Так кто тут хомо сапиенс?

щать «своего человека», потому что большой че- ловек пропадёт без него: «Дай я посмотрю в твои глаза! У тебя все в порядке?» Эту историю мне рассказала хозяйка Бимки, гладя пса по седым ушам: «Животные сами долж- ны приходить к людям, их нельзя покупать, дарить или менять. Это нам даётся свыше». 150

Санчес Санчес — рыжая такса двух лет отроду. Вырос пёс в атмосфере нежности и любви. Характер у него вредный, но весёлый, как у всех такс. Таксы — очень умные и преданые собаки. Все они обладают сильным характером, отменным здоровьем, креп- кой нервной системой и высоким интеллектом. Санчес полностью отвечает этим показателям: неприхотлив, некапризен, вынослив. Истинный ариец, обладающий нордическим характером. А ещё Санчес — уникум. Лицо у него интелли- гентное, глаза умные. Он любит читать книги и толстые журналы. Недавно прочитал древнегре- ческие афоризмы и высказывания, за что хозяйка несправедливо била его по попе тапочком. На прогулку Санчес выходит для общения. На- читавшись дома умных книг и газет, за которые исправно получает, Санчес гордо несёт знания в массы. Вот только есть у него неувязочки в отно- шении чистоплотности. Санчесу некогда на про- гулке делать свои делишки, и частенько он всё честно несёт домой. Ждёт, пока хозяйка ляжет спать, в полной темноте идёт в гостиную, изобра- жает на ковре фигурную композицию, после чего возвращается в спальню и залезает в кровать под бочок к хозяйке. Та ещё о ночных подарках не зна- ет, поэтому гладит хорошего мальчика Санчеса по умной головке, заботливо прикрывая его одеялом. 151

Утром картинка меняется. Хозяйка встаёт, идёт в гостиную, видит художественное произведение, начинает искать Санчеса. Но Санчес-то не дурак. Прекрасно знает, что времени найти его утром перед работой в трёхкомнатной квартире — дело тухлое. К тому же, Санчес — потомственный нор- ный охотник. Давно знает все щели в родных пена- тах. Ждёт, пока хозяйка упарится с его поисками, оденется и начнёт звать на прогулку. Вот тут Сан- чес пулей вылетает сразу к лифту. В лифте обычно кто-то едет из соседей по дому, и хозяйке стыдно ругаться на маленького весёлого Санчеса. А ещё Санчес любит тортики. Вообще-то, он любит всё, что естся, но особенно обожает выпеч- ку. И чего хозяйка на него наговаривает?.. Вот не- давно купила она тирольский пирожок и оставила на кухонном столе. Разве можно оставлять творо- жные пироги без присмотра? Санчес быстренько влез на табуретку, потом на стол и съел целиком тирольский пирог, даже часть коробки отъел. Очень вкусно было. Тело у него длинное, туда уйма еды помещается. Крику было много: «Санчес — подлец! Оглоед! Веником бить буду!» Что значит — веником бить порядочную соба- ку?.. Ей надо пожелать приятного аппетита. Таксы — охотники. Всё, что добыли, наше. А ещё Санчес обладает чутким слухом, и это делает его отличным сторожем. Ни за что чужого 152

не пропустит. Но более всего Санчес любит охра- нять хозяйские тапочки и сапоги. Во-первых, они изумительно вкусно пахнут хозяйкой. Во-вто- рых, в них хорошо играть. Бывало, ляжешь на них и нюхаешь-нюхаешь, а хозяйка всё не идёт и не идёт, ну и начинает Санчес сосать мысок тапо- чек. Сосёт-сосёт, пока одни стельки не останутся. А его за это — газетой, а то ещё и веником подда- дут. Самую умную собаку на свете! Но Санчес на- учился с ней бороться. Как только хозяйка схва- тится за веник, он бряк на спину, раскинет уши вертолётной вертушкой, вытянет губы трубоч- кой и мелко суча лапками, выводит тоненькое: «Пи-пи-пи…» Хозяйка тут же и роняет веник от смеха, а наказание откладывается на неопреде- лённый срок. А ещё хозяйка Санчеса считает, что он прояв- ляет излишнюю самостоятельность и изобрета- тельность. Санчес, по её мнению, неуправляем и упрям. Ничего она в таксах не понимает. Придёт вечером с работы, погуляет, поест и садится смо- треть телевизор. Час смотрит, другой, сколько можно пялиться в этот ящик?! Съел Санчес один пульт, потом второй, третий приволокла. Кладёт его на полку, где шляпы лежат. Но они же падают, если хорошенько потрепать пальто снизу! Санчес бережёт здоровье и зрение своей хо- зяйки. Нет, чтобы погонять со ним мячик или, на худой конец, холодильник помыть. Санчес любит, когда она холодильник моет, потому что все про- 153

дукты тогда лежат на кухонном столе, случается и падают иногда. В прошлый раз кусок корейки упал. У Санчеса расстройство желудка три дня не проходило. В доме всегда есть, чем заняться. Долой теле- визор! Да здравствуют холодильники во всех ком- натах! Такса — охотничья собака, норная, ей прихо- дится во многом полагаться на саму себя, быстро принимать решение и вступать в схватку со зве- рем, зачастую превосходящим по силе. Ругается хозяйка Санчеса, что он еду прикапывает. Ходит за ним по пятам. Выслеживает, куда косточку по- ложил, куда корочку хлеба припрятал. А противники? Поругался Санчес с двумя ан- глийскими бульдогами на улице. Издалека ругал- ся. В итоге сцепились в словесном клинче хозяин бульдогов и его хозяйка. Но они победили! Хозяй- ка-то у него — образованная женщина. Три языка знает: английский, немецкий и японский. Поэто- му хозяина бульдогов она послала по матушке на японском языке и тот ничего не понял, подумав, что связался с иностранкой! Санчес её поддерживал, как мог, с ручек, есте- ственно. Бульдогам всё сказал про их плоские морды. Лбы у бульдогов крепкие, а мозги вороча- ются медленнее в три раза, чем у любой порядоч- ной таксы. А вообще, такса дрессируется легко и в руках умного владельца станет послушным и отзывчи- 154

вым псом. Таким, как Санчес. Да по любой таксе корона плачет! Потому что всякая порядочная такса логична и последовательна в своих по- ступках. Не потерпит неуважительного отноше- ния к себе. Санчес давно свою хозяйку воспитал. А ежели она кипятиться начинает, он клоуном работает. Поставила как-то хозяйка новый дорогущий утюг на стол, собралась гладить что-то, Санчес взял и съел кусок провода. Хозяйка его полчаса крыла по-японски. Потом схватила утюг и давай им в морду тыкать. Санчес обиделся и ушёл, а она на собачьей площадке всё кудахтала, что он боль- шой кусок провода проглотил. Зря переживала. Санчеса стошнило в её кровать. Нет собаки лучше, чем такса. 155

Ножичек Хозяйка палевого лабрадора Гаврика собира- лась на вечернюю прогулку. Её муж, посмотрев на часы, тоже натянул куртку. — Пойдём вместе, поздновато одной гулять. Через пару минут все трое спускались в лифте. Гаврик в нетерпении топтался на месте. Его хозя- ева сегодня явно припозднились, а у него, как и у многих собак, есть свой биологический режим: по часам кушать, по часам гулять, по часам спать. Двери лифта открылись — на них бросились три здоровенных бродячих пса. Гаврик напрягся, зарычал, пытаясь первым выскочить из лифта, однако хозяева, увидев, что дворняги решительно собираются вступить в бой, быстро нажали кнопку. Застряв на третьем этаже, хозяин Гаврика пред- ложил жене план действий: — У меня с собой охотничий нож. Мы спуска- емся вниз, я атакую дворняг. Вы с Гавриком стои- те в лифте, не выходите, пока я их не прогоню, — и нажал кнопку. ...Померанская шпициха Гучи со своей хозяй- кой в это время возвращалась с прогулки домой. Они подошли к лифту. Хозяйка нажала кнопку вызова. Двери гостеприимно открылись, и на них смерчем вылетел, блестя глазами, молодой здоро- вый мужик с охотничьим ножом в руках: «Вы по- меститесь в наши гробики без диет и аэробики!» 156

