Ц. Тафраджийска, средневековой монгольской культуры и языка. Но Ф.В. Кливез, Н.П. Шастина, Л. Беше, Н. Поппе, эволюция языка за прошедшие 8 веков, отсутствие В. Рибацки, И. де Рахевильц, внесли неоценимый оригинала на монгольском языке, отсутствие знаков вклад в развитие ономастики средневекового препинания в китайской транскрипции и некоторые монгольского языка. В данной статье мы возможные ошибки в самой китайской попытались установить формы антропонимов «Со- транскрипции делают изучение данного источника кровенного сказания», опираясь на труды весьма трудным. вышеперечисленных ученых. Особый интерес вызывают имена собственные, 1. Антропонимы, состоящие из трех слов. в том числе и антропонимы, так как они дают нам а. Двухкоренное имя собственное + титул важнейшее представление о языке, культуре, и(Nм1ен+иN: 2T+aiNTtietlme).üВr ta«iСsiо,кJ̌рaоlaвlеdнinноsмultсaкnа,зUанbиčiиq»ta4i таких Güren обычаях, менталитете и т.д. той эпохи. Многие ученые, такие как Н. Жамбалсүрэн, О. Намнандорж, ba’atur, Qori Šilemün taisi. Д. Цэрэнсодном, Ш. Чоймаа, Ж. Сэржээ, Д. Энхбат, б. Двухкоренное имя собственное + прозвище Б. Өлзийсүрэн, Ж. Лувсандорж, изучали и изучают (N1+ N2 + Nsurnom): Bai šingqor doqšin. данную тему на протяжении многих лет. Не только __________________________ Библиографическое описание: Мөнх Намсрай ФОРМЫ АНТРОПОНИМОВ «СОКРОВЕННОГО СКАЗАНИЯ МОНГОЛОВ» // Universum: филология и искусствоведение : электрон. научн. журн. 2021. 9(87). URL: https://7universum.com/ru/philology/archive/item/12253

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. в. Этникон + двухкоренное имя собственное б. Этникон + имя собственное. (Ne+Nadj.1+Nadj. 2): Ne’üdei Čaqa’an Uwa. б.1. Ne+suff.+N (6): J̌ arči’udai ebügen, Qa’atai Darmala, Qardaqidai Ebügeǰin, Söge’tei To’oril, г. Двухкоренное прозвище + имя собственное Sükegei Je’ün,Tarqutai Kiriltuq. (Nsurnom1+Nsurnom 2 +N): Barim Ši’iratu Qabiči. б.2. N+Ne (1): Tödö’en Barula. д. Имя собственное + двухкоренной титул б.3. N+Ne+suff. (2): Asan Sartaqtai, Ma’aliq (N+Ntitle1+Ntitle2): Kököčü Teb tenggeri, Qurčaqus bayya’udai. Buyiraq qan, To’oril Ong qan, Inanča Bilge qan, Alaquš б.4. Nadj.+Ne (3): Mönggetü Kiyan, Üčǖgen Barula, Yeke Barula. Mönggetü Kiyan хэмээх нэрийг франц Digit Quri. хэлнээ Tavelure-le-Kiyan буюу N+art.déf.+Neгэж Из вышеперечисленных примеров видно, что орчуулжээ. Үлдсэн. собственно трехкоренного имени собственного не б.5. Nadj.+suff.+Ne (2): Erdemtü Barula, Mönggetü существует, а есть двухкоренные имена, использованные вместе с титулом, прозвищем или Kiyan. этниконом. Мы также можем видеть, что некоторые б.6. Ne+suff.+Nadj. (1): Mongqolǰin qo’a. прозвища и титулы могут быть двухкоренными или состоять из двух слов. в. Имена собственные с титулами. В «Сокровенном сказании» есть большое 2. Антропонимы, состоящие из двух слов. В «Сокровенном сказании» мы насчитали 191 количество титулов, таких как: хаан, хан, ван, антропоним, состоящий из двух слов. Опираясь на семантические исследования и особенно на баатар, чэрби, хатан, үжин. Мы насчитали 77 имен, французский перевод Мари-Доминик Эвен и Родики Поп 1994 года5, мы классифицировали данные употребленных вместе с титулом, и антропонимы следующим образом: классифицировали их следующим образом: а. Антропоним, состоящий из двух слов (86), б. Этникон + имя собственное (14), в.1. N+Ntitle (40): Aǰai qan, Alin taisi, Arslan qan, в. Имя собственное + титул (90). Aša Gambu, Bala čerbi, Bartan ba’atur, Batačiqan, Bilge а. Антропоним, состоящий из двух слов. а.1. N1+N2 (26): Aldi Er, Arqai Qasar,Ašiq Temür, beki, Bučaran čerbi, Büri bökö, Ča’ur beki, Čaraqai Baqu Čorogi, Buqa Temür, Čaraqa ebügen, Čauǰin Lingqu, Čiduqul bökö, Dei sečen, Dobun mergen, Dödei Örtegei, Dergek Emel, Dori Buqa, El Qutur, J̌ ali Buqa, čerbi, Güyigünek ba’atur, Huǰa’ur üǰin, Ibaqa beki, J̌ oči Darmala, J̌ oči Qasar, Kököčü Kirsa’an, Kötön Način ba’atur, Naqu bayyan, Nekün taisi, Ögölen čerbi, Baraqa, Mülke Totaq, Ökin Barqaq, Qori Buqa, Qori Örebek Digin, Qabul qahan, Qadaq ba’atur, Qori qačar, Sali Qača’u, Seče domoq, Šikiken Qutuqu, Torbi Sübeči, Qučar beki, Qulan ba’atur, Qulan taš, Üsün ebügen, Yedi Tubluq, Yisün te’e. а.2. N+Nadj. (14): Botoqui tarqun, Buqu Qadagi, qatun,Qulbari-Quri,Qutula qahan, Qutuqa beki, Seče Büri Bulčiru, Čo’os čaqān, Čonaq–Čaqa’an, Daiduqul beki, Šinči bayyan, Suqu sečen, Tayang qan, Toqto’a soqor, Dörbei doqšin, Duwa soqor, Gü’ün U’a, Moči beki,Tolun čerbi, Yegei Qongtaqar. Bedü’ün, Qudus qalčin, Senggüm Bilge, Tödö’en Girte, в.2. N+suff.