philology-2018_09(55)

UNIVERSUM: ФИЛОЛОГИЯ И ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ Научный журнал Издается ежемесячно с ноября 2013 года Является печатной версией сетевого журнала Universum: филология и искусствоведение Выпуск: 9(55) Сентябрь 2018 Москва 2018

УДК 008+70/79+80/82 ББК 71+80/85 U55 Главный редактор: Грудева Елена Валерьевна, д-р филол. наук; Члены редакционной коллегии: Бревнова Юлия Александровна, канд. культурологии; Жукоцкая Зинаида Романовна, д-р культурологии; Карпенко Виталий Евгеньевич, канд. филос. наук; Купцова Ирина Александровна, д-р культурологии; Лебедева Надежда Анатольевна, д-р филос. наук; Чурилина Любовь Николаевна, д-р филол. наук. U55 Universum: филология и искусствоведение: научный журнал. – № 9(55). М., Изд. «МЦНО», 2018. – 24 с. – Электрон. версия печ. публ. – http://7universum.com/ru/philology/archive/category/9-56 ISSN (печ.версии): 2500-400X ISSN (эл.версии): 2311-2859 DOI: 10.32743/UniPhil.2018.55.9 Учредитель и издатель: ООО «МЦНО» ББК 71+80/85 © ООО «МЦНО», 2018 г.

Содержание 4 4 Культурология 4 Музееведение, консервация и реставрация историко-культурных объектов 8 О ФОРМУЛЕ ДЕРИВАЦИОННОГО ТОЛКОВАНИЯ ЗНАЧЕНИЙ РУССКИХ 8 СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ С СУФФИКСОМ -(Ь)М- Тележко Георгий Михайлович 11 Теория и история культуры 15 15 СЕМИОТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ЛИНГВОКУЛЬТУРНОГО ТРАНСФЕРА: 15 К ПРОБЛЕМЕ ТИПОЛОГИИ ФОРМУЛ ПЕРЕДАЧИ ИНФОРМАЦИИ Санников Сергей Викторович 15 ИСКУССТВО, КОТОРОГО «НЕТ» (ПЕРЕСЕЧЕНИЕ ПЕРВОБЫТНОГО И СОВРЕМЕННОГО 18 ИСКУССТВА) 18 Семенова Валентина Ивановна Черниева Зинаида Леонидовна 18 Филологические науки Литературоведение Журналистика СУЩНОСТЬ МЕДИАТИЗАЦИИ КАК ЯВЛЕНИЯ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА Наседкина Надежда Игоревна Языкознание Славянские языки К ВОПРОСУ О ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКОМ СТАТУСЕ ПРЕДЛОГА Рыжкович Анна Чеславовна

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. КУЛЬТУРОЛОГИЯ МУЗЕЕВЕДЕНИЕ, КОНСЕРВАЦИЯ И РЕСТАВРАЦИЯ ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНЫХ ОБЪЕКТОВ О ФОРМУЛЕ ДЕРИВАЦИОННОГО ТОЛКОВАНИЯ ЗНАЧЕНИЙ РУССКИХ СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ С СУФФИКСОМ -(Ь)М- Тележко Георгий Михайлович канд. техн. наук, заместитель директора Общества с ограниченной ответственностью «Информаналитика», РФ, г. Санкт-Петербург E-mail: [email protected] ON THE FORMULA FOR THE DERIVATIONAL INTERPRETATION OF THE MEANINGS OF RUSSIAN NOUNS WITH THE SUFFIX -(Ь)M- George Telezhko Candidate of Engineering Sciences, Vice Director in «Informanalytica» Ltd, Russia, Saint Petersburg АННОТАЦИЯ В статье приводятся результаты исследования семантических связей производных основ русских существи- тельных с суффиксом -(ь)м- и соответствующих производящих основ. Показано, что эта связь может быть объ- яснена как следствие преобразования древнего корня с посессивной семантикой в суффиксальное расширение. Приведены формула деривационного толкования и примеры её эвристической полезности. ABSTRACT The article presents the results of studies of semantic relationships between the derived stems of Russian nouns with the suffix -(ь)m- and the relevant source stems. It is shown that this relationship can be explained as the effect of the transformation of the ancient root with possessive semantics into a suffixal extension. The formula for the derivational interpretation and examples of its heuristic utility are provided. Ключевые слова: производная основа, производящая основа, семантика, этимология, суффиксальное рас- ширение, посессивность. Keywords: derived stem, source stem, semantics, etymology, suffixal extension, possessiveness. ________________________________________________________________________________________________ Описание проблемы, постановка задачи и ме- интерес, если не больший, имеет этимология этого тодика её решения форманта, его фонетическое и семантическое выве- дение из лексемы-предка, что позволило бы постро- Проблеме деривационного толкования производ- ить формулу толкования с отсылкой к этой лексеме. ных основ уделено много внимания в научной лите- ратуре. Резюмируя ряд мнений по вопросу об общем Сходная работа была проведена при исследова- подходе к такому толкованию, приведённых, напри- нии этимологии индоевропейских (ИЕ) названий мер, в [3, с. 15 – 17], мы будем исходить из того, что волка [7], где попутно проявилось деривационное формула толкования должна содержать отсылку на значение суффиксов в этих названиях: 'который'. Это производящую основу и описывать деривационные значение проявилось при анализе названия волка в значения, выражаемые словообразовательным фор- тохарском B: walkwe – разложение которого дало мантом. производящую основу wal- и суффикс -kw-, восходя- щий к ИЕ местоимению со значением «кто (что)». При этом интерес представляет не только фор- мальное сопоставление словообразовательного фор- В настоящей статье предлагается аналогичный манта его деривационному значению, найденному подход к толкованию русских существительных с эмпирически по имеющемуся материалу. Большой __________________________ Библиографическое описание: Тележко Г.М. О формуле деривационного толкования значений русских существительных с суффиксом -(ь)м- // Universum: Филология и искусствоведение: электрон. научн. журн. 2018. № 9(55). URL: http://7universum.com/ru/philology/archive/item/6353

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. суффиксом -(ь)м-, отделяемым от суффиксов пассив- - лохма – 'с неряшеством', от корня -лох-, от кото- ных причастий настоящего времени (напр., носимый, рого лох, лохань, солоха 'неряха', и, вероятно, поло- ведомый), от производных ИЕ суффикса *-mḗn /*-mn̥ шить, плохой [8]; /*-mō (ст. «*-mḗn» в [11]), напр., в др.-греч. ποιμήν, δαίμων, лат. alumnus, sermō, др.-рус. веремя, камы) и - тормы, диал. ряз. 'ноги', тормашки – 'с тором от производных от тюркского суффикса действия - (с дорогой)'; mak (напр., в заимств. из тюрк. кошма, сурьма, чалма). - Хохлома (легенд. ж. имя) – 'хохластая, с хохол- ком', якобы по имени девочки, впервые расписавшей Результаты исследования деревянную посуду названа деревня Хохлома; Характерные примеры рус. слов с исследуемым суффиксом: бельмо, ведьма, косма. Существитель- - яма – просто 'имеющая ёмкость', от др.-рус. яти ное письмо не войдёт в список, поскольку его древ- 'взять, объять, уловлять'; няя форма – ср. ст.-слав. писмѩ – выдаёт связь с ИЕ суффиксом *-mḗn, ср. также форму мн. ч. письмена, - ярмо – 'с силой', от др.-рус. яти 'взять, объять, наряду с письма. Деривационное значение послед- уловлять' > ярый 'крепкий, сильный', подобно жить него суффикса известно: он преобразует действие, > жир, дать > дар, пить > пир. выражаемое глаголом, в имя действия или его ре- зультат: писать > письмо, письмена. Однако сущ. Предложенный вариант деривационного толко- ведьма, бельмо, косма не являются именами дей- вания не только объясняет смысловую связь между ствий, т. е. их суффикс не выводится из *-mḗn. основами исконно русских лексем, но и позволяет Эвристическим ключом к формулировке этимо- предложить славянскую этимологию лексем, счита- логической гипотезы для исследуемого суффикса -м- ющихся заимствованными. может послужить корень -йм-, -ём-, -ьм- рус. лексем с семантикой посессивности: обойма, объём, возьму, Тесьма – возводимый к ИЕ *em, др.-рус. имѣти, польск. Считается, что лексема заимствована из тур. или mieć, лит. im̃ ti 'брать', лат. emere (Meaning: 'take' в [4]). тат. tasma 'лента, тесьма, ремень'. Арханг. диал. Попытка применения этого ключа к трём вышепри- та́ сма 'подпруга в оленьей упряжке' считается за- ведённым рус. примерам вселяет надежду на пер- имств. из коми тасма 'ремень, пояс', которое, в свою спективность следующей формулировки: значение очередь, опять-таки выводится из тур. и тат. (ст. производной основы с суффиксом -м- определяется «тесьма», «тасма» в [9]). Если внимательно изучить через обладание признаком ('с признаком'), выражен- словарные значения, то тур. tasma применяется ис- ным производящей основой: ключительно в значении 'поводок, ошейник', а тат. - ведьма – 'обладающая знанием' (корень -вед-); tasma означает 'лента'. У этих лексем есть два иран- - бельмо – 'обладающее чем-то белым' (корень - ских аналога: персидский, означающий 'тесьма' и та- бел-); джикский, тасма, означающий 'ремень'. - косма – 'обладающая косой – тем, что расчёсы- Отметив разнобой в значениях лексем ('поводок', вают' (корень -кос-/-чес-). 'лента') – предполагаемых источников, следует заме- Эти определения, очевидно, адекватны определя- тить, что рус. тесьма не означает, строго говоря, ни емым лексемам. 'ремень', ни 'лента', хотя тесьма часто определяется Расширим проверку гипотезы на доступный заве- через образ ленты. Основное отличие между тесьмой домо исконный лексический материал, включающий, и лентой вообще состоит в том, что лента, как пра- помимо существительных, одно наречие: вило, – это чисто декоративный элемент одежды, в то - весьма (наречие) – 'со-всем'; время как тесьма назначается для связывания и стя- - Вязьма (река) – 'вязкая (обладающая вязко- гивания частей одежды. стью)'; Таким образом, без каких-либо натяжек к лек- - Клязьма (река, этимология считается не выяс- семе тесьма 'стягивающая лента' применима выше ненной) – вероятно, 'с клягами (древками бредней)', предложенная деривационная формула, связываю- родств. рус. кляч 'колышек', польск. klęk 'рукоятка щая производящую основу тес- (семантика давле- плуга', рус. клин, клык, колоть (все, в конечном счёте, ния) с производной основой тесьм-: тесьма – 'стес- – от праслав. корня *kъl-); няющая (с теснотой)'. Распространение лексемы, со- - корм, корма – 'со срезом' (корень кор- с семан- провождаемое семантическим дрейфом, скорее тикой 'резать', родственно корень); всего, шло через иранск., поскольку в перс. русскому - корчма 'питейное заведение' – 'с корчагами (со- [e] соответствует [a], ср. рус. весна – перс. bahar, рус. судами для водки)' от *kъrkъ 'шея', по Трубачёву (ст. здесь - др.-перс. dahyu- 'местность, страна' (Фасмер, «корчага» в [9]); со ссылкой на Педерсена, ст. «дешевый» в [9]); далее - Коряжма (город), Коряжемка (река) – 'с коря- – в тюркские, далее – в коми. гами, корнями', Корѧжемка (орфография – по [2, с. Пальма 633]) – от *корѧга; Безусловное заимствование из лат. palma 'паль- - кострома 'соломенная фигура богини плодоро- ма', основное значение которого – 'ладонь'. Однако дия' – 'с соломой (кострой)', родственно кость; дальнейшая этимология повисает в семантическом вакууме, поскольку лат. лексему и родственные ей др.-греч. παλάμη, др.-англ. folm 'ладонь', др.-ирл. lám 'кисть руки' выводят из ИЕ прототипа *palam-, *plām-, который сам уже семантически не связан ни с какой другой ИЕ лексемой. Прототип *palьma имеет прозрачную семантиче- скую связь с праслав. *раlъ, *раlьсь 'палец (чаще – 5