Хозяйка Гучи с исказившимся от страха лицом подхватила своего пёсика на руки и бросилась со всех ног к консьержке. — Где коблы? — ревел мужик, блестя лезвием. — Какие коблы? — заикалась хозяйка шпица, у которой подкашивались ноги. — Здесь! У лифта! Три здоровенных дворняги! Мы с женой десять минут выйти из лифта не мо- жем. А чего вы так испугались-то? — Мм… Ножичка вашего. — А-а... — улыбаясь, протянул мужик, склады- вая нож. — Ерунда. Оружие самообороны и устра- шения. Значит, псин нет! Ну и славно. Проходите в лифт и ничего не бойтесь. — Спасибо. Я пешком. — Буркнула потрясён- ная до глубины души хозяйка Гучи, боясь даже смотреть в сторону лифта. Гаврик торопился на улицу. Он был раздражён, в его душе кипели праведные страсти. Бедолага чувствовал себя человеком, выпившим два литра пива в центре города, стоявшим в обществе дамы и вне пределов видимости туалета. Ничего не объ- ясняя болтавшейся сзади на поводке хозяйке, ла- брадор понёсся со всех лап к ближайшему газону. На газоне в это время мирно пасся, проверяя дамские метки, четырнадцатилетний пекинес Пушкин. Он находился в том возрасте, когда по- жилой организм никак не может понять, а что, собственно, происходит?.. Медленно переваривая информацию, оторвавшись от очередного дамско- го послания, Пушкин поднял глаза и обомлел: на него с рычанием летел огромный лабрадор. 157

Пушкин, хоть и был крайне пожилым, всё же обладал эфиопскими кровями. Увидев молодого палевого нахала — он ему напоминал дуэлянта Дантеса — не растерялся, а, собрав всё мужество в лапы, растопорщив хвост, обнажив жёлтые стёр- тые клыки, бросился на обидчика. Гаврик хотел было обогнуть старикана — ему срочно надо было в туалет — и, не рассчитав манёвра, на ходу слегка задел задиристого Пушкина. Пушкин осознав, что Дантес таки бросил ему перчатку, мгновенно раз- вернулся и налетел на дуэлянта. Гаврик, а терпеть он уже больше не мог, взял Пушкина в пасть, где он повис тряпочкой, и поднял заднюю лапу. На его морде расплылось блаженство. Хозяйка Пушкина на рычание питомца, кото- рый теперь был «хрустиком», тоже примчалась на газон, где и узрела своего масянечку, торчащего в пасти у лабрадора — подняла крик. Гаврик, узрев надвигающуюся подмогу, слегка пожевал классика, выплюнул его назад — целого и невредимого. Потрясённый Пушкин отряхнулся, гордо под- нял хвост, оглянулся, ещё разок рыкнул на Данте- са и отправился к хозяйке. Постскриптум. Хозяин лабрадора долго извинялся перед на- смерть перепуганной хозяйкой Гучи. Хозяйка ла- брадора Гаврика столь же долго приносила изви- нения хозяйке пекинеса Пушкина. Консьержка извинялась перед всеми, так как именно она всё это время подкармливала своим ужином трёх дворняг. 158

Сон собачника Василий собирался на прогулку со своим дру- гом — мальтийской болонкой Аспирином. Он лю- бил с ним ходить по дорожкам сквера и даже за- ходил на собачью площадку, где гуляли огромные псы: овчарки, доберманы, ротвейлеры, лабрадоры, мраморный дог Гай Юлий Цезарь и другие пред- ставители крупного собачьего племени. Аспирин был добродушным и общительным пёсиком, но своеобразным и с характером, терпеть не мог при- вязи, поэтому Василий всегда ходил с ним без вся- ких там поводков. Вот и сейчас они наслаждались прогулкой по осеннему раскрашенному скверу, где в медленном вальсе кружились разноцветные листья. Аспирин бодро трусил к собачьей площад- ке. Озорные глаза задорно сверкали из-под белой, лохматой, аккуратно подстриженной чёлки. — Добрый вечер! — поздоровался Василий с хозяином огромного чёрно-подпалого добермана. — Можно, мы с вами погуляем? — М-м-м… — засомневался хозяин Буча. – За- ходите, но я не знаю, как они поладят. У вас маль- чик? — Да. Аспирин спокойный малый. Неконфликт- ный. Дверь калитки приоткрылась. Аспирин ворвал- ся внутрь и сразу пошёл нюхаться к Бучу. Добер- ман напрягся. 159

— Р-р… — зло щёлкнули зубы. Аспирин в мгно- вение ока оказался прижатым к земле. Василий окаменел. — Фу! Плюнь! — крикнул хозяин Буча, и тот ослабил хватку. Аспирин с визгом вырвался из зубов большого пса и мгновенно пролез под оградой, кинувшись бежать, не разбирая дороги. Василий схватился за голову. — Аспирин! Стой! Куда ты? Василий бежал по дорожкам сквера, пытаясь разглядеть своё чадушко. Бежал по жухлой траве, ветки деревьев больно хлестали его по лицу. — Аспирин-н… — дурным голосом вопил Василий. Нагнал пёсика у самой дороги, где бешено нес- лись машины. Собачку спасли растерянность и страх перед рычащими автомобилями. Василий подхватил на руки питомца. — Малыш! Прости. Иди скорее ко мне. Прогулка была испорчена. Василий, прижав к груди болонку, бросился бегом домой. Его трясло. Долго не мог заснуть, проклиная хозяина добер- мана. Лунной ночью холод собрался в мириады тём- но-фиолетовых крупинок, сияя странным светом. Большая луна, белая и беспристрастная, летела в тёмном небе сквозь редкий дым облаков. Она дов- лела над всеми понятиями, определяла их, и был в ней какой-то укор, немой укор, но такой силы, что Василий не мог сопротивляться её магии. Он хо- 160

тел догадаться о неестественно правдоподобном, и вдруг увидел картину со стороны... Удушливая влажная ночь, нависшая над горо- дом, словно мокрая марля лишала всякой надеж- ды на сон. Невозможно было лежать в тёмной пу- стой кровати. Он чётко увидел Машу — соседку по подъезду со своим пёсиком Арчиком редкой породы басенджи. Маша была ему очень симпа- тична, он давно подбирал к ней ключики, не реша- ясь заговорить. Беда в том, что Аспирин не ладил с Арчиком. Маша вышла на прогулку, потому что Арчик сильно запросился на улицу. Послышался шорох. Они как раз проходили мимо огромных кустов шиповника и вдруг… Оттуда выскочил Буч и бросился прямо на Арчика. Басенджи не умеют лаять. Арчик молча мет- нулся в темноту. Буч бросился за ним. Маша, ох- нув, бросилась за собаками. Её каштановые воло- сы развевались по ветру, по лицу текли слёзы, её трясло. Василий ощутил всю её боль, вдруг пере- давшуюся ему. Он бежал как бы с ней, наблюдая её со стороны. Он видел, как Арчик вылетел на шоссе. Визг тормозов… Животный крик Арчика… Лужа крови, растекающаяся под неестественно изогнувшемся пёсиком. Василий подскочил в кровати. — Фуф… Сон. Это был сон. Страшный, ужасный, — Василий пошарил руками по одеялу. Аспирин мирно спал, сладко посапывая в ногах. — Завтра пойдём с тобой в одно место, — тихонько погладил 161