+Ntitle (21): Barqudai mergen, Yedi Inal. Borǰigidai mergen, Čila’un ba’atur, Čila’un Qayyiči, a.3. N+suff.+Nadj. (2): Barquǰin qo’a, Bodončar Čirgidai ba’atur, Čormaqan qorči, Hö’elün üǰin,Qada’an mungqaq. a.4. N1+suff.+N2+suff. (4): Megüǰin se’ültü, taisi, Qaǰi’un beki, Qoričar mergen, Qoriǰin qatun, Qorilartai mergen, Qu’určin qatun, Quyuldur sečen, Qači’un Toqura’un, Qaraqai Toqura’un, Ünǰin Saqayit. Söyiketü čerbi,Sübe’etei ba’atur,Telegetü bayyan, a.5. Nadj.+N (17): Alaq It, Börte činō, Dayir-usun, Temüǰin Üge, Toroqolǰin bayyan,Yisügei ba’atar,Yisügen qatun. Kökse’ü Sa[b]raq, Menen Tudun, Möngkö qalǰa, Narin To’oril, Nilqa-Senggüm, Qači külük, Qo’ai maral, в.3. Nadj.+Ntitle (9): Alaqa beki, A’uču ba’atur, Altan Qotun Örčeng, Sayiqan Töde’en, Tüge Maqa, Yeke qahan, Bültečü ba’atur, Čilger bökö, Doqolqu čerbi, Čeren,Yeke Čiledü, Yeke ne’ürin,Yeke nidün. Qoǰin beki, Tögüs beki, Tumbinai sečen. a.6. Nadj.+suff.+N (7): Altun Ašuq, Boroldai в.4. Ntitle+N (1): Qan Melig. Suyalbi, Buqatu Salǰi, Qutu[q]tu Mönggür, Qutu[q]tu Yürki, Sorqatu Jürki,Toqon Temür. в.5. N + слово, обозначающее родственную связь (10): Alči güregen, Altan Otčigin,Butu a.7. Nadj.1+Nadj.2 (11): Ačiq Širun, Alan qo’a, güregen,Buqa güregen, Čigü güregen, Dāritai Otčigin, A’uǰam Boro’ul, Čaga’an qo’a, Erke qara, Kökö Čos, Olar güregen, Širgü’etü ebügen,To’oril de’ü, Tödö’en Narin Ke’en, Qargil šira, Sem Sečüle, Sem Soči, Sorqan O[t]čigin. šira. в.6. Ntitle1+Ntitle2 (7): Buyiruq qan, Činggis qahan, a.8. Nadj.1+suff. + Nadj.2 (1): Boroqčin qo’a. Gür qan, Iluqu Burqan, J̌ aqa Gambu, J̌ eugon, Se’üse, a.9. Nadj.1+ Nadj.2+suff. (2): Al Altun, Qara Qada’an. a.10. Nadj.1+suff.+Nadj.2+suff. (2): Qada’an- Qalibai soltan Daldurqan, Qaraldai Toqura’un. в.7. Ntitle+suff+Ntitle (1): Ongging čingseng. 3. Однокоренные антропонимы. В данном произведении мы нашли 227 одн- окоренных антропонимов и классифицировали их следующим образом: 1. N (120): Aǰinai, Alči, Alqui, Amal, Ambaqai, Araǰan, Arqai, Arula[t], Ašiq, Atkiraq, Badai, Bala, 5 Так как в данном переводе все имена собственные, смысл которых был установлен, были переведены на французский язык. 18

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. Balaqači, Baqaǰi, Batu, Bekter, Bo’orču, Boro’ul, Jürčedei, Kinggiyadai, Mangqutai, Noyagidai, Büǰek,Buǰir, Buqa, Büri,Čanai,Čanar, Čaqa, Čotan, Oronartai, Qardaqidai, Šiǰu’udai, Sönit, Sükegei, Tayyiči’udai, Tügü’üdei, Udutai, Uiγurtai, Uru’udai. Darbai, Dawun, Degei, Döregene, Ebegei, Geniges, Geügi, Girma’u, Güngǰü, Gürbesü, Güyük, Höbögetür, 4. Nadj. (17): Alaq, Bögen, Börte, Čaga’an, Čimbai, Horqudaq, Idu’ud, Idürgen, Ile, Inalči, J̌ amuqa,J̌ anggi, Čila’un, Dayir, Güčülük, Ilügei, Kökö, Möngke, J̌ ebe, J̌ ebke, J̌ eder, J̌ egei, J̌ egü, J̌ elme,J̌ etei,J̌ oči, J̌ ubqan, Mönglik, Oqutur, Oldaqar, Qubilai, Šiluqai, Soqor. J̌ ungso, Kete, Kišiliq, Kököčü, Küčü, Kücügür, Lablaqa, Maral,Masqut, Mönggei, Mönggü’ür, Moriči, Moroqa, 5. Nadj.+suff. (17): Adarkidai, Alčiq, Altani, Boroldai, Doqoladai, Sorqaqtani, Qara’udar, Qaraldai, Müge, Mulqalqu, Muqali, Naya’a, Öködei, Onggiran, Qaračar, Qačula, Qači’u, Qači’un, Qačin, Qo’aqčin, Önggür, Oqda, Örbei, Oronar, Qa’uran, Qabturqas, Ča’aday, Ča’alun, Širaqan. Qada, Qadagi, Qadai,Qaidu, Qal, Qarču, Qaši, Выводы Qongqai,Qongtaqar, Qudus,Qunan, Quril, Qutu, Seči’ür, 1. Хотя в «Сокровенном сказании Монголов» Šiki’ür, Širaqul, Sübegei, Taiču, Tamača, Tamači,Taqai, есть 12 антропонимов, состоящих из трех слов, но Taqai6, Tenggeri,Tobsaqa, Tobuqa, Tödöge, Tolui, Tüge, собственно трехкоренного антропонима нет. 2. В данном источнике находятся 191 Tüngge,Tuqu, Tusaqa,Tüyideger, Uquna, Vuqanu, Yadir, антропоним, состоящий из двух слов, но при этом Yalawači, Yalbag,Yegü, Yisüi (qatun), Yuqunan, около 55% из них являются однокоренными антропонимами, использованными вместе с Yuruqan. титулами (47%) или этниконами (7%). Из остальных 2. N+suff. (51) : Alčidai, Aqutai, Belgütei, Bügidei, 86 антропонимов, состоящих из двух слов (45%), только 26 могут