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. большой)', т. е. *pal-ьma – 'имеющая пальцы', что со- мелкий', ср. рус. моль, серб. мољац 'моль', что ставит гласуется с обсуждаемой деривационной формулой и под сомнение финно-угорское происхождение рус. с гипотезой Уленбека и Бецценбергера (ст. «палец» в названий. [9]) о родстве рус. палец и лат. palma. Происхождение лат. palma непосредственно из лат. pollex 'большой Возвращаясь к этимологии рус. названия нельма, палец' фонетически и морфологически не объяснимо, мы вправе предположить если не аналогичное рас- в др.-греч. и подавно нет связи между δάκτυλος 'палец' щепление, то, по крайней мере, колебания [ʎ] ~ [j] и и παλάμη 'ладонь'. Кроме того, лат. и др.-греч. лек- вариант названия *нейма, т. е. 'неуловимая' с при- семы выглядят избыточными, в связи с наличием у ставкой не-, как в неслух, неясыть, и родственная palma и παλάμη синонимов: manus и χείρ 'кисть руки, пойма, обойма, пройма. Семантически это предполо- ладонь, рука'. жение вполне оправдано: нельма – один из самых крупных речных хищников, и вытащить её из воды Применение деривационной формулы к *palьma непросто (вспомним также: «видит око, да зуб ней- < *раlъ 'палец' находится в согласии с гипотезой о мёт»). средиземноморской прародине протославянского языка, обсуждавшейся в более ранних работах [5]. Аналогичные колебания [ʎ] ~ [j] были и в рус. яма, слав. *jama, которые имеют диал. вариант ляма Шельма 'ямка, лунка, канавка' (ст. «ляма» в [1]) и допускают Лексема справедливо выводится из ср.-в.-н. сравнение с лит. lomà 'низина', лтш. lãmа – то же, лат. schëlme или прямо из нов.-в.-н. Schelm 'плут'. Однако lāmа 'лужа, болото' (см. ст. «яма\" в [9]), что предпо- герм. лексемы со значениями 'плут, негодяй', как и в лагает расщепление начального [ʎ] на стадии ИЕ случае с лат. palma, оказываются в семантическом ва- языка. кууме (ст. «Schelm» в [11]). В ст. «шалить» [9] Фасмер, со ссылкой на Мик- Допущение древнего колебания [jm] ~ [ʎm] и в лошича, приводит лит. слова – šėlа 'ярость', šėlytis названии нельма позволяет найти слав. этимологию 'строить рожи, валять дурака', pašel̃̇ ęs 'взбешенный' – для нельма, непосредственно связанную с семанти- которые, по его мнению, заимств. из слав. Поскольку кой обладания, с корнем -йм- и без суффиксального чередование [a] ~ [e] здесь не вызывает удивления, не расширения. В связи с последним обстоятельством должно вызывать удивления и происхождение герм. нельма выпадает из числа примеров применения ис- лексем из праслав. šаl- со значениями 'шалить, обма- следуемой деривационной формулы. нывать, шалеть – беситься' с помощью форманта - (ь)m- с поздним обратным заимствованием в слав. Выводы Нельма Есть основания считать, что суффиксальное рас- Иногда предполагают финно-угорское / саамское ширение -(ь)m- в исконно русских лексемах имеет де- происхождение лексемы. ривационное значение посессивности. Однако считается, что коми ńеl᾽mа заимств. из Последовательное применение предложенной рус. (ст. «нельма» в [9]). Выведение из саамск. деривационной формулы, позволило проверить эти- njalmme, njálbme 'рот' с родственными в мари, ханты, мологии ряда лексем на предмет их исконности или манси и венгерск. хотя и семантически привлека- заимствования. Например, формула не применима к тельно, в связи с характерной пастью нельмы, но про- чалма, кошма, но оказалась применимой к пальма, тиворечит отсутствию такого названия рыбы в ука- шельма, тесьма, что указывает на исконно славян- занных языках. ское / русское происхождение последних. При этом С несколько большими сомнениями, чем при рас- пальма и шельма исторически были забыты и верну- смотрении предыдущих примеров, предложим аль- лись в виде перезаимствований в позднее время. тернативный ход рассуждений. В ранней фазе разви- Пока не ясно, было ли образование суффикса - тия протославянского языка в нём происходило рас- (ь)m- из корня -йм- чисто славянской инновацией, щепление палатальных звуков, в частности, пала- или аналогичные трансформации проходили и в дру- тальный [ʎ] развился в варианты: [ʎ], [lь], [j] – ср., гих языках. По крайней мере, подобный процесс мог напр., слав. лексемы со значением 'боярин': рус., укр. проходить и в индо-иранских: боя́ рин, ст.слав. болѩринъ, болг. боля́ рин, сербохорв. - ср.-перс. xormā 'финик' – 'с солнцем'? ср. курд., бо̀ љарин [6]. перс. xōr-, осет. хур 'солнце'; Следы этого расщепления можно увидеть и в - авест. aēsma- 'хворост' и санскр. idhmá- 'хво- диал. названиях мойвы (ст. «моль» в [9]): мойва, рост, топливо' – 'с огнём'? ср. др.-перс. áed 'огонь' [10, мольва, мольга́ , мо́ лька, моля́ ва, мальга́ 'мелкая ры- с. 41], бёшка, мальки' – от корня с семантикой 'маленький, но более подробный анализ ИЕ лексем с подобными суффиксами мы оставим в качестве темы дальней- шей работы. Список литературы: 1. Даль В.И., Толковый словарь Даля. 1863–1866 / [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc2p/263590 (дата обращения: 09.09.2018). 2. Зализняк А.А., Древнерусское ударение. Общие сведения и словарь. – M.: Языки славянской культуры, 2014. – 728 c. 3. Мусатов В.Н., Деривация и словообразовательная полисемия отглагольных существительных с нулевым суффиксом. – Барнаул: ИП Колмогоров И.А., 2015. – 159 с. 6

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. 4. Старостин С.А., Indo-European etymology. / [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://starling.rinet.ru/cgi- bin/query.cgi?basename=\\data\\ie\\piet&root=config&morpho=0 (дата обращения: 10.09.2018). 5. Тележко Г.М. Критический анализ некоторых предполагаемых источников славянской сельскохозяйствен- ной лексики // Universum: Филология и искусствоведение: электрон. научн. журн. 2018. № 1(47). URL: http://7universum.com/ru/philology/archive/item/5445 (дата обращения: 11.09.2018). 6. Тележко Г.М. О дивергенции палатального бокового аппроксиманта в славянских языках // Universum: Фи- лология и искусствоведение: электрон. научн. журн. 2016. № 12(34). URL: http://7universum.com/ru/philology/archive/item/4029 (дата обращения: 11.09.2018). 7. Тележко Г.М., О смысловой структуре праиндоевропейской лексемы со значением 'волк // Universum: Фило- логия и искусствоведение: электрон. научн. журн. 2017. № 3(37). / [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://7universum.com/ru/philology/archive/item/4475 (дата обращения: 11.09.2018). 8. Тележко Г.М. Следы редуцированных форм префиксов до-, по- // Universum: Филология и искусствоведение : электрон. научн. журн. 2016. № 11(33). / [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://7universum.com/ru/philology/archive/item/3912 (дата обращения: 11.09.2018). 9. Фасмер М. В., Этимологический словарь русского языка. Пер. с нем. и дополнения чл.-корр. АН СССР О.Н. Трубачева. Под ред. и с предисловием проф. Б. А. Ларина. Изд. второе, стереотипное. В четырех томах. М.: Прогресс, 1986. Тома I–IV / [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://etymolog.ruslang.ru/index.php?act=contents&book=vasmer (дата обращения: 28.03.2018). 10. Catt A., The Derivational Histories of Avestan aēsma- 'firewood' and Vedic idhmá- 'id.' // Proceedings of the 25th Annual UCLA Indo-European Conference. – Bremen: Hempen, 2014. С. 39 – 48. 11. Wiktionary. / [Электронный ресурс] – Режим доступа: https://en.wiktionary.org (дата обращения: 28.03.2018). 7