его Василий. — Я тебе куплю самый красивый на свете ошейник и поводок. Утром Василий, взяв на руки Аспирина, бодро вошёл в зоомагазин. — Где у вас самые красивые ошейники и поводки? — Пойдёмте, — кареглазая девушка улыбнулась, поманив Василия рукой за собой. — Какой у вас кра- сивый пёсик! Болонки нынче редко встречаются. У стеллажа с ошейниками и поводками стояла Маша, держа на руках Арчика. Она присматрива- лась к серебристому поводку со стразами. — Василий, здравствуйте. Вчера Арчик чуть не попал под машину. Выбежал на шоссе. Я так испу- галась… Совсем не ожидала вас здесь увидеть. Как вы думаете, Арчику подойдёт этот поводок? У Василия защемило под ложечкой. — Маша, у вас прекрасный вкус! Помогите, пожалуйста, мне найти тоже такой же красивый поводок для Аспирина. Как думаете, вот этот си- ненький ему пойдёт?.. Они вышли из магазина, весело смеясь. Арчик и Аспирин сидели у них на руках. Оба в обновках. — Маша! Пойдёмте ко мне. Выпьем чаю. Надо обмыть обновки. Через полтора года по дорожкам парка гуля- ла молодая счастливая семья с коляской и двумя маленькими пёсиками, охраняющими младенца и своих хозяев. Пёсики подружились и ходили на одной сворке. Теперь у них прибавилось работы, разрослась семья, а про свой сон Василий никогда Маше не рассказывал. Да и зачем? 162

О КОШКАХ

Маруся Давно это было. Я тогда совсем юной была. Поехали мы как-то летом километров за сотню в гости на дачу к дальним родственникам. Не пом- ню ни направления, ни названия станции, помню только, в дальнее-дальнее Подмосковье. И жила у наших знакомых огромная кошка чёрно-белого окраса. Звали её Маруся. Весила Маруся с чёрто- ву дюжину. Около тринадцати килограмм. Я всег- да любила животных и, конечно же, сразу пошла знакомиться с Марусей. Она оказалась ласковой кошечкой, разрешила себя погладить, потёрлась о мои ноги щеками, но явно куда-то спешила. Я решила за ней понаблю- дать. Маруся со мной пообщалась и быстро-бы- стро залезла под крыльцо. Не было её с полчаса, потом вышла, опять со мной пообщалась, сходила в дом молочка попила и — снова под крыльцо. Пока я сидела на крыльце, пришёл сосед вместе со своей трёхгодовалой немецкой овчаркой, что-то хотел попросить для хозяйственных нужд. Зашёл в калитку. Овчарку вперёд пустил. Она приню- халась и бегом к крыльцу. Сунула туда свой нос. Не успела втянуть ноздрями воздух, как из-под крыльца вылетело пушечное ядро — прямо в мор- ду овчарке. Бедная псина даже толком не успела отскочить. На её морде повисло лохматое чуди- ще размером с разъярённого дикобраза. Шерсть 164

торчит иглами, зелёные глазищи молнии метают, когти работают во все стороны. И лезет это чуди- ще по морде псины всё выше и выше. Передни- ми когтями по глазам лупит, задними нос дерёт. Кровь показалась. Овчарка пытается убежать, Ма- руся на ней верхом, как жокей на орловском ры- саке на ипподроме, а потом неожиданно рухнула на землю, как подкошенная. Маруся с неё слезла. Отряхнулась и — под крыльцо. Мы все в ступоре. Хозяин овчарки скло- нился над телом любимицы, проверяет дышит она или нет? Пощупали её — вроде, дышит. Наш род- ственник вытащил ведро воды из колодца и ока- тил псину. Тут она и очухалась. От ужаса и боли сознание потеряла. Встала на лапы и — к калитке. Открыли ей, она домой со всех лап. Котята у Ма- руси под крыльцом сидели. 165

Сказ о донском сфинксе Сапфире Породистый кот, донской сфинкс по кличке Сапфир вальяжно возлежал на китайском покры- вале в хозяйкиной постели. Его глаза были полу- прикрыты. Дремал. Однако одним ухом слушал мышиную возню на кухне. — Наверное, что-то вкусненькое готовит? Неожиданно зазвонил телефон. Хозяйка взя- ла трубку. Долго о чём-то встревожено говорила, потом положила трубку на рычаг и куда-то умча- лась. Не было её несколько часов. Сапфир прого- лодался и был недоволен долгим отсутствием кор- милицы. Вяло поприветствовав её, с настырным мяуканьем повёл в кухню, но Инна не собиралась его кормить. Притащила с улицы огромную клет- ку-перевозку и положила на обеденный стол би- лет на поезд Самара-Санкт-Петербург. Сапфир понял: хозяйка что-то замышляет, и ушёл обратно на китайское покрывало. Часа два хозяйка собира- ла большую сумку, затем надела на Сапфира поло- сатый вязаный свитер и засунула его в перевозку. Через пятнадцать минут они ехали в такси на же- лезнодорожный вокзал. Иван Маврикиевич Бзиков тоже паковал до- рожную сумку. На его письменном столе лежал би- лет на поезд Самара-Санкт-Петербург, купе номер 4. Ему позвонила жена, ухаживающая за больной тёщей в Питере. Просила приехать на несколь- 166

ко дней, помочь устроить маму в больницу. Иван Маврикиевич с грустью думал: «Кто есть теща?.. Мать её...» В 21.15 по самарскому времени в купе вошли пассажиры: Инна с переноской, Иван Маврикие- вич Бзиков и старушка–божий одуванчик. Места Ивана Маврикиевича и Инны были на нижних полках. Старушка должна была расположиться на верхней. Инна сразу уступила старушке свою пол- ку, Иван Маврикиевич уступать не стал. У него было отвратительное настроение. Мало того, что он ехал к больной тёще, нервничающей жене и, вообще, ехать никуда не хотел, так нет же, счастье привалило. Он на дух не выносил котов и кошек, а тут на тебе — принесли ящик с каким-то лысым котом, и ему предстояло ехать с этим чучелом, похожим на инопланетянина из фильмов ужасов, нос к носу целую ночь. Иван Маврикиевич сморщил нос: — Надеюсь, эту лысую тварь выпускать из клет- ки не будут? — и грозно посмотрел на Инну. Инна потупила глаза, затем строго сказала: — Всю ночь я не могу держать Сапфира в клет- ке, поэтому пока он посидит так, а потом я его возьму на свою полку. А в чём, собственно, дело? — А дело в том, что у меня аллергия на шерсть, — злобно буркнул Бзиков. — Так Сапфир лысый! — удивилась Инна. — Сфинксы гипоаллергенные кошки, как раз для тех, у кого аллергия на шерсть. 167

— Неважно. У меня аллергия всех на котов! Терпеть их не могу. Где начальник поезда? — Причем тут начальник поезда? — вспыхнула Инна. — Билет на кота есть, справка из ветеринар- ной лечебницы с собой, животное сидит в клетке, что вам ещё надобно? — Желаю ехать в другом купе, или пусть вас выселяют с тварюгой в тамбур. Иван Маврикиевич кинулся за начальником поезда. Тот пришёл в боевом настроении. Бзиков постарался настроить его на нужный лад. Началь- ник поезда проверил справку от ветеринара, билет, попробовал на крепость защёлку в переноске, при- открыл дверцу, погладил за ухом Сапфира, обрат- но закрыл дверцу и вынес резюме: «Всё в порядке. Никаких нарушений. Пусть едет». Бзиков, красный и злой, лёг на свою полку, от- вернулся лицом к стене и через некоторое время заснул. Инна потихоньку выпустила Сапфира из клетки, погладила его, почесала за ушком и положила с собой рядом на верхней полке. Сапфир вёл себя идеально. Заснула Инна, заснула старушка, крепко спал Иван Маврикиевич. Не спал только Сапфир. Убедившись в том, что все в купе мирно сопят в две дырочки, ак- куратно вылез из-под руки Инны и, поведя носом, спрыгнул на стол. Из-под полки Ивана Маврикие- вича доносился умопомрачительный аромат. Курица! Жареная курица! — облизнулся Сап- фир. Кот спрыгнул на подушку Ивана Маврики- 168