являться двухкоренными именами Bulaqadar, Buluqan, Buqatai, Ča’urqai,Ča’urqan, собственными, остальные же 60, скорее всего, Čečeyigen, Čigidei, Čilawun, Čilgütei, Čülgetei, являются антропонимами, использованными с Dolo’adai, Elǰigedei, Harqasun, Iduqadai, J̌ irqo’adai, прозвищами. Jirqo’an, Ketei, Kiratai, Megetü, Nomolun, Noyakin, 3. Большинство антропонимов (227, или около 53% всех антропонимов) являются однокоренными. Qači’un, Qada’an, Qali’udar, Qoluyiqan, Qongqortai, Qongqotan, Qorči, Qoridai, Qorqosun, Qudu’udar, Qutuqtai, Soqatai, Taičar, Temüder, Temüge, Temüǰin, Temülün, Toqučar, Tödö’en,Törölči, Tungquidai, Turuqan, Tügei, Hüsün, Yisüder, Yisüngge. Besü3t.eiN, e+Bsüugffü.n(ü2te2i),:J̌ aBdaa’raardidaia,i, Barulatai, Belgünütei, J̌ alayirtai, J̌ ewüredei, Список литературы: 1. АН СССР. Древнетюркский словарь. – Л., 1969. 2. Баттулга Ц. Эртний түрэгийн гурван цолын тухай, Монголчуудын зэрэг дэв. – УБ, 2009. 3. Баярсайхан М. Төв Ази дахины нэн эртний нэгэн цол, Монголчуудын зэрэг дэв. – УБ, 2009. 4. Гаадамба Ш. Монголын нууц товчооны судлалын зарим асуудал, Улсын хэвлэлийн газар. – УБ, 1990. 5. Дариймаа А. Монгол хүний нэрийн толь. – УБ, 2008. 6. Дулам С. Монгол бэлгэдэл зүй, Дэд дэвтэр, Өнгөний бэлгэдэл зүй, Зүг чигийн бэлгэдэл зүй. – УБ, 2000. – Т. 47–57, 79–85, 114–118, 125–129. 7. Дулам С. Монгол бэлгэдэл зүй, Тэргүүн дэвтэр, Тооны бэлгэдэл зүй. – УБ, 1999. – Т. 129–142, 154–173. 8. Козин С.А. Сокровенное сказание, Монгольская хроника 1240 г. под названием Mongγol-un Niγuča Tobčiyan, Юань чао би ши // Монгольский обыденный изборник. Т. I. – М. – Л. : Изд-во АН СССР, 1941. 9. Монголын нууц товчоо, Эртний үг хэллэгийн түгээмэл тайлбартай шинэ хөрвүүлэг, Ш. Чоймаа, Мөнхийн үсэг ХХК. – УБ, 2011. 10. МУИС, ГХСС, Нэр судлал, № 1, МУИС-ийн Хэвлэх үйлдвэр. – УБ, 2003. 11. Очир А., Сэржээ Ж. Монголчуудын овгийн лавлах. – УБ, 1998. 12. Сумъяабаатар Б. Монголын нууц товчоон, үсгийн галиг. – УБ, 1990. 13. Сэржээ М. Монгол хүний нэрийн хадмал толь. – УБ, 1993. 14. Шагдарсүрэн Ц. Ja’ud-quri~Ca’ud-quri хэмээх цолын учир холбогдолд нэмэрлэх санал // Acta Mongolica. – 2009. – Vol. 9 (320). – P. 15–26. 15. Энхбат Д. Хүмүүний зохист нэр, Зууны ном. – УБ, 2004. 16. Bese L. Sur les anciens noms de personne mongols, traduction de R. Hamayon // Etudes mongoles. – 1974. – № 5. – P. 91–96. 17. Boyle J.A. On the Titles Given in Juvaini to certain Mongolian Princes // HJAS. – 1956. – № 19. 18. Grousset R. L’Empire Mongole. 6 Тахи. 19

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. 19. Hambis L. Un épisode mal connu de Gengis-khan. – 1975. 20. Hamilton J.R. Sur la chronologie khotanaise au IXe – Xe siècle. – PEFEO, 1984. 21. Histoire secrète des Mongols, traduit du mongol, présenté et annoté par Marie-Dominique Even et Rodica Pop, préface de Roberte N. Hamayon, Connaissance de l’Orient, collection UNESCO d’œuvres représentatives. – Gallimard, Paris, 1994. 22. Igor de Rachewiltz. Index to the Secret history of the Mongols. – Indiana University Publications, 1972. 23. Igor de Rachewiltz. The Secret History of the Mongols // A Mongolian Epic Chronicle of the Thirteenth Century. – Brill, Leiden-Boston, 2004. – Vol. I, II. 24. Mostaert A. Sur quelques passages de l’Histoire secrète des Mongols. – Harvard-Yenching Institute, Cambridge, Massachusetts, 1953. 25. Paul Pelliot. Histoire secrète des Mongols, restitution du texte mongol et traduction française des chapitres I à VI, Librairie d’Amérique et d’Orient. – Adrien-Maisonneuve, Paris, 1949. 26. Pelliot P., Hambis L. Histoire des campagnes de Gengis-Khan: Cheng-wou ts'in-tcheng lou. 27. Rybatzki V. Female Personnal Names in Middle Mongolian Sources. – Wiesbaden, 2007. 28. Word and Suffix Index to the Secret History of the Mongols based on the Romanized Transcription of L. Ligeti, Compiled by H. Kuribayashi & Choijinjab, CNEAS Monograph Series. – Sendai, 2001. – № 4. 20