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ КУЛЬТУРЫ СЕМИОТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ЛИНГВОКУЛЬТУРНОГО ТРАНСФЕРА: К ПРОБЛЕМЕ ТИПОЛОГИИ ФОРМУЛ ПЕРЕДАЧИ ИНФОРМАЦИИ Санников Сергей Викторович канд. ист. наук, научный сотрудник лаборатории семиотики и знаковых систем, Новосибирский национальный исследовательский государственный университет, РФ, г. Новосибирск E-mail: [email protected] SEMIOTIC ASPECTS OF LINGUISTIC AND CULTURAL TRANSFER: ON TYPOLOGY OF THE INFORMATION TRANSMISSION FORMULA Sergey Sannikov Candidate of Historical Sciences, Laboratory of Semiotics and Sign Systems, Novosibirsk State University, Russia, Novosibirsk АННОТАЦИЯ Целью настоящей работы является расширение типологии форм лингвокультурного трансфера, представлен- ной в работах С.Г. Проскурина и А.В. Проскуриной. Сравнительно-исторический анализ англосаксонских пра- вовых памятников позволил автору настоящей работы выделить ранее не описанный тип лингвокультурных трансформаций, который отсылает исследователя к явлениям модальной семиотики, и является, по всей видимо- сти, одним из ключевых с точки зрения анализа процессов исторической трансляции и культурной преемствен- ности социальных институтов, ритуалов и иных социальных практик. ABSTRACT The aim of the paper is to expand typology of the forms of linguistic and cultural transfer presented in the works of S. Proskurin and A. Proskurina. The comparative historical analysis of the Anglo-Saxon laws has allowed the author to identify a previously not described type of linguistic and cultural transformations, which addresses the researcher to the phenomena of modal semiotics, and may be regarded as one of the most significant in terms of analysis of the processes of historical succession and cultural continuity of social institutes, rituals, and other social practices. Ключевые слова: модальная семиотика; лингвокультурный трансфер; передача информации; типология культурных форм. Keywords: modal semiotics; linguistic and cultural transfer; information transfer; typology of cultural forms. ________________________________________________________________________________________________ Изучение семиотических аспектов диахрониче- «человек в среднем мире») [3, с.52]; «тип Б», для ко- ской и межкультурной трансляции информации яв- торого характерны «лексические замены ключевого ляется важной составляющей анализа процессов со- термина с сохранением первоначальной семантиче- циокультурного трансфера. Исследование корпуса ской структуры, т. е. сохранение означаемого и свя- древнеанглийских текстов позволило исследовате- занного с ним культурного нексуса при обновлении лям [3; 4] открыть несколько типов формул передачи означающего», например, когда фраза «middangeard информации в культуре, в соответствии с которыми beofað» («средний мир дрожит»), трансформируется происходит образование новых культурных форм: в «beofað ealle beorhte gesceaft» («дрожит все яркое «тип А» (в рамках которого происходит «переосмыс- творение») в рамках микромотива «конец мира» [там ление конвенциональных формул, т. е. тип «одна же]; «тип В», характеризующийся порождением но- формула – два смысла», например, фраза «ne… вых сочетаний и оборотов с иной семантической middangeardes men mundgripe maran» («Нет в среднем структурой по отношению к установленным архаиче- мире… людей с хваткой руки сильней» – о культур- ским формулам, например выражение «weorold ном герое англосаксов Беовульфе) может трансфор- wendeð» («мир вращается (по кругу)» трансформиру- мироваться в выражение «ne maerra man geond ется в «weorold gewiteð» («мир уходит») в рамках middangeard» («Нет славней человека в среднем микромотива «движущийся мир» [там же]. мире» – об Иисусе Христе) в рамках микромотива __________________________ Библиографическое описание: Санников С.В. Семиотические аспекты лингвокультурного трансфера: к проблеме типологии формул передачи информации // Universum: Филология и искусствоведение: электрон. научн. журн. 2018. № 9(55). URL: http://7universum.com/ru/philology/archive/item/6341

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. Позже также был выявлен четвертый тип транс- Например, перенесение художником Д. Врубелем формаций, «тип Г», который «представляет собой знаменитой фотографии поцелуя генсека ЦК КПСС описание с заменой лексемы в контексте формулы с Леонида Брежнева и руководителя ГДР Эриха Хон- одним и тем же предикатом» [4]. Рассматриваемый некера из газетного разворота на Берлинскую стену тип в определенной степени соотносится с «типом представляет собой классическое посмодернистское Б», однако, отличие состоится в том, что «нексус (т. цитирование (несмотря на цветовую актуализацию е. закрепленный культурный смысл) не сохраняется, содержание фотографии остается полностью неиз- а сама формула обозначает разные явления в рамках менным), трансформирующее смысл высказывания одной темы» [4, с.233-238]. В качестве примера дан- путем смены контекста (из символа крепости социа- ного типа выступает трансформация выражения «Her листического лагеря данное изображение трансфор- sunne aþiestrode» («Здесь солнце померкло») в «Her se мируется в символ неадекватности мира «большой mona aðistrode» («Здесь луна померкла») [там же]. политики»). На этом же принципе основано воздей- ствие значительной части современных интернет-ме- На основании проведенных автором данной ста- мов (коллажей), когда фотография какого-либо пер- тьи исследований древнеанглийских правовых тек- сонажа помещается на новый фон, соответствующий стов [5; 6; 7] представляется возможным выделить иному культурному контексту. также пятый тип лингвокультурного трансфера (ко- торый можно условно обозначить как «тип Д»), в Данный тип культурного трансфера может соче- рамках которого сама формула, ее лексика и семан- таться с иными, ранее выявленными типами, в част- тическая структура остаются прежними, но меняется ности – ему в определенной степени близок ранее от- контекст употребления формулы, например, когда в крытый «тип Б», к которому прибегают, например, законах короля Альфреда (Эльфреда) воспроизво- режиссер и сценарист фильма «Александр Невский» дятся извлеченные из контекста Пятикнижия Моисея Сергей Эйзенштейн и Петр Павленко, вкладываю- и переведенные на уэссеский диалект древнеанглий- щие в уста главного героя парафраз заимствованной ского языка библейские формулы «Ne sleah ðu» («Не из Евангелия от Матфея архаической формулы «Воз- убий»); «Ne stala ðu» («Не укради»), и т.д. врати меч твой в его место; ибо все, взявшие меч, ме- чем погибнут» (в фильме звучит: «Кто к нам с мечом Данный тип передачи культурной информации придет, тот от меча и погибнет» [2]). Микромотив прослеживается, например, в воспроизведении (бук- «гибели от меча» порождает специфический куль- вальном цитировании, репликации) определенных турный миф, определяющий идентичность советской образов на гербах и иных символах государственной цивилизации в рамках соответствующей культурной власти различных государств и эпох (образ / формула эпохи по «типу Б», в то время как воспроизведение «двуглавый орел = верховная власть» в символике фразы лирического героя произведения Эйзен- Византийской империи, Испанской империи, Ав- штейна-Павленко в современной российской полити- стрийской империи, Российской империи и т.д.), а ческой публицистике патриотической направленно- также в мультимодальных формах политического сти относится уже к культурному трансферу по дискурса, когда, например, Наполеон Бонапарт во «типу Д» (в рамках которого не происходит лексиче- время своей имперской коронации принимает пур- ская или семантическая транформация исходной пурную мантию, украшенную регалиями эпохи Ме- формулы, она воспроизводится в неизменном виде, ровингов, а в церемонии инаугурации российского но в новом контексте). президента участвуют военнослужащие в военной форме эпохи Российской империи. Подобные цитаты Выявленный тип социокультурного трансфера напрямую отсылают нас к протографу / культурному («тип Д») отсылает исследователя к явлениям мо- инварианту, выполняя роль своеобразного культур- дальной семиотики [1], и является, по всей видимо- ного триггера, активирующего соответствующие ар- сти, одним из ключевых с точки зрения анализа про- хетипы в новом историческом контексте. На данном цессов исторической трансляции и культурной пре- принципе культурного трансфера была основана, емственности социальных институтов, ритуалов и например, рецепция библейского ритуала помазания иных социальных практик. Дальнейшее исследова- царя в раннесредневековом вестготском, а позже – ние данного типа передачи культурной информации каролингском обществе. на материале исторических обществ позволит более детально изучить особенности его функционирова- Особенную популярность данный тип культур- ния и выявить возможные закономерности трансля- ного трансфера получает в рамках постмодернист- ции и преемственности соответствующих социокуль- ского искусства, в значительной степени основан- турных форм. ного на принципах мультимодальной эклектики. Список литературы: 1. Золян С.Т. О модальном измерении языкового знака: семантическая теория Г. Фреге и ее возможное расши- рение // Вопросы языкознания. 2014. № 3. С. 96-111. 2. Павленко Н.А. Александр Невский: Киноповесть //Собр. соч. Т. 4. М., 1954. 3. Проскурин С.Г. Принципы репликации культурной информации // Критика и семиотика. 2015. № 2. С. 51– 64. 9