евича, удостоверился, что тот крепко спит, присел рядом с его головой и сделал аккуратную жёлтую лужицу. Затем спрыгнул ниже, подлез под полку, добрался до сумки и аккуратно вскрыл длинную молнию объёмной сумки. Иван Маврикиевич проснулся от аппетитного хруста куриными костями. Опустил руку вниз, по- шарил возле собственной сумки, наткнулся пальца- ми на тёплый бок, потом на усы, потом на остатки курицы. Лысая тварь жрала его завтрак. Повернул голову и почувствовал запах на подушке, следом, приподнявшись на локте, обнаружил рядом со сво- ей головой характерное желтоватое пятно. — Нагадил!.. Иван Маврикиевич тихонько огляделся в по- лутёмном купе. Инна, разметавшись по подушке, спала без задних ног. Бабка причмокивала губа- ми, кряхтела и портила воздух, ей снился сон про малиновое варенье. Иван Маврикиевич тихонько опустил ноги вниз, ещё разок огляделся, снял на- волочку с подушки, встал на четвереньки, нащу- пал руками под лавкой голое тельце кота и рыв- ком вытащил Сапфира. Тот даже мяукнуть не успел. Затем ловко засунул кота в наволочку и за- крутил её в плотный жгут. Наволочка, сдавленно хрюкая, зашевелилась. Иван Маврикиевич быстро натянул тапочки и выскользнул тенью из купе. Поезд подходил к какой-то станции. Иван Маврикиевич выбежал с живой наволоч- кой в тамбур, дождался пока проводник откроет 169

дверь вагона, торопливо спустился по высоким ступенькам вниз. Затем, страшно довольный со- бой, развернул жгут и вывалил кота на перрон: «Гуляй, милый. Брысь отсюда!» Инна проснулась от скрежета тормозов и поня- ла, что поезд остановился на какой-то маленькой станции. Пощупала вокруг себя руками, с удивле- нием обнаружив пропажу Сапфира. Посмотрела вниз. Кота не видно. Снизу раздался скрипучий голос старушки-попутчицы: — Беги, милая, на перрон. Сосед наш тваво кота в наволочку от подушки завернул и куды-то его унёс. Хотела ему сказать, да засумлевалась, есть кот в мешке или нетути ево?! Инна соскочила с полки, бросилась опрометью через вагон к дверям. На перроне сияющий, словно волшебный фонарь, стоял и курил Иван Маврикие- вич с пустой наволочкой в руках. Он сделал вид, что в упор не видит Инну. Инна скатилась со ступеней: — Где Сапфир? — Какой сапфир, барышня, сны о драгоценных камнях замучили? — Где мой кот? Почему у вас в руках наволоч- ка? Вы выкинули Сапфира из вагона? — взвизгну- ла Инна. — Откуда я знаю, может, сам выскочил из купе и утёк. Коты, они такие. Любят погулять. Спать надо меньше да смотреть за своими животными. Иван Маврикиевич демонстративно отвернул- ся. Инна тихо позвала: «Кис-кис... Сапфир!» 170

Из-под вагонного колеса метнулась какая-то тень. Перед Инной, как из волшебной лампы Ал- ладина, возник донской сфинкс и тут же подошёл к хозяйкиным ногам, довольно урча, начал тереть- ся щекой о её тапочки. — Ты моё солнышко! Замёрз!.. Инна подхватила Сапфира на руки, гневно бро- сив Ивану Маврикиевичу: — Убийца! Сейчас пойдём к начальнику поезда. Иван Маврикиевич злорадно ответствовал: — Пойдём-пойдём. Этот гад мою курицу сожрал плюс чуть ли не на голову мне попсыкал. Что б он сдох! — Что б вы сами сдохли! — крикнула Инна, за- лезая на ступеньки вагона. Начальник поезда хотел спать, но делать было нечего, обязан разобраться в происшествии. Всю оставшуюся ночь до самого Санкт-Петербурга в купе стоял крик. В споре участвовали четверо: Инна с Сапфиром на руках, Иван Маврикиевич с наволочкой в одной руке и куриными костями в другой, полуслепая старушка–попутчица, отбива- ющийся от всех начальник состава. — Граждане! Покажите билеты и документы. Все, включая старуху, протянули паспорта. — Так-так. Молодцы. Давайте разбираться. Иван Маврикиевич потряс в воздухе костями: — Эта гнида объела меня. Посмотрите на его живот, в этом брюхе лежит целиковый цыплёнок. Старушка: 171

— Милай, он не ел курицу, я не слышала, я толь- ко наволочку живую у тебя в руках видела. Иван Маврикиевич: — Да что ты, старуха, могла видеть в темноте да без очков?.. Это видела? — Истец ткнул засикан- ной наволочкой бабке в нос. — Фу-у… — сморщила нос старушка. — Какая пакость. Сынок, мож, ты это, сам случайно пона- делал, у меня вот так бывает, найдёт на старуху проруха… Инна поспешила отодвинуть старушку. Никто не хотел слушать про бабкины фокусы. —  В суд на него, живодёра!.. Вы знаете, сколько стоит этот кот?.. По цене самолёта. Ваша фамилия под стать вашей сущности. Иван Маврикиевич замахнулся на Инну наво- лочкой. — Да я сейчас эту наволочку на твоей башке за- вяжу… Начальник поезда, испугавшись попытки удушения пассажирки наволочкой, быстренько выхватил её из рук Ивана Маврикиевича. — Сейчас заменю. Возьмите чистую. Может, и правда, это не кот вовсе… Иван Маврикиевич побагровел. — Вы хотите сказать, что поддерживаете вер- сию старухи? Бабуля оживилась: — Ты, милай, потише, потише, а то, знаешь, у мущщын в твоем возрасте часто инфаркты быва- 172

ют. Смотри вон красный какой стал. Так недалеко и до микарда. Иван Маврикиевич от злости чуть было не уку- сил бабку за ухо, но вовремя опомнился, переклю- чившись на Инну. — Слышь, красотка! Коли есть такие деньжищи на покупку кота, нечего на поездах в купе с при- личными людьми ездить, летай самолетом. Инна отбивалась: — Это вам с вашей аллергией на людей надо в грузовом отсеке ездить. Придерживаетесь прин- ципа «жизнь надо прожить так, чтобы другим жить не хотелось»? И лишь Сапфир молча лежал на руках у хозяй- ки с набитым под завязку брюхом, смотря с благо- дарностью во взоре на Ивана Маврикиевича: вкус- ная была курица! 173

Хойнольфинь Хойнольфинь — кличка персидского кота, по- даренного нам в Венгрии. В далёкие восьмидеся- тые годы прошлого столетия наша семья оказалась в Венгерской республике, где мой муж выполнял воинскую повинность после окончания института. Приехали в Венгрию в полном составе, вместе с нашей полусиамской кошкой Каськой. Нам выде- лили малюсенькую комнатку в многоквартирном общежитии. Комнатка была особенная. Соседи никогда не переступали её порог. Мы долго не могли понять, в чём дело, пока за вечерним чаепитием на общей кухне случайно не проговорилась одна из соседок. — Ребята, а вы знаете, в чьей комнате живёте? В вашей комнате повесился на оконной раме офи- цер-танкист. Жена загуляла, пока он был в мест- ной командировке. Проверял новые танки на по- лигоне. Вернулся. Нашептали ему про жену. Он скандалить с ней начал. Она разозлилась, велела ему убираться прочь. Вышла сюда к нам на кухню. Сидим с ней, чай пьём, как с вами сейчас, слышим хрип какой-то в коридоре. Побежали к их комнате, а он — синенький, на оконной раме висит. Сняли. Врача вызвали. Пока он шёл, искусственное дыха- ние делали и массаж сердца. Откачали. Комиссова- ли его, ещё и справку выдали о невменяемости. У него потом проблемы с работой были. Уехали они. 174