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. PAPERS IN ENGLISH PHILOLOGY LITERARY CRITICISM STUDY OF FOLKLORE PECULIARITIES OF KINSHIP TERMINOLOGY IN TURKIC LANGUAGES Dilorom Kholmatova A teacher, Ferghana Polytechnic Institute, Uzbekistan, Ferghana city, E-mail: [email protected] ORCID: 0000-0001-9137-3248 ОСОБЕННОСТИ ТЕРМИНОЛОГИИ РОДСТВА В ТЮРКСКИХ ЯЗЫКАХ Холматова Дилором Абдусамиевна преподаватель, Ферганский политехнический институт, Республика Узбекистан, г. Фергана E-mail: [email protected] ABSTRACT The article under discussion examines the peculiarities of kinship terminology in the Turkic languages. The author of the article believes that all Turkic languages form a group of closely related languages, characterized by common genetic and typological features. Most scientists are usually guided only by comparative ethnographic data, comparing the kinship systems of different peoples. It has been proved that the peculiarities of the kinship systems are conditioned by the nature of social (in particular, family-marital) relations. АННОТАЦИЯ Данная статья рассматривает особенности терминологии родства в тюркских языках. Автор статьи считает, все тюркские языки образуют группу близкородственных языков, характеризующуюся общими генетическими и типологическими чертами. Большинство ученых оперируют обычно лишь сравнительно-этнографическими данными, сопоставляя системы родства различных народов. Им же доказано, что особенности систем родства обусловливаются характером о общественных (в частности, семейно-брачных) отношений. Keywords: terminology, kinship, Turkic language, genetic, typological, traits, closely related languages, features, historian, ethnographer, approach. Ключевые слова: терминология, родство, тюркский язык, генетический, типологический, черты, близкородственные языки, особенности, историк, этнограф, подход. ________________________________________________________________________________________________ Kinship nominations in different languages of the others. Forming a closed semantic field, kinship termi- world in recent decades have become the subject of study nology reflects the system of kinship relations charac- by a wide range of scholars: linguists, ethnologists, eth- teristic of the people speaking a given language, in a par- nographers, demographers, sociologists, historians and ticular area and in a particular era. Kinship terminology __________________________ Библиографическое описание: Kholmatova D. PECULIARITIES OF KINSHIP TERMINOLOGY IN TURKIC LANGUAGES // Universum: филология и искусствоведение : электрон. научн. журн. 2021. 9(87). URL: https://7universum.com/ru/philology/archive/item/12273

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. belongs to that part of the language which cannot be Uzbek kinship terms according to the five-step studied without reference to extralinguistic data, and from its structure and semantics we can draw conclu- Turanian-Hanonovan system, which is a classic example sions about the extralinguistic system behind it. among all kinship systems: The nominations of kinship are of special interest for linguists, as they constitute the oldest and basic fund II.! bobo/dedushka/grandfather; momo/ba- of the lexicon of any language. On the other hand, this linguistic material is often used in the works of ethnogra- bushka/grandmother phy and related disciplines to solve a number of prob- I.! ota/otets/father; ona/ mat’/mother lems related to the history of human society. The result of the cooperation of linguists and ethnographers was 0! aka-uka /bratya/brothers; opa- the creation of such an intermediate field of scientific research as ethnolinguistics. singil/syostri/sisters nabira I.! o’gil/sin/son; qiz/doch’/daughter Currently existing works reveal the issues of II.! nabira o’gil/vnuk/grandson; comparative study of kinship languages in terms of linguistic or ethnographic approaches. A retrospective qiz/vnuchka/granddaughter [1]. analysis of studies devoted to the study of kinship terms has shown that the study of this layer of vocabulary is This scheme presents a picture of the kinship system conducted mainly in terms of systematic approach, which does not allow to identify the exact composition division by direct line, that is the nearest blood relatives, of relevant features of kinship terms in the languages of different systems. of the named person. But besides these notions of Studies of the kinship systems of Turkic-speaking Uzbeks there are other names of persons by father, peoples have been carried out by such researchers as Samoilovich, Dyrenkova, Pokrovskaya, Maksimov and