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. 4. Проскурин С.Г., Проскурина А.В. Коммуникативное расширение формул в поэтике индоевропейской куль- туры как условие ее распознавания в контексте и передачи в диахронии // Функционально-когнитивный ана- лиз языковых единиц и его аппликативный потенциал. Барнаул, 2014. С. 233–238. 5. Санников С.В. Не переводившиеся ранее фрагменты англосаксонских законов (domas) королей Инэ и Аль- фреда // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия «Право». 2008. Т. IV. Вып. 2. С. 67- 70; 6. Санников С.В. Перевод пролога к кодексу короля Альфреда // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия «История, филология». 2009. Т. VIII. Вып. 1. С. 205-209; 7. Санников С.В. Фрагменты кодекса короля Альфреда / Предисл., пер. и коммент. С.В. Санникова // История государства и права: Федеральный журнал. 2009. № 20. С.2-7. 10

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. ИСКУССТВО, КОТОРОГО «НЕТ» (ПЕРЕСЕЧЕНИЕ ПЕРВОБЫТНОГО И СОВРЕМЕННОГО ИСКУССТВА) Семенова Валентина Ивановна д-р культурологии, факультет дизайна, визуальных искусств и архитектуры, Тюменский государственный институт культуры, РФ, г. Тюмень E-mail: [email protected] Черниева Зинаида Леонидовна канд. культурологии, факультет дизайна, визуальных искусств и архитектуры, Тюменский государственный институт культуры, РФ, г. Тюмень E-mail:[email protected] Art which does not “exist” (the intersection of primitive and modern art) Valentina Semenova Doctor of Cultural Studies, Department of Design, Visual Art and Architecture, Tyumen State Institute of Culture, Russia, Tyumen Zinaida Cherniyeva Candidate of Cultural Studies, Department of Design, Visual Art and Architecture, Tyumen State Institute of Culture, Russia, Tyumen АННОТАЦИЯ Существование первобытного искусства как искусства не признается в силу незавершенности процесса его становления и заменяется термином «изобразительная деятельность». В современном искусстве стереотипно ви- дят «конец искусства», связанный с утратой критериев художественности и пр. Этот парадокс преодолевается, если историки искусства будут опираться в своих суждениях на развитие новых технологий и выразительных средств. ABSTRACT The existence of primitive art as the art is not recognized because of the process incompleteness of its formation and is replaced by the term \"figurative activity\". The \"end of art\" is seen stereotypically in modern art, associated with the loss of the criteria of high artistic value, etc. This paradox is overcome if art historians rely on their judgments concerning the development of new technologies and expressive means. Ключевые слова: изобразительная деятельность, первобытное искусство, современное искусство, кризис искусства. Keywords: figurative activity, primitive art, modern art, art crisis. ________________________________________________________________________________________________ Искусство является неотъемлемой частью чело- с. 205]. На современном этапе исследователи предпо- веческой культуры. Его начало уходит в глубокую читают употреблять термин «изобразительная дея- древность, в эпоху первобытности. Осознание этого тельность», предложенный в 1929 г., так как обнару- факта было сложным и непростым процессом. Пер- женные артефакты не могли выполнять те же функ- вые находки предметов первобытного искусства ция, которые присущи современному искусству. [2, были сделаны в первой половине XIX в., но их свя- с. 11]. Если учесть тот факт, что выделение искусства зывали с кельтами, римлянами и др. Публикация зна- в особую сферу началось в эпоху Возрождения, то менитой пластины с ланями из грота Шаффо, найден- мы должны отказаться от существования искусства ной в 1833, состоялась только в 1860 г. [7, с. 15, с. 62]. во все предшествующие эпохи. Открытие живописи в пещере Альтамира в 1879 г. Современное искусство «исчезает» в силу дру- опять стало камнем преткновения. Совершенство гого явления, которое в постмодернистской тради- изображений не соответствовало представлениям ции попадает в период «конца искусства» (например, науки о первобытном человеке. Пещерное искусство рубеж XIX-XX вв.). Н. Бердяев объяснил это тем, что было признано спустя почти четверть века [7, с. 120, «свободная игра человеческих сил от возрождения перешла к вырождению, она не творит уже красоты» __________________________ Библиографическое описание: Семёнова В.И., Черниева З.Л., Искусство, которого\" нет\" (пересечение первобыт- ного и современного искусства) // Universum: Филология и искусствоведение: электрон. научн. журн. 2018. № 9(55). URL: http://7universum.com/ru/philology/archive/item/6384

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. [1; 4]. Все «концы искусства» совпадают с кризис- вировкой с точностью и мастерством, и вполне реа- ными историческими ситуациями, с разрушением си- листичны. Есть два явных символа - два ромба с точ- стемы ценностей. С другой стороны, «конец искус- ками над левым оленем, интерпретирующиеся как ства» связан с развитием новых технологий, появле- женские знаки. Возможно, они указывают на то, что нием и развитием новых стилей и направлений. Один это самки северного оленя, у которых также имеются из важных моментов для творческого поиска – обра- рога, как и у самцов. По этнографическим данным, щение к наследию и его актуализация. В эпоху Воз- именно, оленухи выбирают места переправы, во рождения таким стимулом послужило античное время которой стадо наиболее беззащитно [6, с. 75]. наследие. Предлагаем попытку «прочтения» этого сюжета, Особенностью современности является удиви- обратившись к мифам индейцев. К. Леви-Строс при- тельное сближение искусств, которых «нет» – перво- вел ряд мифов, в которых фигурируют Змея, напол- бытного и современного. Современные художники в ненная рыбами и Мать Бизонов. Змея, по сути, Мать своем творчестве пользуются всем арсеналом выра- Рыб. Мать Бизонов говорит о себе, что ее «грива тя- зительных средств своих предшественников и приду- жела от рыб». Связь женщин, волос, воды и рыб уста- мывают новые. На наш взгляд, первым художником, навливается по ряду эпизодов из других мифов. В который включил в свой язык архаичные вырази- мифе индейцев юго-востока Северной Америки ге- тельные средства намеренно, был П. Пикассо. Нача- рой увеличивает численность рыб, моя свои волосы в лом можно считать его «Авиньонских девиц» (1907). реке [8, с. 28]. В цикле мифов об Орле и Койоте упо- Две фигуры справа, прописанные позднее трех ле- минаются женщины - повелительницы лососей [9, вых, были результатом восхищения художника афри- с. 239-240]. В другом мифе герой забирает своего канскими статуэтками. Конечно, статуэтки, отно- сына и волосы жены, чем навлекает на людей навод- сятся к традиционному искусству, но их пластика, нение, так как за волосами шла вода [9, с. 243]. технология корреспондируется с первобытностью. Тем более, что речь идет не о прямом цитировании, а На пластине рыбы явно соприкасаются с мехом о применении выразительных приемов изображения оленей (4 у ног и две почти за спиной двух левых оле- в поисках новых путей искусства (кубизма). Участие ней), который тщательно передан насечками. Таким традиционного африканского искусства при рожде- образом, изображение на пластине может быть свя- нии шедевра является фактом. В этом ключе вполне зано с идей умножения лососей. Реалистичная, на закономерно обратиться к другому произведению первый взгляд, сцена сделана не ради самого изобра- П. Пикассо «Герника» (1937). Конечно, П. Пикассо жения (игра, удовольствие, демонстрация навыков), абсолютно современный художник, мастерски по- а той идеи, которая волновала всех людей палеолита. строивший сложную композицию, нашел невидан- ной выразительности линии для передачи абсолют- В 1994 г. была открыта пещера Шове с замеча- ного зла. Монументальное полотно (349,3х776,6 м) тельными головами лошадей [2, с. 47, с. 49], которые визуально напоминает палимпсест на стене пещеры почти дословно совпадают с пирамидой конских го- со сплетением живых тел, среди которых фигуры жи- лов Ф. Марка, трагически погибшего на войне в 1916 вотных также выразительны, как и фигуры людей. г. Франц Марк рисовал одних животных и пытался Содержание картины ясно, каждый элемент проду- уйти от цивилизации путем погружения в природу в ман и имеет значение (человек в горящем доме, рас- поисках скрытой духовности. Его лошади пленяют члененные женщина и солдат, обезумевшая от боли свой непринужденной естественностью, которую не- лошадь, воющая мать с мертвым ребенком и голубем произвольно передавали художники из Шове. и олицетворение тупого равнодушия - бык). Вырази- тельные средства, тем не менее, можно сопоставить с Обращение к выразительным средствам перво- приемами первобытного искусства: линеарность, де- бытного искусства можно найти даже у эпатажного формация фигур, изображение части вместо целого, Марселя Дюшана. Его «реди-мейды» вполне сопо- монохромность, концептуальность, эмоциональ- ставимы с композициями из черепов медведей с ность, совершенство исполнения. длинными костями, продетыми в скулы, найденными в альпийских пещерах [13, с. 145)] Современные ин- Первобытный художник учился у природы, но он сталляции можно сопоставить с натуральными маке- уже, используя выражение Пауля Клее, не отображал тами палеолита. видимое, а делал его видимым, демонстрируя точ- ность знания объекта и передачу того, что изобразить Пересечение первобытного и современного ис- нельзя – страстное желание всеобщего плодородия, кусства отражается в появлении таких направлений в умножения, изобилия зверя (как П. Пикассо сделал искусстве как «археоарт», «этноархаика», «этнофу- видимым абсолютное зло). Пластина с оленями и ры- туризм», «неомифология», «археоавангард», кото- бами из пещеры Лортэ только на первый взгляд об- рые стали обозначать единым термином «неоарха- разец первобытного анималистического реализма. ика». Ю.И. Ожередов видит главную задачу худож- На сохранившемся фрагменте (дл. 14, 2 см) видны ников-«неоархаиков» в том, чтобы «тревожить ген- три оленя и шесть рыб [5, с. 456; 7, с. 73]. Сюжет ную память зрителя» на уровне архетипов коллектив- трактуется как переход оленей через реку. На самом ного бессознательного. Он выделяет два основных деле олени переплывают реку, едва касаясь кончи- направления: 1) художники, фиксирующие матери- ками копыт дна. Фигуры оленей и рыб нанесены гра- альные формы архаичной жизни; 2) художники, вскрывающие метафизическую составляющую ми- ровоззрения, которые владеют знаниями в области мифологии, эзотерики и пр. [10, с. 217, с. 218]. Один 12