Напугала нас эта история, а что делать? Слу- жить надобно. Денег за службу платили мало. Устроился муж на подработку после службы. За- нялся ремонтом телевизоров для местного населе- ния и однажды, пришел домой не один, а с вен- гром. Этот венгр, увидев нашу кошку, заглянув в её голубые глаза, потерял голову. — Продайте кошку! — Не продается! — Продайте! У нас такие кошки называются ги- малайскими. Вы себе в России ещё купите… А нрав у нашей Каськи был свирепый. Муж по- думал, подумал и говорит: «Забирайте!» Венгр наклонился, а поскольку был обременён пивным брюшком, то ещё и закряхтел, пытаясь от- ловить Касю, и началось… Кася зажгла глаза крас- ным огнём, выгнула спину динозавром, выпустила острейшие коготки и начала наступать на венгра. Тот попятился, выпрямился и сказал: — Пожалуй… я не буду покупать эту кошку. К тому же, она немолодая, — после чего удалился восвояси. Спустя некоторое время у него снова сломал- ся телевизор. Он приехал к нам на машине, забрал мужа, и они укатили. На следующий день венгр снова приехал и попросил нас двоих поехать с ним в гости к его знакомой. В гостях, во дворике частного домика, мы об- наружили роскошную персидскую кошку крас- но-рыжего окраса с апельсиновыми глазами. К 175

нам вышла худенькая черноглазая хозяйка. Поз- доровалась и попросила подождать её на веранде. Мы присели на диванчик. Вскоре дверь из дома отворилась и перед нашими изумлёнными глаза- ми возникли четыре персидских котёнка: три ог- ненно-рыжие кошечки и белоснежный кот с голу- быми глазами. Увидев наши изумлённые лица, хозяйка, улыба- ясь, сказала, что она знает про нашу злую красави- цу и в пару ей хочет подарить нам белого мальчи- ка. Это была её благодарность за работу, которую сделал мой муж. Отказываться от такого «чуда» было неразум- но. Я спросила, насколько позволяли мои позна- ния в венгерском языке, а как его зовут. — Хойнольфинь, — ответила женщина. — Что это означает? — Ничего, — засмеялась венгерка, — просто красивая кличка. Мы выпили предложенного сока, поблагодари- ли женщину за подарок и отправились домой. Дома на общей кухне я представила сокрови- ще на всеобщее обозрение. Восемь военных семей внимательно рассматривали подарок. Почесав щёку, один из мужчин спросил: — А зовут-то его как? — Хойнольфинь… — Чего? — засмеялся белорус Василий. — Эй, сунь буй в чай! — веселился Пётр. — Рыбу будешь жрать? 176

— Товарищи! — моему возмущению не было предела, — его Хойнольфинь зовут! — Хуйвибин! — пролепетала жена Василия. — Во! Придумал! — выпалил Алексей. — Хоня! Так, с его лёгкой руки, и закрепилось за котом имя. И начал Хоня показывать нам чудеса венгер- ской дрессировки. Для начала он залез ко мне на колени и потребовал вычёсывания шерсти. Же- лательно пальчиком, и не дергая сильно шёрстки. Потом выяснились кулинарные пристрастия. Они состояли в том, что при виде кочана свежей ка- пусты кот трясся и орал, мог схватить капустный лист и упрятать в укромный уголок, а уж при виде свежих очисток от картофеля у Хони вообще на- чинался приступ эпилепсии. У него текли слюни с пузырями, а голос становился противным до не- возможности. Возникла ещё одна проблема. Кошка Кася не желала дружить с новоявленным женихом, ну не нравилась ей эта холёная голубоглазая морда в белом пушку, поэтому она его лупила. Исправно. Утром, вечером, на сон грядущий. Кот жаловал- ся, мурлыкал песенки о своей любви, но затаил на Касю кровавую месть, которая выразилась немно- го погодя в пикантной ситуации. Дождался любовной горячки у Каси. Она пусти- лась во все тяжкие в поисках претендента. Претен- дент был рядом и не дремал. Хоня выбрал момент и начал заигрывать с Касей, строить глазки, устра- ивать игрища в горелки. И когда настал кульмина- 177

ционный момент, и Кася согласилась на акт люб- ви, встала перед Хоней и отогнула хвост в сторону, приготовившись к дальнейшим ухаживаниям кава- лера… Хоня ей припомнил всё. Подошёл к Касе со стороны хвоста и впиявился зубами ей под хвост. Кася взвыла, сделала мгновенный разворот, вреза- ла жениху так, что первый белый клок отлетел в высоту до полуметра. Дальше ничего нельзя было разобрать. По полу с воем полицейской сирены покатился огромный комок шерсти. Из комка по всей комнате полетели клочья шерсти. Итог потасовки был печальным. Кася навсегда осталась старой девой и больше не верила мужчи- нам. Хойнольфинь понял: женщины — это фурии с неуравновешенным характером. Всё, чего можно от них ждать, это оплеухи, когда ты с ней всего- навсего пошутил. Через два года мы вернулись домой в Москву и с Хоней произошёл ещё один забавный случай. Мы не взяли родословную на Хойнольфиня, за ней нужно было ехать в Будапешт, поэтому реши- ли оформить документы в московском клубе «Фа- уна». Договорились с клубом. Назначили время. Была зима. Мы приготовили большую сумку, что- бы ехать в метро с котом. Посадили Хоню в сум- ку. В вагоне метро было очень жарко. Муж снял вязаную шапочку с головы и, чтобы не держать её в руках, сунул в сумку к Хоне. Так Хоня с шапкой и доехал до клуба. В клубе перс всем понравился. Документы нам обещали выправить. 178

На следующий день мы снова вместе поехали по делам. Сели в метро на лавочку. Разговорились. И вдруг муж, скривившись, чуть ли не затыкая нос пальцами, произносит: — Ты что! Не моешься! Извини, но от тебя пах- нет мочой… У меня от наглости супруга глаза из орбит по- вылезали. Я стала нервно принюхиваться. Муж понял, что перегнул палку, и, чтобы смягчить си- туацию, наклонился ко мне. В нос ударил стойкий запах кошачьей мочи. — Шапку сними! Мы так смеялись, что чуть не проехали свою остановку. А уж сколько ласковых слов было ска- зано про породистого кота и его заграничную под- лость! Вот такая весёлая история получилась с вен- герским котом. К сожалению, Хоню летом у нас украли. Мы были на работе. Сеток на окнах тогда ещё не было. Хоня вышел через балкон погулять. Перелез к соседям, потом дальше. Больше мы его никогда не видели. В Москве тогда персы были редкой породой. 179

Мусик Мусик — серо-зелёный полосатый кот дворян- ского происхождения. Проживает на одной жил- площади с четырьмя русскими псовыми борзыми. История Мусика примечательна, он из тех котов, которые сами строят свою судьбу. Мусик живёт в тёплой уютной квартире. У него жратвы от пуза, он командует собаками и вертит хозяевами, и всё это сделано его «мусиковыми лапами». А начина- лось всё так. Давным-давно, когда у Мусика не было имени (родился он в подвале многоэтажного дома, вырос на помойке, рано отлучился от матери), он голодал, побирался по мусорным бакам, скандалил за тер- риторию с другими дворовыми котами, отбивался от собак. И больше всего ненавидел именно дво- ровых собак. Хозяйские они что, они при хозяине, если что, их всегда могли урезонить поводком, а то и пинком! Дворовые же псы шли на всё. Нападали, как правило, стаей. Но Мусик был хитёр, смел, дер- зок, умён и всегда успевал обмануть пёсье племя. В оду из зим наступили тяжёлые холода. Кот замерзал на улице. Было так холодно… чувство- валось дыхание смерти, когда одна сердобольная старушка, которая работала консьержкой в подъ- езде многоэтажного сталинского дома, пожалела котейку, и впустила его в подъезд погреться. На- кормила. Обогрела. А потом куда-то ушла. 180