mother, brothers and sisters separately. So, for example, others. In the last decades of the twentieth century, many researchers in Uzbek linguistics also began to address parents of father and mother are called \"ota- this issue, including Arifkhanova Z.Kh., Shoniyozov K., Doniyorov A.Kh., Alimova D.A., Zununova G.Sh., etc [5]. bobo\"/predki/ancestors; the term \"aka\" means both older All Turkic languages form a group of closely related brother and younger brother of father or mother, but languages, characterized by common genetic and typological features. The common origin of the Turkic older than the speaker and generally a relative or even a languages is expressed in extreme closeness of their grammatical structure and vocabulary. All modern fellow villager older than the speaker but younger than Turkic languages and nationalities are derived as a whole growing group of languages, respectively the older his parents. The main peculiarity of the Turanian- languages of tribes and clans, the process of language development in various patrimonial unions and Hanonovan system is the fusion of direct and lateral communities, which have left their specific traces, and created differences characteristic of each language [1]. lines of kinship when distinguishing paternal and The Uzbek language has a definite place among the Turkic languages of the Commonwealth of Independent maternal lines as well as descendants of the opposite sex States. If we look at the whole historical path of the development of Uzbek, it has contacted with other in the descending generations. As a rule, the terms of languages, as it does now. These contacts were reflected in the vocabulary of the Uzbek language and its dialects property (to denote the kinship of husband or wife) in the form of various borrowings from Arab-Iranian, Russian, Mongolian, and related Turkic languages [2] overlap with the terms of kinship. A distinctive feature as well as all developed languages of the world have for- eign-language borrowed words [3]. of the descriptive systems is the clear identification of The system of kinship and properties of the Uzbeks the direct line of descent, the designation by special has not been studied monographically in historical and ethnographic terms. The present work is an attempt to terms of each of the parents, sons and daughters, some extent to fill this gap and has the task to give a general description of the principles of construction of grandchildren and granddaughters, the association the Uzbek kinship system, to determine its relation to the kinship systems of other peoples of the Altay language between side lines of kinship and the presence of terms family and to explain the origin of some features of this system. First, let us imagine a \"genealogical tree\" of for uncles and aunts, nephews and nieces, and in rare cases and cousins. In addition to the above scheme, we can mention EGO's relatives: \"aka\"-brat/older brother, \"uka\"- brat- ishka/little brother, \"opa\"- sestra/older sister, \"singil\"- sestryonka/little sister of the speaker. A similar system of kinship in the direct lineage can be found in the kinship systems of other Turkic peoples. Thus, in Uzbeks we find \"ota\"/otets/father, \"ona\"/mat’/mother, \"qarindosh\"/rodstvenniki/relatives. The same terms are found in Bashkirs: \"opa\", \"agai\", \"ata\", \"kyz\", \"ul\", and in Kazakhs, Tatars, and other closely related peoples one can find the same terms of kinship in direct line [1]. This testifies to the interaction and mutual influence of the closely related Turkic languages at all times in their history of development. Therefore a comparative study of the terms in the kinship systems of the Uzbeks and other peoples belonging to the same language family with them proves that the specific features of the Turkic systems were formed in antiquity, apparently in the pre- Turkic era. This can be seen in the division of the EGO generations into older and younger halves, accompanied by the shifting of each of them with adjacent generations, which subsequently led to the so called sliding generational account. 22