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. из исследователей неоархаики В.Ф. Чирков связы- Слова Г. Рида о Сезанне наилучшим образом пере- вает его с творчеством специализированной элитной дают сверхзадачу художника во все времена - «ува- группы художников, которые совершенно по разным жая попытки своих предшественников найти общий параметрам могут быть к нему отнесены [14, с. 226]. язык с природой, не теряя надежды преуспеть там, Некоторые склонны рассматривать неоархаику как где они потерпели поражение, то есть «реализовать» некое чисто сибирское явление [3, с. 200]. На наш свои ощущения в непосредственной близости к взгляд, неоархаика многолика, но безошибочно узна- натуре» [12, с. 17]. ваема. Формальных объединений художников-«нео- архаиков» нет. Никакое художественное объедине- Искусство также феноменально как появление ние в истории искусства никогда не было единым в разумного существа на планете Земля (даже если мы творчестве и создавалось с целью организации вы- найдем все недостающие звенья эволюции), язык, ставок (например, «Мост», «Синий всадник» и др.). культура. Если понимать искусство как особую об- Архетипическая основа первобытного и современ- разно-художественную форму познания мира и спо- ного искусства подчеркивает возврат к человеческим соб манифестации человеческого мировидения, то универсалиям. Этническое начало, если оно ярко вы- первобытное искусство (только так!) занимает почет- ражено, не исключает всечеловеческой, всевселен- ное место в самом начале. Даже тот факт, что перво- ской направленности сути искусства. Вполне можно бытное искусство мы описываем современными ка- согласиться с мнением Е.В. Груздова, что «направле- тегориями – живопись, графика, пластика, подчерки- ние неоархаики можно определить как своеобразный вает естественность этого обстоятельства. Термин жанр, где объектом изображения является человек в «изобразительная деятельность» имеет более широ- космосе, космос и человек» [4, с. 198]. кое значение. Именно в рамках изобразительной дея- тельности и формируется искусство через освоение В контексте статьи нам важен сам факт включе- точки, линии, цвета, работы с готовыми формами (че- ния выразительных средств первобытного искусства репами, костями животных). Тем самым, предпо- в актуальную сферу современной изобразительно- сылки первобытного искусства уходят в средний па- сти. В современном искусстве в полной мере это во- леолит и глубже. Проявления простой и незамысло- площено в творчестве Г.С. Райшева, замечательного ватой (или наоборот) изобразительной деятельности и выдающегося художника, язык произведений кото- можно увидеть во многих творениях современных рого одинаково глубоко передает нам прочувство- художников. Не все, что они производят, станет ванное понимание как хантыйской, так и русской предметом искусства. культуры, словом, вселенской всечеловеческой куль- туры [11]. Его приемы основаны не на стилизации, Новые технологии и выразительные средства – реконструкции или консервации традиционного, ар- главные критерии, которые позволяют нам зани- хаичного, а на свободе выбора средств, индивидуаль- маться историей искусства, в разной степени точно- ного художественного языка, которые точно пере- сти выстраивать общую канву и замечать особенно- дают мысли, чувства мастера, адресованные миру. сти его движения. История искусства продолжается, потому что «ars longo …». Список литературы: 1. Бердяев Н. 1990. “Кризис искусства”. (Репринтное издание). Москва: СП Интерпринт. 2. Бледнова Н.С. and Л.Б. Вишняцкий, Е.С. Гольдшмит, Т.Н. Дмитриева, Я.А. Шер. 1998. “Первобытное искус- ство: проблема происхождения”. Кемерово. 3. Гурьянова Г.Г. 2014. “Сибирская неоархаика (историография явления)”. Архаичное и традиционное искус- ство: проблемы научной и художественной интерпретации: материалы Всероссийской (с международным участием) научной конференции. Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН: 199-202. 4. Груздов Е.В. 2014. “Назад в будущее» (историософский взгляд на неоархаику)”. Архаичное и традиционное искусство: проблемы научной и художественной интерпретации: материалы Всероссийской (с международ- ным участием) научной конференции. Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН: 197- 198. 5. Елинек Я. 1982. “Большой иллюстрационный атлас первобытного человека”. Прага: Издательство Артия. 6. Косарев М.Ф. 1984. “Западная Сибирь в древности”. Москва: Наука. 7. Ларичев В.Е., 1990. “Прозрение: Рассказы археолога о первобытном искусстве и религиозных верованиях”. Москва: Издательство политической литературы. 8. Леви-Строс, К. 2001. “Структурная антропология”. Москва, Россия: Издательство ЭКСМО-Пресс. 9. Леви-Строс, К. 2007. “Мифологики: Человек голый”. Москва: Издательский Дом “Флюид”. 10. Ожередов Ю.И. 2014. “Научно-исследовательский аспект сибирской «неоархаики»”. Архаичное и традици- онное искусство: проблемы научной и художественной интерпретации: материалы Всероссийской (с между- народным участием) научной конференции. Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН: 216-219. 11. Райшев Г.С. 2014. “Живопись. 1960-2010-е годы: Альбом”. Екатеринбург: Издательство Баско. 12. Рид Г. 2017. “Краткая история современной живописи”. Москва: Ад Маргинем Пресс. 13

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. 13. Столяр А.Д. 1985. “Происхождение изобразительного искусства”. Москва: Искусство. 14. Чирков В.Ф. 2014. “Сибирская неоархаика (к вопросу о структурном и стилистическом анализе)”. Архаичное и традиционное искусство: проблемы научной и художественной интерпретации: материалы Всероссийской (с международным участием) научной конференции. Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН: 223-230. 14

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ ЖУРНАЛИСТИКА СУЩНОСТЬ МЕДИАТИЗАЦИИ КАК ЯВЛЕНИЯ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА Наседкина Надежда Игоревна магистр филологических наук, ГрГУ им. Я. Купалы Республика Беларусь, г. Гродно E-mail: [email protected] AN ESSENCE OF MEDIATIZATION AS THE PHENOMENON OF THE MODERN SOCIETY Nadezhda Nasedkina Master of Philology, Yanka Kypala State University, Republic of Belarus , Grodno АННОТАЦИЯ В статье рассматриваются подходы отечественных и зарубежных исследователей к понятию «медиатизация». Ставится вопрос о месте указанного термина в терминосистеме современной коммуникативистики. Рассматри- ваются особенности процесса медиатизации и его воздействия на социум посредством массмедийного дискурса. ABSTRACT The article presents an overview of the main research approaches to the definition of \"meditatization\". A question about the place of the corresponding interdisciplinary term in the terminology of modern communicativistics is raised in the article. Specificity of the functioning of terms in scientific, professional and massmedia discourses are considered. Features of functioning of process of mediatization and its influence on society through mass media discourse are con- sidered. Ключевые слова: медиатизация, дискурс, СМИ, медиа, медиадискурс, СМК. Keywords: mediatization, massmedia, media, media discourse. ________________________________________________________________________________________________ Современные медиа являются неотъемлемой ча- ваниях понятие медиатизации получает разнообраз- стью жизни общества. Средства массовой коммуни- ное толкование и интерпретацию в исследованиях кации не только влияют на нашу жизнь, но и форми- Л.М. Земляновой, Н.Б. Кирилловой, И.В. Рогозиной, руют определенное медиамнение касательно того А.И. Черных, Д.И. Шаронова и др. [2, с.198]. или иного явления в рамках конкретного события пу- тем различных технологических средств и приемов. Английский исследователь Дж. Б. Томпсон в ра- Компонент медиа проник в повседневную реаль- боте «Медиа и современность» использует данное ность настолько прочно, что иные социальные про- понятие для обозначения роли медиа как институци- цессы, происходящие в обществе, рассматриваются онально организованных структур, передающих не лишь через призму медиапространства (в большин- просто информацию, а элементы самой культуры, ко- стве случаев через электронные СМИ или новые ме- торые призваны формировать современное общество диа). Такое явление исследователи трактуют как «ме- [1]. диатизация». Существует несколько подходов к пониманию В научном дискурсе термин «медиатизация» по- медиатизации. По мнению С. Хьярварда, медиатиза- является в 1990-х годах. В русскоязычных исследо- ция – это двусторонний социальный процесс, с помо- щью которого социум насыщается средствами массо- __________________________ Библиографическое описание: Наседкина Н.И. Сущность медиатизации как явления современного общества // Universum: Филология и искусствоведение: электрон. научн. журн. 2018. № 9(55). URL: http://7universum.com/ru/ philology/archive/item/6381