Вместо неё пришла другая женщина, которая решила Мусика опять выгнать на улицу, и вот тог- да Мусик, а он был очень умным котишкой, быстро проскользнул на чёрный ход и побежал по лестни- це многоэтажного дома на самый верх. Женщина махнула на него рукой, догонять не стала. Добе- жал кот до семнадцатого этажа, там и решил оста- новиться. На каждом этаже дома располагалось по две квартиры. Мусик обнюхал двери обеих квар- тир. Запах одной из них оставил его равнодуш- ным. Из второй квартиры тянуло собачьим духом и слышался азартный лай. Мусик не любил собак, но что-то его удержало именно около той кварти- ры, где из-под двери на него голосила свора собак. Когда хозяин взял на сворку четырёх русских псовых борзых и открыл дверь, то чуть не уле- тел вниз по лестнице чёрного хода. Собаки дёр- нули его с такой силой, что, если бы не поводок, зацепившийся за ручку двери, борзые могли бы остаться сиротами. Человек громко выругался на псов, но заметил на краю лестницы крупного се- ро-зелёного кота, который, с одной стороны, бо- ялся собак, с другой, приготовился к обороне, так как сидел, раздувшись, высоко подняв когтистую лапу. По всему было видно, этот свою жизнь про- даст задорого. Услышав возню на лестнице, вышла жена хозя- ина и обнаружила обороняющегося кота. Быстро, при помощи включения пилы «Дружба», и непе- реводимого фольклора, она отправила супруга с 181

собаками на лифте вниз. Сходила в квартиру и вы- несла Мусику поесть. Мусик был счастлив. Теперь он никуда не уйдёт с этой площадки: здесь кормят! Собаки? Да, Бог с ними! Что я, собак не видел! Тут надо подумать, как в квартирку попасть, усилия приложить… Мусик мягко подошёл к двери, втянул носом воздух и мяукнул. Дверь приоткрылась. Женщи- на строго сказала: «Нет! Не пущу! Мне не нужен труп в квартире! Сейчас придут собаки, они тебя порвут. Они зайца в поле на счёт «раз» берут, тем более, свора у меня. Иди на лестницу». Неделю Мусик жил под дверью. Его кормили два раза в день. В туалет он уходил на чердак, но неизменно возвращался к квартире с собаками. Псы со временем престали на него гавкать, так как кот им надоел хуже горькой редьки. Присутствие кошачьего запаха стало для них обычной вещью. И однажды настал кульминационный день. Хозяина не было дома, а хозяйка зачем-то при- открыла дверь и забыла про неё. Мусик собрал- ся с духом и встал на пороге квартиры. Собаки кинулись на кота. С криком выскочила хозяйка, и обомлела… Изменить ситуацию она была не в силах. Женщина только успела крикнуть: «Ну-у… заходи! Отбивайся!» Мусик вихрем ворвался в коридор, пронёсся на кухню, добежал до батареи, сел к ней спиной, и выставил впереди себя две когтистые лапы. С ди- ким ором, толкаясь и спотыкаясь, грызясь между 182

собой, четыре борзые застряли в проёме, каждая из них хотела взять кота первой. Наконец, самый крупный кобель протиснулся вперёд и с откры- той пастью кинулся на Мусика. Он зажмурился и впустил в длинный собачий нос когти, повиснув на нём мёртвой хваткой. Вы слыхали, как поют борзые? Квартиру огласил душераздирающий вой. Гла- за борзого съехались к переносице, пёс затряс головой, пытаясь скинуть мерзкого кота, осталь- ные борзюки в количестве трёх штук столпились сзади. Смотрели на вожака. Никто вперёд не лез. Последней стояла хозяйка, судорожно соображая, что ей предпринять. Мусик висел на собачьем носу намертво. Он понимал, если оторвётся и упадёт, его моменталь- но разорвут. Повисев ещё несколько секунд, на- сладившись сольным концертом борзого, Мусик сделал решающий шаг в своей жизни. Выпустил нос пса, встал на лапы и пошёл на борзых. Борзюки от наглости кота выпучили глаза, изумляясь нахальству. Мусик не спеша обогнул скульптурную группу идиотов, подошёл к соба- чьим мискам, поел остатки каши с мясом из од- ной, потом из второй, попил воды и уселся перед мисками. Его глаза недвусмысленно говорили: или сдохну, или буду здесь жить! Что смотрите, охотнички?! И для успокоения нервов начал умы- ваться лапкой, втянув все коготки в подушечки. Борзые озадаченно разбрелись по квартире. Вожак 183

с поцарапанным кровяным носом подлизывался к хозяйке. Вечером на кухне появилась пятая миска, сто- ящая между мисками борзюков. И что вы думае- те? Мусик стал боссом! Он первым ест, пьёт, а при малейшем неповиновении когтистой лапой раз- даёт оплеухи по бестолковым головам борзюков. Остался единственный момент, о котором Мусик не забывает. Из квартиры выходить НЕЛЬЗЯ! Второй раз вторгнуться… не получится, да и за пределами квартиры борзые с ним чикаться не бу- дут. А в остальном всё в порядке! Мусик взял от жизни всё, что было установле- но в ходе вынюха и обыска. Живёт себе который год и в ус не дует. А хозяйка его любит куда боль- ше, чем борзюков. 184

Ульси Большая картонная коробка была душной, пах- нущей незнакомыми запахами. Она закрыла глаза и тихонько позвала маму: «Мамочка! Мама-а…» Но ответа не последовало. Мама пропала. Она не знала, что с ней. Неожиданно пропали все: мама, братишки и сестрёнки. Ей хотелось кушать и пить, она ещё раз громко мяукнула в надежде, что её услышат. За стенками слышались разные звуки, многие пугали её. Инстинктивно она свернулась клубочком и затихла. Прошёл час, второй… Коробка приоткрылась. Чьи-то незнакомые руки поставили перед ней крышку от банки с со- леньями, наполненную молоком. Рука тихонько погладила её по голове и убралась. Ей так хотелось кушать! Она попробовала лизнуть верх крышки и начала чихать, молоко попало в нос. Долго му- чилась с ним, пока, наконец, не поняла, как пра- вильно пользоваться своим крохотным язычком. Поев и слегка успокоившись, она хотела прилечь и заснуть, но раздались какие-то страшные звуки. Огромная лохматая голова резко сунулась в ко- робку. На неё смотрело страшное чудовище с горя- щими зелёным адским огнём глазами, оно рассма- тривало её, его пасть открылась, на неё капнула слюна, раздалось громкое рычание. Чудовище хо- тело её съесть. 185

Она вжалась в одну из стенок коробки, под ней медленно растекалась лужа. Послышался грубый человеческий голос: — Ральф, фу-у... Отойди от коробки! Пошли на улицу! Хозяин с хозяйкой и дочкой ехали на дачу к по- жилым родителям. По дороге зашли в маленький поселковый магазинчик за продуктами. Хозяйка спрашивала по мобильному телефону, что купить и медленно диктовала список продавщице: «Кар- тошки два килограмма, сыр, молоко, сметана, пару помидорчиков, килограмм огурцов…» Продавщица бегала за прилавком, выкладывая требуемый товар. Хозяин ждал жену, разглядывая от скуки магазин. Его глаза наткнулись на картон- ную коробку. Он приоткрыл её и охнул. На дне ле- жал крохотный серенький в полоску голубоглазый котёнок. Такой маленький, что он мог бы поме- ститься на его ладони. Котишка испуганно посмо- трел вверх и вжался, на сколько мог, в угол короба. Хозяин присвистнул и поманил жену рукой: — Иди сюда, посмотри, что нашёл. Жена отмахнулась: — Не мешай. Дай рассчитаюсь с продавцом. Продавец улыбнулась: — У нас там месячный котёнок. Подкинули. Может заберёте? Не место ему тут. Пьяные ходят. Собаки забегают. Он уже сам может кушать. Мо- локо пьёт, размолотый кошачий корм попробова- ли давать. Кушает. 186