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. References: 1. Alimov T.A. O meste terminologii rodstva uzbekov sredi terminologii drugih turkoyazichnih narodov. [On the place of Uzbek kinship terminology among the terminologies of other Turkic peoples] // Molodoy uchyoniy. — 2015. — № 3 (83). P. 938-939. [in Russian] 2. Dospanov A.U. K voprosu kontaktov blizkorodstvennih turkskih yazikov. [On the question of contacts between closely related Turkic languages] // Vestnik Akademii Nauk Respubliki Uzbekistan. – 1991 - № 5. P. 98–100. [in Russian] 3. Kholmatova D.A. Theoretical aspects of studying ethnography as a scientific discipline. [Teoreticheskie aspekty izucheniya etnografii kak nauchnoy distsiplini] // Bulleten nauki i praktiki. – 2020 - №8. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/teoreticheskie-aspekty-izucheniya-etnografii-kak-nauchnoy-distsipliny (дата обращения: 09.09.2021). [in English] 4. Kholmatova D.A., Rahmatova O.K., Kosimova D.R. Etnograficheskaya terminologiya i ee lingvisticheskiy analiz (na materialah russkogo i uzbekskogo yazykov). [Ethnographic terminology and its linguistic analysis (in Russian and Uzbek)] // Vestnik nauki i obrazovaniya. - 2019. - №19-3 (73). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/etnograficheskaya- terminologiya-i-ee-lingvisticheskiy-analiz-na-materialah-russkogo-i-uzbekskogo-yazykov [in Russian] 5. Kholmatova D.A. Research on the functioning of ethnographic vocabulary in the speech of students. [Issledovanie funksionirovaniya etnograficheskoy leksiki v rechi studentov] // Psychology and education (2021) 58(1): 3988-4000. P.p.3988-4000. URL: https://scholar.google.com/scholar?hl=ru&as_sdt=0%2C5&q=RE- SEARCH+ON+THE+FUNCTIONING+OF+ETHNOGRAPHIC+VOCABU- LARY+IN+THE+SPEECH+OF+STUDENTS&btnG= [in English] 23

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. LINGUISTICS ROMANCE LANGUAGES PRINCIPLES OF SELECTING MEDIA TEXTS IN TEACHING FOREIGN LANGUAGES Dildora Kambarova Student in Doctoral Studies (PhD), Ferghana State University, Uzbekistan, Ferghana city E-mail: [email protected] ПРИНЦИПЫ ОТБОРА МЕДИАТЕКСТОВ В ОБУЧЕНИИ ИНОСТРАННЫМ ЯЗЫКАМ Камбарова Дилдора Иброхимовна базовый докторант, Ферганский государственный университет, Республика Узбекистан, г.Фергана E-mail: [email protected] ABSTRACT The article under discussion examines the principles of selection of media texts in teaching foreign languages. The author believes that the advantages of media in the process of teaching foreign language communication lie in their au- thenticity, relevance, informative saturation, communicative orientation, high potential for the development of outlook and enhancement of general culture. АННОТАЦИЯ Данная статья рассматривает принципы отбора медиатекстов в обучении иностранным языкам. Автор статьи считает, что преимущества СМИ в процессе обучения иноязычному общению заключаются в их аутентичности, актуальности, информативной насыщенности, коммуникативной направленности, высоком потенциале для раз- вития мировоззрения и повышения общей культуры. Keywords: principles of selection, media text, informative, communicative, foreign language, material, general, au- thenticity, development, culture. Ключевые слова: принципы отбора, медиатекст, информативный, коммуникативный, иностранный язык, материал, общий, аутентичность, развитие, культура. ________________________________________________________________________________________________ Mastering oral foreign language communication is 1. Principle of communicative importance of the impossible without the use of effective, high-tech, ac- text which assumes saturation of the text with samples cessible means of education. Such means are nowadays from native speakers' practice and takes into considera- the traditional means of mass information (print, radio, tion real possibilities of using text material by students television) transformed in the Internet context. A global in practice of oral foreign language communication. Ac- communicative space is being formed thanks to the me- cording to the named principle the texts are selected that dia, the borders and distances are being overcome, and have a certain communicative potential. Under this con- the information reaches the multilingual audience with- cept we understand a peculiar challenge contained in the out intermediaries [2]. Mass media in