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. вой информации в такой мере, что СМИ могут рас- пусов Национального корпуса русского языка. Боль- сматриваться лишь в контексте общественных инсти- шинство новых терминов проникает в реальную дей- тутов. Сами по себе медийные технологии не явля- ствительность через тексты СМИ и посредством ются причиной социокультурной динамики, однако СМК. И если в 2015 году на запрос слова «медиати- погружение человека в информационный поток при зация» Яндекс выдавал 49 тысяч ответов [6, с. 145], условии формирования определенных социальных, то уже в 2018 году поисковик на идентичный запрос политических, экономических, культурных реалий с выдает до 280 тысяч результатов. Это дает основание помощью новых технологий дает мощный толчок предположить, что термин «медиатизация» не только для воздействия на общественное сознание [7, с. 107- используется в контексте научных исследований и 128]. Данное явление затрагивает социум на макро-и специализированных СМИ, но и стремительно про- микроуровнях, что позволяет говорить о том, что об- никает в смысловое пространство современного со- щество становится полностью зависимо от ме- циума. А это, в свою очередь, позволит в скором вре- диа [7, с.120]. Немецкий социолог коммуникации В. мени данному термину прочно укорениться в актив- Шульц предложил ещё один подход к пониманию ном словаре современного человека и стать общеупо- медиатизации. Исследователь выделил четыре вида требительным словом. процессов, которые видоизменяют социальную ком- муникацию, – расширение, замещение, объединение, Термин «медиатизация» постепенно завоевывает приспособление. В качестве примера Шульц приво- смысловое пространство специализированных СМИ. дит социальные медиа, которые на сегодняшний день Наиболее употребителен сфере политики. Россий- успешно выполняют коммуникативную функцию ские исследователи также говорят о том, что «выпуск наряду с информационной и развлекательной (что из- новых гаджетов со встроенными фото- и видеокаме- начально было привилегией СМИ) [8, с. 90]. рами позволил зрителям самим выкладывать инфор- мацию о политическом бренде, его атрибутах, дей- В большинстве работ процесс медиатизации рас- ствиях в интернет намного быстрее традиционных сматривается сквозь призму политической коммуни- видов СМИ. Рядовой пользователь Всемирной сети кации. Польский ученый Тереса Сасинска–Клас го- подсознательно испытывает доверие к подобному ворит о том, что канал связи, который использует че- контенту, потому что он точно так же может превра- ловек, рассматривается в качестве первичного источ- титься в гражданского журналиста» [3, с.124]. Так, ника получения знания о реальности. А СМИ, в свою мы можем утверждать, что телетрансляция любого очередь, и есть тот канал/посредник, который транс- новостного события может включать в себя не- формирует общество в медиаобщество, медиатизи- сколько участников: классическая аудитория (та, на руя его: использует различные коммуникативные которую направлен данный сюжет – аудитория перед стратегии с целью оказания влияния на различные экраном телевизора), аудитория, которая на момент группы аудитории с помощью различных средств трансляции намеренно/случайно находится в Интер- массовой коммуникации [9,с. 164]. нет-пространстве («поглощение» социально значи- мого события посредством использования СМК), Проанализировав работы отечественных и зару- аудитория, которая является случайной: изучение бежных исследователей, можно говорить о том, что медиасобытия путем использования социальных ме- термин «медиатизация» сегодня широко востребован диа в независимости от времени выхода телесюжета в коммуникативистике и закрепился в качестве клю- (используются форумы, блоги, группы, репосты, пе- чевого обозначения процесса влияния медиа на раз- реход по ссылкам; применяется генератор подбора личные стороны жизни социума. Значение термина событий на основе раннее сделанных запросов; в том «медиатизация» уточняется и актуализируется в его числе просмотр и создание сториз (параллельная, лю- сочетаемости, в частности в активно функционирую- бительская съемка видео в один и тот же временной щих в научном дискурсе двухкомпонентных субстан- отрезок с профессиональными журналистами), ис- тивных терминологических словосочетаниях с объ- пользование мессенджеров (обсуждение телетранс- ектными отношениями: от высокочастотных и уже ляции в онлайн/оффлайн-режиме/ комментарии). привычных сочетаний медиатизация политики, ме- Разные участники одного и того же события могут диатизация культуры, медиатизация спорта, меди- по-разному включаться во взаимодействие с опреде- атизация науки, медиатизация рекламы и т. д. до ленным медиасобытием (в зависимости от места, встречаемых пока в отдельных работах и постепенно времени, технической оснащенности, предпочтений входящих в язык науки сочетаний медиатизация аудитории). Причем, все перечисленные процессы терминов, медиатизация текста, медиатизация со- могут происходить одновременно. временных обществ, медиатизация правовой жизни, медиатизация человека, медиатизация реальности, Процесс медиатизации позволяет создать абсо- медиатизация публичной сферы, медиатизация обу- лютно новое медиапространство с охватом аудито- чения и т. д. Атрибутивно-субстантивные сочетания рии в разы превышающее существующее, и тем са- подобного типа встречаются в научном дискурсе зна- мым сформировать новый тип восприятия аудито- чительно реже: телевизионная медиатизация, нарас- рией информации путем генерирования контента са- тающая медиатизация, медиатическое измерение и мим потребителем, и новый тип аудитории, как тако- т. п. вой. «Развитие цифровых технологий, мобильных средств коммуникации, распространение Интернета Примечательно, что до сих пор термин «медиа- создает условия для интеграции компьютеров, теле- тизация» не нашел свое отражение ни в одном из кор- 16

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. визоров, мобильных телефонов, смартфонов в муль- Медиатизация как относительно новое явление тимедийное средство коммуникации с широкой проникает в различные сферы современной жизни функциональностью. Конвергенция этих устройств человека. Медиатизация выступает в качестве по- образует ряд новых возможностей для развития ме- средника с точки зрения информационного воздей- диасреды и, прежде всего - контроль и управление ствия и взаимодействия между аудиторией и массме- медиаконтентом со стороны пользователя» [4, с. 61]. диа. Процесс медиатизации настолько стремителен, Так, Т.А. Пивоварчик отмечает, что «если традици- что взаимодействие между аудиторией и массмедиа онно коммуникативная активность или пассивность происходит опосредованно. Кроме того, симбиоз человека интерпретировалась, прежде всего, как ин- действий, выполняемых человеком при поглощении дивидуальное качество личности, то сегодня медиа- информации настолько широк, что медиапотребле- тизированная действительность «навязывает» харак- ние давно уже вышло за пределы классического по- тер и способы коммуникативной активности чело- нимания. Технические инновации, проникающие в века, оказывается сильнее, чем его природная пред- социальную среду, трансформируют мышление че- расположенность. Наличие доступных сервисов ловека и тем самым заменяют реальную действитель- (например, генераторов мемов) подвигает человека к ность на медиатизированную. расширению способов его коммуникативной актив- ности» [5, с.150]. Список литературы: 1. Гуреева А.Н. Междисциплинарность теоретических концепций в российских и зарубежных исследованиях процесса медиатизации / А.Н. Гуреева // Медиаскоп [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.me- diascope.ru/2388. – Дата доступа: 23.04.2018. 2. Гуреева А.Н. Теоретическое понимание медиатизации в условиях цифровой среды / А.Н. Гуреева // Вестник Московского университета. – Серия 10. Журналистика. – 2016. – № 6. – С. 192-208. 3. Казимирчик Л.В. Политический бренд в условиях медиатизации и виртуализации современной публичной политики/Л.В. Казимирчик// Политические науки. Теория и практика общественного развития. – 2014. – №13. С. 123-125. 4. Коломиец В.П. Медиасреда и медиапотребление в современном российском обществе/ В.П. Коломиец// Со- циологические исследования. – 2010. – № 1. C. 58-66. 5. Пивоварчик Т.А. Медиатизация как фактор развития коммуникативной активности личности/ Т.А. Пивовар- чик// Корпоративные стратегические коммуникации: новые тренды в профессиональной деятельности : ма- териалы Второй Междунар. науч.-практ. конф., Минск, 22–23 февр. 2018 г. / Белорус.гос. ун-т ; редкол.: И. В. Сидорская (отв. ред.) [и др.]. – Минск: БГУ, 2018. – 231 с. 6. Шмелева Т.В. Медиатизация как феномен современной культуры и объект исследования/Т.В. Шме- лева//Вестник Новгородского государственного университета. – 2015. – №90. – С. 145 – 148. 7. Hjarvard S. The mediatization of society: A theory of the media as agents of social and cultural change // Nordicom Review. – 2008. – Vol. 29. No. 2. P. 105–134. 8. Schulz W. Reconstructing mediatization as an analytical concept // European Journal of Communication. – 2004. – Vol. 19 (1). – P. 87–101. 9. T. Sasińska-Klas, Mediatyzacja a medializacja sfery publicznej / Sasińska-Klas, T. // Zeszyty Prasoznawcze. – 2014. – T. 57, nr 2 (218). – s. 162–175. 17