— Боже мой… — всплеснула руками хозяйка и, забыв про сдачу, бросилась к коробке. При виде ма- лышки её сердце сжалось. Котёнок был настолько мал, что за него становилось страшно. Посмотрела на мужа: — Берём! Ты давно хотел в пару к своей Джой- ке найти подружку. К тому же забавно получается, Джойку мы подобрали на даче у твоих родителей, а эту — у моих. Спросила продавщицу: — Мальчик или девочка? — Девочка, — разулыбалась молодая краснощё- кая девушка, словно сошедшая с картин русского художника Кустодиева. — Берите! Она чистень- кая. Мы смотрели: без блох, ушки розовые, ещё сосунок. Георгий не мог сразу переварить информацию и решил побыстрее утащить из магазина жену, ко- торая уже вертела в руках мехового червячка, под- жавшего хвост-морковку. — Папа! — всхлипнула дочка. Её глаза напол- нились слезами. — Посмотри, какая она махонь- кая-я... Она не выживет одна. Её собаки загрызут. Пьяный пнёт коробку. Погибнет! — Нет! — твёрдым, не терпящим возражений голосом отрезал глава семейства. — Берите про- дукты, пошли домой! Родители ждут. По дороге все трое молчали. Первой не выдер- жала дочка: 187

— Папа, я возвращаюсь и беру котёнка! Неуже- ли тебе его не жалко?! Ты же первым нашёл! — Нет, — скрепя сердце, стоял на своём хозяин. — Может, ты и прав… — неуверенно ввернула хозяйка. — Зачем нам второй кот? Пора собаку заводить. Я вот тут лазила по собачьим форумам... Договорить хозяин не дал: — Я пошёл на дачу, а вы идите в магазин. — Ура! — закричала дочка и бросилась в обрат- ную сторону. Дома бабушка и дедушка ждали дочку с зятем и внучкой. Они пришли весёлые, поставили про- дукты и огромную коробку. — Пива что ли взяли? — спросил дед. — Нет, — засмеялась внучка. — Котёнок. Мы за- берём его в Москву. — Зачем он вам? У вас же есть кошка? — уди- вилась бабушка. — Чтобы наша Джойка не скучала, — ответи- ла внучка и, запустив руку внутрь коробки, явила всеобщему собранию дрожащий серый комочек. — Кошмар! — сказала бабушка. — Он и есть-то, наверняка, сам не умеет. Дед гоняет этих кошек с участка, чтобы не гадили, а вы тащите в дом вся- кую гадость. — Посмотрим! — надула губки внучка, крепче прижимая к груди маленькое тельце. — От вас не знаешь, чего ждать, — буркнула ба- бушка и пошла в огород за зеленью к обеду. 188

Через час малышка была накормлена и уложе- на спать в бабушкину кровать. Выспавшись, она начала играть, но поскольку ещё совсем плохо держалась на лапках, играла лёжа. В основном, ловила пальцы всех, кто приходил её проведать. Всю ночь она спала с внучкой, прижавшись к её тёплому боку. Ей было хорошо и уютно. Она нае- лась творога, напилась молока и теперь мирно по- сапывала, пытаясь сосать палец благодетельницы. Чтобы отвезти котёнка в Москву, бабушка на- шла большую старую сумку. Всю дорогу до горо- да, котёнок кричал до хрипоты, пугая пассажиров электрички. Дома малышку ждали новые приключения. В новой семье жила ещё одна подобранная с улицы кошка. 189

Случай в ветеринарной клинике Все, у кого есть животные, рано или поздно по- сещают ветеринарную клинику: ежегодные при- вивки, осмотры, иногда просто за советом. И вот такая курьезная история приключилась в одной из районных клиник. Заходит молодая пара — муж с женой с белоснежным котом-альбиносом и тихонько садится в очередь. Очередь была неболь- шая, посетители живо обсуждали табличку на две- рях приемной, в которой значилось: «Просьба к владельцам собак — без намордников не входить». Владельцы псовых проверяли у себя наличие на- мордников, владельцы кошачьих — подсмеивались над собачниками. Наконец, очередь молодоженов с котом подошла, и они зашли в кабинет. Про кота надо сказать отдельно. Все то недол- гое время, пока он сидел в приёмном покое, он не находил себе места: вырывался, урчал, рычал, предпринимал несколько попыток к бегству, напо- миная белое веретено у неумелой пряхи. Хозяева его держали в четыре руки, понимая, что если кот отправится гулять по клинике, рано или поздно набредёт на какую-нибудь крупную собаку. Судя по всему, кот обладал бойцовским характером и никого не боялся. У владельца кота из кармана торчали толстые кожаные перчатки. Зайдя в каби- нет, молодые люди замялись. Врач моментально оценил обстановку: 190

— Добрый день! Что с вашим котом? Какой красавец! Кот надул губки и зарычал. Хозяева крепче сжали альбиноса в руках. Девушка дрожащим го- лосом сказала: — Да вот… Кастрировать его хотим! Врач попытался погладить животное и протя- нул руку. Кот зашипел и замёл хвостом так, что сшиб пару листков со стола ветеринара. У врача брови взметнулись вверх: — Вот это характер! Расскажите-ка о нём по- подробнее. Сколько ему лет? Как зовут сие чудо? Муж девушки угрюмо молчал, она начала пове- ствование. — Зовут его Остап Бендер, ну как у Ильфа и Петрова в «Двенадцати стульях», сокращённо — Ося. И нет нам от него никакого житья. Взяли мы его котёночком на Птичьем рынке. Посмотрите, какой красивый! Белоснежный, ни единого пят- нышка. Голубоглазый. Но характер! У девушки задрожали губы, она чуть не плакала: — Мы его очень любим, но…. Понимаете, он га- дит в кровать. Постоянно. Ладно бы по маленьким делишкам, но мы, приходя с работы, ежевечерне находим фигурные композиции, не вписывающи- еся в наше ложе. А запах! Каждый день стираю. У него и лоток есть, и газетки мы ему стелим, и песок приносили ведрами, думали, может, бумагу он не выносит, все едино. И подлавливали мы его, и подкарауливали, и наказывали. Выждет момент, 191

когда никто не видит и обязательно в нашу кро- вать сделает. А начинаешь за ним гоняться, так он ещё кусается и царапается. Врач внимательно слушал, пристально вгляды- ваясь в голубые злые огоньки. — Возможно… кастрация поможет в вашем случае слегка его усмирить. Давайте сегодня и сделаем. Молодой человек, у вас перчатки торчат из кармана брюк для того, чтобы держать кота? И я немного начинаю понимать, почему кот так себя ведёт. Если учесть, что вы его ловите эти- ми страшенными перчатками дома, так он просто панически боится вас и защищается, как всякое животное. Ветеринар ещё раз попытался погладить изви- вающегося всё это время кота и получил по руке когтями. На руке тут же закровила глубокая ца- рапина. Кот взвыл дурным голосом, сообщая, что это не последняя атака. Глаза его зажглись крас- ным огнём, лапы растопырились, когти выпусти- лись, шерсть по всей спине стояла дыбом. От зло- сти глаза Оси сошлись к носу. Он был косоглаз и страшен. Эскулап чертыхнулся, смазал царапину на руке перекисью, потом прижёг йодом, потом зловредно сказал: — Так! Надевайте перчатки и держите его креп- че. Буду вводить наркоз. Девушка торопливо достала перчатки, пытаясь одной рукой держать Остапа, другой надеть хотя бы одну перчатку мужу. Но… что-то пошло не так. 192

Неожиданно муж сбросил перчатку, вырвал кота у жены, прижал его к себе и выпалил: — Не дам! Он мне полноценный нужен! Глаза у ветеринара, набирающего шприц округ- лились, он начал хохотать: — Простите, молодой человек, а зачем он вам полноценный нужен? Вы что? Детей от него хоти- те? С его-то характером как раз и нужно сделать эту процедуру. Ведь кирпича просит! Но молодой человек вместо ответа прошёлся джигой вокруг хирургического стола и завернул к двери: — Не дам! Пусть мужиком останется! И пулей вырвался из кабинета. Девушка с перчаткой в руке, застыла в позе восковой фигуры из музея мадам Тюссо. Ветери- нар опустил шприц. — Супруг у вас очень нервный! Нельзя же все перекладывать на себя. Девушка вышла из ступора. — Сколько я вам должна за приём? — Вы мне ничего не должны, так как доставили несказанное удовольствие. Я желаю вам удачи! И не надо одевать перчатки, когда общаетесь с ко- том. Ваш кот, действительно, уникальный экзем- пляр. Следующий! 193