the language text, an impetus to communication. Note that the Eng- classroom is a well-known way to create meaningful lish-language media abounds with examples of texts context for teaching a foreign language [1]. with a pronounced communicative potential. Its attributes should be considered such as: First of all, let us dwell on the principles of selecting media texts (valid regardless of the form of text presen-  closing slogans, appeals of advertising leaflets tation) for teaching oral foreign-language communica- and commercials (for example: Have it all, Just do it, tion. We suggest the following principles of media text And do more); selection. __________________________ Библиографическое описание: Kambarova D. PRINCIPLES OF SELECTING MEDIA TEXTS IN TEACHING FOREIGN LANGUAGES // Universum: филология и искусствоведение : электрон. научн. журн. 2021. 9(87). URL: https://7universum.com/ru/philology/archive/item/12279

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г.  Initiative remarks - questions anticipating further example, we should diversify the possibilities of this di- information (for example: What's your idea of..., Do you rection in form and subject matter (Job Hunting, Tour- find it a struggle to..., Have you ever thought of...); ism Opportunities, etc.). The variety of journalistic genre obliges students to get acquainted with the maxi-  Closing phrases that invite reflection and discus- mum possible number of existing styles (programs) of sion (e.g.: Come to think of it... Got a match?, What ap- English-language media during the learning process, as peals more to you...). well as to vary them. Thus preference is given to the texts having communicative potential. The texts in the form of an interview, a round table, a talk show are the most expedient in view of the goal as 8. Principle of thematic correspondence, allowing they demonstrate the process of foreign-language com- purposefully, in accordance with the chosen topic, to se- munication in development. Thus, according to the prin- lect one or more texts (in the composition of the infor- ciple of communicative significance, the media text is mation and content block), united by a particular topic. selected to illustrate the communicative practice of na- tive speakers and provoke further communication. 9. The listed principles of selection of media mate- rials are common for the texts in the three forms of 2. Principle of taking into account the degree of text presentation. With regard to radio and television tests complexity (including technical parameters) in relation (broadcasts), it is necessary to allocate an additional to the level of students' learning at a particular stage, dic- principle of selection - consideration of various difficul- tating a certain sequence of increasing difficulties of lex- ties in listening, such as: ical and grammatical plan, genre form. a) tempo (preferably not as high as possible); 3. Principle of informative content of the text, ac- b) presence of an accent in the speech of the speak- cording to which texts that are informative and provide ers (a slight accent is acceptable if it does not interfere enough material for full productive communication (dis- with perception and does not disturb understanding); cussions, conversations, etc.) are selected. c) the number of speakers in the program (at the be- ginning of training it is desirable not more than one or 4. Principle of general problem orientation of the two, later several participants are allowed) [4]. text, by virtue of which preference is given to texts con- In accordance with the above principles, the most taining some problem (or suggesting ways of its solu- appropriate text materials from various media sources tion), as a result of which communication in the group is (press, radio and TV channels, the Internet) are selected stimulated and activated. that best fit the effective teaching of oral foreign language communication. 5. The principle of authenticity of textual materials, To organize work with media materials it is neces- orienting on the selection of such texts \"which native sary to have a special bank of text materials: recorded on speakers produce for native speakers, that is original TV and radio programs, as well as newspaper and mag- texts proper, created for real conditions...