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. ЯЗЫКОЗНАНИЕ СЛАВЯНСКИЕ ЯЗЫКИ К ВОПРОСУ О ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКОМ СТАТУСЕ ПРЕДЛОГА Рыжкович Анна Чеславовна канд. филол. наук, старший преподаватель кафедры журналистики Гродненского государственного университета имени Янки Купалы Республика Беларусь, г. Гродно E-mail: [email protected] ON THE QUESTION OF POSTPOSITIONS Anna Ryzhkovich candidate of Philology, senior lecturer, Department of journalism, Yanka Kupala Grodno state University, Belarus, Grodno АННОТАЦИЯ В статье рассматриваются дефиниции предлога, определяется терминологический статус предлогов, приво- дятся основные функции, которые способен выполнять предлог, доказывается, что предлог в современном язы- кознании является морфосинтаксической единицей. ABSTRACT The article deals with the definition of preposition is determined by the terminological status of prepositions are the basic functions that are able to perform a pretext to prove that the preposition in modern linguistics is a morphosyntactic unit. Ключевые слова: предлог, служебное слово, морфема, синтаксема, морфосинтаксическая единица. Keywords: preposition, service word, morpheme, syntaxem, morphosyntactic unit. ________________________________________________________________________________________________ Определение предлога как особого грамматиче- ражает специфики предлога, так как некоторые пред- ского разряда слов берет свое начало из античной логи способны занимать позицию и после имени. грамматики. В самом термине уже содержится харак- Речь идет о так называемых «послелогах»: пять лет теристика предлога с точки зрения его размещения тому назад, здравому смыслу вопреки, неделю спу- относительно имени (предлог в подавляющем боль- стя, мне наперекор. шинстве случаев располагается перед именами). Предлог представляет собой одну из самых дис- Как отдельная часть речи предлоги выделялись куссионных частей речи. В античных и средневеко- уже в самых ранних русских грамматиках наряду с вых грамматиках в состав предлогов включались именами, местоимениями, наречиями и другими префиксы. Еще Аристотель рассматривал предлог классами слов. как «часть слова человеческого». В Русской грамма- тической традиции данная тенденция сохранялась до Одно из самых ранних научных определений конца XIX в. Автор первой грамматики русского предлога основано на позиции предлога по отноше- языка – М.В. Ломоносов – в своей «Российской грам- нию к другим словам, связанных с ним: предлог – это матике» [10] выделяет знаменательные и служебные «слово, поставляемое пред другими словами, от- части речи, причем к знаменательным частям речи он дельно или слитно, в разных значениях: а) отдельно относит только две главные – имя и глагол, а предлог, поставленные пред именами и местоимениями пред- наряду с местоимением, причастием, наречием, сою- логи служат в помощь падежам, показывая отноше- зом и междометием, он включает в состав служеб- ния между предметами; б) слитно с глаголами пред- ных. логи показывают направление действий, начало и ко- нец оных и пр.» [3, c. 43]. Данное определение не от- __________________________ Библиографическое описание: Рыжкович А.Ч. К вопросу о треминологическом статусе предлога // Universum: Филология и искусствоведение: электрон. научн. журн. 2018. № 9(55). URL: http://7universum.com/ru/ philology/archive/item/6385

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. М.И. Конюшкевич в своей статье проанализиро- «частиц предложения» – служить «связкой дополне- вала работы М.В. Ломоносова, посвященные изуче- ний и обстоятельств с другими частями предложе- нию предлога, и отметила, что предлог понимался ния. Управлять падежами – это их прямая обязан- М.В. Ломоносовым широко: в эту часть речи он ность, в этом их призвание. К такой роли и приспо- включал и приставки. М.В. Ломоносов выделил 24 собляется их лексическое значение, служа как бы так называемых «прямых» (непроизводных) пред- только способом выражения известных отношений» лога вместе с приставками, собственно предлогов в [12, с. 218]. его списке 19: во / въ, для, до, за, изъ, ко / къ, межъ, на, надъ, о / объ, отъ, по, подъ, предъ, при, про, ради, В.В. Виноградов также противопоставляет пол- со / съ, у [7, с. 14]. нозначным словам (самостоятельным частям речи) частицы речи, к которым относятся частицы, пред- Вторая группа предлогов – это единицы, в совре- логи, союзы. Частицы речи – это слова, не имеющие менном языке называемые амбивалентными, по- «вполне самостоятельного реального или материаль- скольку они одновременно совмещают в себе свой- ного значения» [2, с. 555]. Частицы речи, которые вы- ства и наречий, и предлогов. М.В. Всеволодова назы- ражают различные отношения между объектами, а вает такие единицы амбивалентными предлогами- также объектов к действиям, состояниям, качествам, наречиями. являются предлогами. Предлоги обозначают «син- таксические отношения между формами косвенных А.Х. Востоков в «Русской грамматике» [3] также падежей имен существительных, местоимений или относит предлог к служебным словам. А.Х. Востоков субстантивированных прилагательных и числитель- исследует грамматические, смысловые связи и соот- ных, местоимениями, прилагательными, реже наре- ношения между функциями разных предлогов, сти- чиями – с другой стороны» [2, с. 555]. листические особенности употребления различных типов предложных словосочетаний, определяет ос- И.И. Мещанинов относит предлог к служебным новные значения и функции предлога, указывает на словам и определяет его как «один из падежных фор- возможность предлога употребляться слитно или мантов» [11, с. 357]. По его мнению, «синтаксически раздельно, но при этом не разграничивает предлоги и ни союзы, ни тем более предлоги никогда не зани- приставки: «Предлог есть слово, поставляемое пред мают самостоятельной позиции и никогда не могут другими словами, отдельно или слитно, в разных зна- выступать самостоятельным членом предложения чениях» [3, с. 214]. Исследователь отмечает, что не- или составной его частью со своим цельным лексико- которые предлоги «употребляются только слитно, синтаксическим содержанием. При таком положении как приставки. Таковы суть: взь (возь), взо, вы, низъ, они, уже став предлогами и союзами, никогда не низо, па, пере, пра, пре, разъ, разо, розв, су. Прочие были и не могли быть частями речи» [11, с. 357]. предлоги и отдельно, и слитно употребляются» [3, с. 215]. Также в «Русской грамматике» отмечено, что В работах лингвистов наблюдаются расхождения употребляться в значении предлогов способны наре- в дефинициях предлога. Проблемные точки касаются чия (кроме), деепричастия (исключая, несмотря на) и определения статуса предлогов, в котором выделя- существительные в разных падежах (в рассуждении, ется несколько подходов. Первый – традиционный (с с помощью, посредством, по мере); выделяется точки зрения морфологии) – рассматривает предлог также у предлога прямое и переносное значение. как служебную часть речи. В соответствии со вторым Прямое значение – это указание места, все другие подходом предлог – особая морфема (автором дан- значения, в т. ч. и временное, относятся к перенос- ной концепции является Е. Курилович), т. е. предлог ным [3, с. 215]. А.А. Потебня в книге «Из записок по является единицей и словообразовательного уровня. русской грамматике» [14] определяет предлог как В современной лингвистике предлог – это морфосин- «формальное слово», грамматическое, служебное, таксическая категория (П.П. Шуба, М.И. Конюшке- которое не имеет «своего частного содержания» [14, вич, М.В. Всеволодова). с. 36]. Исследователи определяют морфологический А.А. Шахматов считал, что предлоги «утратили статус предлога следующим образом: «служебное свое реальное значение и получили значение исклю- слово» («разряд служебных, морфологически неиз- чительно формальное» [19, с. 504]. Л.В. Щерба счи- меняемых слов»; «служебная часть речи» (М.В. Все- тает предлогом «группу частиц, которые соединяют володова, М.И. Конюшкевич); «синсемантическое два слова или две группы слов в одну синтагму (про- слово» (Ч. Ляхур); «частица речи» стейшее синтаксическое целое) и выражают отноше- (В.В. Виноградов); «словный знак» (А.А. Уфимцева); ние «определяющего» к «определяемому» [21, с. 67]. «связочное слово» (Х. Згулкова); «синтаксический и Предлоги, по мнению Л.В. Щербы, не имеют само- семантический модификатор существительного или стоятельного значения, не имеют способности рас- глагола» (Н.И. Астафьева); «аналитическая синтак- пространять слова, выражают лишь отношение сическая единица» (И.Р. Вихованец); «класс служеб- между предметами мысли, не имеют фразового уда- ных морфологически неизменяемых слов и класс рения [21, с. 67]. фразеологизмов с релятивным (относительным) зна- чением» (С.И. Суровцева); «синтаксическая еди- А.М. Пешковский отмечает способность предло- ница», «грамматическое средство». гов вносить «какой-либо оттенок в значение других слов и словосочетаний» [13, с. 66]. Д.Н. Овсянико- Функциональное назначение предлога – «выра- Куликовский указывает на способность предлогов – жать какие-либо виды отношений»; «оформлять под- чинение»; выражать «разнообразные отношения к предметам со стороны действий, других предметов, 19