Кошка Моня и ветеринар Молоденькая кошечка Моня неожиданно приболела. Жизнь у Мони складывалась в по- следнее время хорошо. Ведь она могла бы, как и другие кошки, родившиеся на улице, никогда не обрести уютного тёплого дома, ан нет, судь- ба всё же сжалилась над ней. Моню подобрали с улицы ещё котёнком. Хозяйка у Мони женщина добрая, не жадная. Моня прикипела к ней всей своей кошачьей душой. История Мони проста: папа был аристократом сиамских кровей, а мама — обычная дворянка, живущая круглый год в подмосковном посёлке. И так уж получилось, что сиамец, приехавший на летние каникулы, соблазнил Монину маму, после чего она родила семь котят, двое из которых пошли в папашу-а- ристократа и их тут же взяли, а остальные, в том числе и Моня, окрасом пошли в маму, от сиамцев в них остался лишь характер, который в юном возрасте ещё не успел себя проявить на полную катушку. Трудно поверить, но под пёстрой пуши- стой шубкой Мони скрывалась мощь нескольких бульдозеров. Когда хозяйка Мони поняла, что за сокрови- ще она привезла с дачи в город — гордости её не было предела. Моня напоминала собаку: исправно охраняла квартиру от чужаков, приносила искус- ственную мышку хозяйке, когда та приходит с ра- 194

боты; чётко следила за распределением продуктов между членами семьи. А недавно, после бурных выходных, проведённых на даче, Моня приболела. У неё пропал аппетит, она забросила свою люби- мую мышку под диван. Но самое ужасное… Моня начала расчесывать сама себя до крови. Хозяйка страшно испугалась за её здоровье и бегом отправилась с питомицей в ветеринарную клинику. Поскольку Моня — кошка из ночных кошмаров, она столь же беспринципна, как Аль Капоне, и беспощадна, как легендарный Джек Потрошитель. Хозяйка не рискнула везти её в транспорте на руках, поэтому с помощью супру- га затолкала брыкающуюся, кусающуюся Моню в большую спортивную сумку, с коей и отправилась в клинику на осмотр к ветеринару. В клинике народу было мало. Врач-ветеринар Клавдия Сергеевна сидела за столом, когда в каби- нет вошла молодая женщина с большой спортив- ной сумкой, качающейся из стороны в сторону. — Здравствуйте! Кто у нас пришёл на приём? Проходите. Показывайте пациента! Хозяйка поставила на стол живую сумку и по- тихоньку стала приоткрывать молнию. Из щелки показал злой голубой глаз, следом раздалось ши- пение. — Монечка у нас с характером. Она хитра, изо- бретательна и имеет ярко выраженные крими- нальные наклонности. Сейчас я её покажу, — засу- етилась хозяйка. 195

Клавдия Сергеевна на всякий случай встала и позвала к себе поближе студенток-практиканток: — Девочки! Держитесь рядом. У нас сегодня славная пациентка. Как нас зовут? — Моня, — выдохнула хозяйка, наполовину до- став из сумки извивающуюся кошку. — Чешемся мы. До крови. — Сейчас посмотрим. Для начала возьмём у Мони анализ крови на биохимию и поглядим, что у нас есть. Держите-ка её покрепче. Несите сюда. Ставьте на стол. Хозяйка навалилась всем телом на шипящую Моню, норовящую вытащить свои когти-ножи с целью выпустить кишки врачу. Моня предостере- гающе зарычала. Клавдия Сергеевна посмотрела на неё несколь- ко секунд, затем подошла к шкафчику и вытащила из него маленький кожаный намордник: — Придётся надеть. Иначе мы иголку не вста- вим. Девочки! Помогите подержать кошечке лап- ки, а я пока приму меры индивидуальной безопас- ности. На Моню, работающую лапами во все стороны, пытающуюся задеть остро заточенным когтём хоть кого-нибудь из врагов, с огромным трудом, полу- чив с десяток кровавых ран, натянули намордник. Держали Моню четверо. Затем практикантки по- брили ей лапку, пытаясь вставить иголку в вену. Именно в этот душещипательный момент в каби- нет вошла дама с мальтийской болонкой. 196

— Здравствуйте, можно к вам? Моня, увидев врагов, — гниды всё прибывали, — поднатужилась, прижала уши к голове, зареве- ла сквозь намордник амурским тигром, узревшим жертву, соскочила со стола и бросилась на болонку. Болонка от ужаса выпучила глаза, поджала хвост и попыталась спрятаться за хозяйку. Она плохо понимала, кто такая Моня. Взять болонку не со- ставило труда. Моня треснула болонку передней лапой по макушке, одним ударом свернув той чёл- ку на бок, из-под которой показались стеклянные от ужаса глаза. Хозяйка болонки взвизгнула, подхватила на руки воющего от страха мальтийца — это был мо- лоденький кобелёк — и ринулась из кабинета вон. Моня быстро смекнула, что путь к свободе открыт, выскочила из отвратительного кабинета в кори- дор, где резво проскочила между ног уборщицы бабы Шуры. За Моней началась погоня. Они не знали её под- польную кличку — Крепкий орешек. Она забилась в угол у входной двери, встав в стойку боксёра. На Клавдию Сергеевну, возглавляющую группу захвата, Моня смотрела изучающее, разглядывая ветеринаршу подобно тому, как владелец похорон- ного бюро приглядывается к своему очередному клиенту. Проблему решила баба Шура, резко прижав Моню шваброй и окутав её половой тряпкой. Моню взяли. И анализ крови взяли. На этот раз 197

её крепко скрутили и положили на спину. Потом и вовсе распяли. Одна практикантка взяла её за задние лапы, другая за передние, хозяйка держа- ла Моню за голову, у Клавдии Сергеевны осталось несколько секунд на забор крови. Черед пару минут все участники экзекуции разлетелись от стола фантиками. С Мони стянули намордник. Хозяйка прижала любимицу к себе. — Ты моя маленькая! Мучили мою девочку-у… Когда приходить? Клавдия Сергеевна отёрла со лба пот: — Через пару дней, когда анализ будет готов. Думаю, ничего страшного, скорее всего экзема, в остальном, Моня вполне здорова. Приходите без кошки. Девушки-практикантки, которым ещё предсто- яло зализывать раны, помогли хозяйке затолкать рычащую Моню в сумку. Через секунду сумка за- качалась из стороны в сторону, из неё доносился вой. В коридоре у стеночки тихо стояла женщина с мальтийцем на руках. В кабинет заглянула баба Шура: — Полы помыть? Мальтиец напрудонил. 198

Лотерейный билет Она бежала по лужам сквозь моросящий осен- ний дождь. В темноте маячили человеческие фи- гуры. Непонятно, что делали эти люди в почти опустевшем дачном поселке далеко от города. Они неторопливо шли по рельсам к станции. Шли, ста- рательно обходя лужи. Она присмотрелась к лю- дям сквозь пелену дождя. Крупный мужчина и две женщины — их надо было догнать... Она жила со своими братиками и сестрёнками в доме, где люди хорошо их кормили, но… потом сбежали, бросив на произвол судьбы в пустом дачном доме. Увезли маму-кошку с собой, а её и других котят оставили. Почти два месяца она пы- талась выжить самостоятельно. Её подкармливали дачники. В лесу можно было поймать мышь или птицу, но сейчас, с наступлением холодов, мыши попрятались, птицы улетели в тёплые края, дачни- ки разъехались. Кормиться становится всё труд- нее. Что ждёт впереди? Надо догнать этих людей. Обязательно. Быть может, они поймут? Возьмут? А если не возьмут… Догнать! Обязательно догнать! Она мчалась по грязным шпалам так быстро, как только могла. Вот-вот придёт электричка, и они уедут. Останутся только пустота, голод и ночь. Люди поднялись на платформу, поставили две большие тяжёлые сумки на лавочку. Смотрели, как она приближается к ним. Та, что постарше, удивлён- 199