\" [3]. According azine articles. As we have already noted, the existence to this principle materials of English-speaking authors, of such a fund will allow the teacher to rationally plan radio and TV stations, the Internet should be involved in and build a lesson (selection, organization of text material the educational process. The production of the above- along with the development of methodical instructions). mentioned sources will also make it possible to realize The textual material selected according to specific learning in the context of dialogue of cultures as the notion principles is further organized taking into account the of media authenticity includes sociolinguistic and soci- functional-stylistic and thematic approaches. The first ocultural aspects. The selected materials should demon- approach assumes such an organization of materials in strate national-cultural features of foreign-language the process of educational activity when stylistic peculi- communication: from external features (communicative arities of the presented materials and mastering of func- formulas, intonations, mimics, gestures) to socio-cultural tional means of expression on their basis determine the issues of the country of the studied language. content and specificity of communication. Thematic ap- proach dictates clear guidelines in the organization of 6. The principle of the predominance of the British texts on a particular topic, that is, a group of texts is version of the media, according to which materials are made out in the information block within a particular attracted mainly from newspapers and magazines pub- topic. lished in Great Britain, as well as presented by the radio Thus, the principles of organization of textual mate- and TV channels of the BBC company. rials in English-language media discussed above deter- mine a systematic system of training sessions and a ra- 7. The principle of genre differentiation and varia- tional structure of their construction. In an EFL (English tion, which dictates the requirement to select media ma- as a Foreign Language) class an activity ought to have a terials in different genre styles and forms within the visible, clear, and compelling objective, have English framework of the publicist style. Variety, in its turn, im- use built into the logic of the activity, be interesting to plies taking into account multiple existing trends within the students [5]. one genre (style). So, initially using pragmatic texts, we simultaneously strive to involve in the learning process the most different types of such texts - announcements, advertisements, etc. Working with advertisements, for 25

№ 9 (87) сентябрь, 2021 г. References: 1. Aminjonova Z.A., Abduraimov A.U., Akramova N.M. The importance of media in the learning process. // Voprosi nauki i obrazovaniya.- 2019 - 3(47). URL: https://elibrary.ru/download/elibrary_36921521_82295205.pdf [in English] 2. Brumfit C.J., Johnson K. The Communicative Approach to Language Teaching. - Oxford: OUP, 1979. – 243 p. [in English] 3. Haleeva I.I. Osnovy teorii obucheniya ponimaniyu inoyazychnoy rechi (podgotovka perevodchika). [Fundamentals of the theory of teaching the understanding of foreign language speech (translator training)¿ - M.: Vyssh. shk., 1989. – S.238. [in Russian] 4. Finnocchiaro M. English as a Second Foreign Language: from Theory to Practice, 4-th ed. - 1989. – 230 p. [in English] 5. Razzoqova D.A., Habijonov S.K., Akamova N.M. Problems encountered in learning a foreign language // Voprosi nauki i obrazovaniya.- 2018 - 29(41). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/problems-encountered-in-learning-a-foreign- language [in English] 26

ДЛЯ ЗАМЕТОК

Научный журнал UNIVERSUM: ФИЛОЛОГИЯ И ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ № 9(87) Сентябрь 2021 Свидетельство о регистрации СМИ: ЭЛ № ФС 77 – 54436 от 17.06.2013 Издательство «МЦНО» 123098, г. Москва, улица Маршала Василевского, дом 5, корпус 1, к. 74 E-mail: [email protected] www.7universum.com Отпечатано в полном соответствии с качеством предоставленного оригинал-макета в типографии «Allprint» 630004, г. Новосибирск, Вокзальная магистраль, 3 16+