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. состояний, признаков»; выражать «определенные уровне вполне можно приравнять к аналитического грамматические отношения между словами»; выра- типа словообразующим приставкам» [16, с. 16]. жать «синтаксическое положение другого слова в по- Е. Курилович называл сочетание предлога с флек- строении предложения»; служить «для выражения сией существительного «единой предложно-флек- падежного значения имени»; «служить вместе с тивной морфемой», «аналитической морфологиче- окончанием зависимого слова для подчинения его ской конструкцией» [9, с. 187]. В.М. Русанивский главному слову в словосочетании с подчинительной предлагает называть предложно-падежные формы связью», указывать «на различные семантические и «сочетаниями грамматических лексем с аналитиче- грамматические отношения между соединяемыми скими синтаксическими морфемами» [15, с. 15]. таким образом элементами высказывания». Но, как замечает С.И. Суровцева, «ни по фор- Предлог выражает отношения между словами мальным, ни по содержательным признакам предлог как на уровне словосочетания, так и на уровне пред- не может быть отождествлен с падежной флексией, ложения: подчиняет одно полнозначное слово дру- так как флексия помогает создать прежде всего па- гому в словосочетании или предложении; оформляет дежную форму, а уж затем только значение, тогда как подчинение падежной формы имени другому знаме- предлог помогает выразить прежде всего падежное нательному слову. Предлог устанавливает, чем имя значение. Значение предлогов более разнообразно и существительное выступает в контексте предложе- специализировано, чем значение флексий» [18, с. 13]. ния, т. е. осуществляет те же задания, что и падежное склонение. Таким образом, предлог «по основной М.В. Всеволодова не просто отмечает тесную своей функции оказывается не чем иным, как одним взаимосвязь между предлогом, флексией и связан- из падежных формантов имени» [11, с. 296]. ным с ними субстантивом, но и проводит аналогию между ролью префикса на словообразовательном М.И. Конюшкевич отмечает, что предлог «нахо- уровне и ролью предлога на синтаксемном уровне. В дится на стыке двух миров – мира морфологии, где определении, данном М.В. Всеволодовой, говорится, он является словом, и мира синтаксиса, где он явля- что «предлог – это служебная часть речи со своим ется служебной граммемой, изоморфной морфеме в лексическим (возможно, ослабленным) значением, слове. Именно эта вторая его ипостась и мешает рас- входящая на правах субморфемы в словоформу су- сматривать предлогообразование в рамках словооб- ществительного или его субститута, определяющая разования, тем более что препозиционализация, как падежную форму последнего (в том числе и имени- правило, всегда транспозитивна» [8, с. 62]. тельный падеж) и вместе с окончанием образующая аналог конфикса» [4, с. 15]. Часть исследователей отмечает функциональную схожесть предлога с морфемами. Так, по мнению М.И. Конюшкевич определяет предлог следую- А.М. Пешковского, предложные сочетания (ключ от щим образом: «предлог – служебная часть речи со замка) нужно рассматривать как «один сложный зву- своим (ослабленным) лексическим значением, кото- ковой показатель грамматического значения, кото- рая вместе с флексией образует единый грамматиче- рый частью вошел в состав одного из соединяемых ский комплекс, формирующий субстантивную син- слов (замк-а), частью прильнул к нему в качестве таксему и вводящий ее в высказывание (ситуацию)» служебного (от замка)» [13, с. 59]. Д.Н. Шмелев счи- [5, с. 76]. тал, что предлоги в структуре предложно-падежных сочетаний «являются фактором грамматической Предлог не только образует единицы более высо- оформленности другого слова, наряду с аффиксами» кого уровня, но и обеспечивает вместе с лексическим [20, с. 60]. значением слова, его морфологическими характери- стиками и синтаксической позицией ее синтаксемное О.С. Ахманова указывает на то, что отождествле- значение. Аналогично тому, как словообразователь- ние предлогов с морфемами приведет к пренебреже- ный формант образует новое слово, предлог вместе нию существенным различием между грамматиче- со словоформой формирует синтаксему [8, с. 105]. На ским аффиксом и предлогом. «Слово отличается от словообразовательном уровне с помощью префикса морфемы своей оформленностью, и оформляется оно не только образуются новые слова, префикс привно- обычно посредством аффиксов. Аффиксы не могут сит в них словообразовательное значение и тем са- отделяться от слова, и слово без присущих ему аф- мым обеспечивает новое значение производного фиксов теряет свое качество слова, превращается в слова. На синтаксемном уровне предлог также фор- часть слова – в морфему. Предлог же (тем более мирует синтаксему и обеспечивает ее значение. Пре- союз) не входит в состав слова, не участвует в его фикс не может существовать отдельно от производ- оформлении, и он легко может отделяться от слова» ного слова. Предлог, в отличие от префикса, «образуя [1, с. 68]. единицу синтаксического уровня и становясь ее фор- мантом (наряду с флексией), остается достаточно ав- Ю.С. Степанов называет предлог «долгой тономной морфологической единицей, частью речи, прерывистой морфемой» и рассматривает его вместе лексикографически представленной, манифестируе- с окончанием как функционально целостную, мой на письме раздельнооформленно со словофор- аналитическую падежную форму, где роль предлога мой» [8, с. 105]. М.И. Конюшкевич считает, что «в аналогична роли окончания [17, с. 39]. Б.Д. Садирова морфологии предлог является служебной граммемой считает, что предлог – это «такой элемент речи ана- единицы строения – словоформы, в синтаксисе – литического типа, который получает собственное формантом (или частью его) построения синтак- значение только в сочетании с полнозначными сло- семы» [8, с. 106]. вами … и такой грамматический элемент на речевом 20

№ 9 (55) сентябрь, 2018 г. Таким образом, предлог находится на стыке трех (предлог – формант синтаксемы). В современном языковых уровней: морфологического (предлог – языкознании предлог – морфосинтаксическая еди- служебная часть речи), словообразовательного ница. (предлог – морфема, аффикс) и синтаксического Список литературы: 1. Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. – 2-е изд., стер. – М. : Сов. энцикл., 1979. – 606 с. 2. Виноградов В. В. Русский язык : (Грамматическое учение о слове) : учеб. пособие для вузов по спец. «Рус- ский язык и литература». – М. : Высш. шк., 1986. – 616 с. 3. Востоков А. Х. Грамматика церковно-словенского языка. – Кельн : Лингвистика, 1980. – 135 с. 4. Всеволодова М. В. Предлог как грамматическая категория: проблемы дефиниции, типология, морфологиче- ские и синтаксические характеристики // Вопросы функциональной грамматики : сб. науч. тр. / под ред. М. И. Конюшкевич. – Гродно, 2002. – Вып. 4. – С. 14–25. 5. Конюшкевич М. И. Наше знание и незнание о предлоге // Русский язык и литература. – 2003. – № 11. – С. 75– 83. 6. Конюшкевич М. И. Релятивный потенциал имени // Лінгвістичні студіі : зб. наук. праць / Донецький нац. ун- т ; наук. ред. А. Загнітко. – Донецьк, 2008. – Вип. 16. – С. 60–66. 7. Конюшкевич М. И. Русская предложная система в освещении М. В. Ломоносова // Традиции М. В. Ломоносова и современность : материалы Междунар. науч.-практ. конф. к 250-летию «Российской грамматики» М. В. Ломоносова, Гомель, 19–20 дек. 2007 г. / редкол.: В. И. Коваль (отв. ред.) [и др. ]. – Гомель, 2007. – С. 14–19. 8. Конюшкевич М. И. Способы выражения лексического компонента синтаксемы (синтаксической позиции), маркированной предлогом (на материале белорусского языка) // Е. Ф. Карский и современное языкознание : материалы Х междунар. Карских чтений, Гродно, 16 –17 мая 2005 г. : в 2 ч. / отв. ред. М. И. Конюшкевич. – Гродно, 2005. – Ч. 1. – С. 104–116. 9. Курилович Е. Проблема классификации падежей // Очерки по лингвистике. – Биробиджан : Тривиум, 2000. – С. 186–205. 10. Ломоносов М. В. Полное собрание сочинений. Том седьмой. Труды по филологии (1739–1758 гг.) [Электрон- ный ресурс] / М. В. Ломоносов. – М. ; Л. : Изд-во Академии наук СССР, 1952. – Режим доступа: http://az.lib.ru/l/lomonosow_m_w/text_1765_grammatika_oldorfo.shtml. – Дата доступа: 11.09.2014. 11. Мещанинов И. И. Члены предложения и части речи. – Л. : Наука, 1978. – 386 с. 12. Овсянико-Куликовский Д. Н. Синтаксис русского языка. – СПб. : Издание Жуковского, 1902. – 312 с. 13. Пешковский А. М. Русский синтаксис в научном освещении. – М. : Языки славянской культуры, 2001. – 544 с. 14. Потебня А. А. Из записок по русской грамматике : в 4 т. – М. : Просвещение, 1985. – Т. 4, вып. 1 : Существи- тельное. Прилагательное. Числительное. Местоимение. Член. Союз. Предлог. – 286 с. 15. Русанівський В. М. Поняття семантичного і стилістичного інваріанта // Мовознавство. – 1981. – № 3. – С. 9– 20. 16. Садирова Б. Д. Сопоставительный анализ предлогов, выражающих временные отношения в таджикском и английском языках : Автореф. дис. ... канд. филол. наук : 10.02.20. – Душанбе, 214. – 24 с. 17. Степанов Ю. С. Проблема классификации падежей // Вопросы языкознания. – 1968. – № 6. – С. 36–48. 18. Суровцева С. И. Структурные и семантические свойства лексических и фразеологических темпоральных предлогов современного русского языка : моногр.; М-во образ. и науки РФ, ГОУ ВПО «Челябинский гос. пед. ун-т». – Челябинск : ЧГПУ, 2011. – 190 с. 19. Шахматов А. А. Синтаксис русского языка. – Л. : Учпедгиз, 1941. – 620 с. 20. Шмелев Д. Н. Проблемы семантического анализа лексики (на материале русского языка). – М. : Наука, 1973. – 281 с. 21. Щерба Л. В. О частях речи в русском языке // Языковая система и речевая деятельность / Л. В. Щерба ; под ред. Л. Р. Зиндера, М. И. Матусевича. – М. : Наука, 1974. – С. 77–100. 21

ДЛЯ ЗАМЕТОК

ДЛЯ ЗАМЕТОК

Научный журнал UNIVERSUM: ФИЛОЛОГИЯ И ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ № 9(55) Сентябрь 2018 Свидетельство о регистрации СМИ: ПИ № ФС 77 – 66235 от 01.07.2016 Свидетельство о регистрации СМИ: ЭЛ № ФС 77 – 54436 от 17.06.2013 Подписано в печать 21.09.18. Формат бумаги 60х84/16. Бумага офсет №1. Гарнитура Times. Печать цифровая. Усл. печ. л. 1,5. Тираж 550 экз. Издательство «МЦНО» 125009, Москва, Георгиевский пер. 1, стр.1, оф. 5 E-mail: [email protected] www.7universum.com Отпечатано в полном соответствии с качеством предоставленного оригинал-макета в типографии «Allprint» 630004, г. Новосибирск, Вокзальная магистраль, 3 16+