Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи Минут через сорок пять начальство начало весело выва- ливаться в приемную. Настроение у всех было просто «про- снись и пой». Мирон вышел последним вместе со Львом. Оба они безоблачно улыбались как лучшие друзья, словно вовсе не Лев час назад поливал Мирона отборным матом. Аня исподлобья уставилась на обоих. «Предатель, — думала Аня про Мирона. — Сдрейфил, не- бось, Льву слово поперек сказать. Ну и хорошо, посмотрим, как ты без меня обходиться будешь. Кто тебе такие скидки у поставщиков выбьет, да без ругани, а лишь ласковым взгля- дом голубых невинных глаз да чашечкой кофе с тортиком?! А ты потом будешь Льву докладать о том, как ты его средства экономишь. Кто все склоки в коллективе улаживать будет да защищать рабочих в производственном цеху?! Тебе-то не ус- мирить буйный нрав и непомерные амбиции начальника производственного цеха, а передо мной он ковриком стелет- ся! Кто твои обязанности на свои плечи взвалит да будет при этом так скромненько сидеть и даже добавки к зарплате не про- сить, а если и попросит, то так, самую малость. Эх ты, еще быв- ший летчик, десантник хренов!» Тем временем Лев неумолимо приближался к стойке, за ко- торой сидела Аня. К своему удивлению, Аня заметила, что вы- ражение благодушия несказанно преобразило физиономию Льва, и в ней проглянуло даже что-то привлекательное. Глаз- ки Мирона источали ласковость, бóльшую, чем после удачной сделки с поставщиками. — Ну чего, совсем меня не боишься что ли? — Лев стоял совсем рядом. Аня молча уставилась на Льва брезгливо-укоризненным взглядом. Она даже сама не знала, чего в нем больше — брез- гливости или укора. Но уж ответа от нее «хозяин» точно не удостоится! Не до- ждется, гад! — Значит, некультурно я себя веду, да? — он весело под- мигнул Мирону. Мирон улыбался, как счастливый отец, сын 200
Проза • Ltd, который лопнул которого должен вот-вот получить большую государственную награду. — Нет, не некультурно, а как последний хам. Здесь не тю- ряга, а предприятие, и на нем люди нормальные работают. «А чего мне терять, я все равно уволена, так хоть выскажу ему напоследок», — сгоряча подумала Аня, но глаза сами при- крылись, и в голове застучало отнюдь не героическое: «Толь- ко бы не убил!» Неизвестно отчего Льву стало очень весело, он просто сог- нулся пополам от смеха, а потом, слегка успокоившись, ска- зал Мирону: — Да, Мирон, тебе, кажется, нескучно с секретаршей. Ты где ее откопал? Ну ладно, ты где живешь-то, ущербная? Давай домой отвезу. Вот тут Аня струхнула всерьез, но отступать было некуда, не мямлить же после всего, что произошло, «спасибо, я сама доберусь», — пусть, гад, везет, искупает вину, хамство свое жлобиное! — Мирон, я могу ехать?— Аня смотрела Мирону прямо в глаза. — Конечно, поезжайте, Аня, — Мирон уставился куда-то в пол и стал похож на ребенка, которого вынуждают поделить- ся своей любимой игрушкой с другим мальчишкой. Отдавать жалко, но уж очень хочется быть хорошим в глазах взрослых! «Ну, так тебе и надо, — мысленно заключила Аня. — Пра- вильное для тебя слово Лев нашел, просто в точку попал, жаль только у меня язык никогда не повернется его произнести». И Аня поехала со Львом в его шикарной машине с огромными кожаными сидениями и немыслимыми прибамбасами в са- лоне. Полдороги Лев молчал, только иногда на светофорах поглядывал в сторону Ани и усмехался, а потом принялся раз- вивать мысль об Аниной ущербности. — Ты вот думаешь, что я хам, а это неправильно. Это не я хам, это ты ущербная. Ну вот смотри, все слова, что ты знаешь 201
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи и употребляешь, я тоже знаю и употребляю. А вот все слова, что я знаю и употребляю, ты или не знаешь, или не употреб- ляешь. Вот и выходит, что мой словарный запас больше тво- его, то есть богаче. Я люблю богатство во всех смыслах. Так что ты нос свой брезгливо не вороти, тебе до меня еще расти и расти. Аня была женщиной незамужней и довольно привлекатель- ной. Ее семейная жизнь с Виталиком длилась всего три года и не оставила после себя ничего, даже дурных воспоминаний. Виталик был замечательным человеком с единственным недо- статком: он хронически не мог находиться с кем-то вдвоем, стать чьей-то половиной, третью или хотя бы четвертью — он всегда оставался сам с собой и сам по себе. Если исходить из концепции Франсуа де Вааля, что любовь — это время и вни- мание, которое любящий человек посвящает любимому для того, чтобы сделать его счастливым, то сила любви Виталика и мера счастья Ани были невелики, поэтому их совместное проживание оказалось недолгим. Хотя личная жизнь ее как- то не сложилась, но от одиночества и комплекса неполноцен- ности она не страдала. Одна привязанность сменялась другой, не оставляя времени на самокопание и излишние размыш- ления по поводу своей статусной неопределенности. Может, она бы и вышла замуж снова, но все связи не удовлетворяли ее в полной мере. Один был замечательным собеседником и умницей, но в постели ничего из себя не представлял; дру- гой был сексуальных дел мастер, но, умея изъясняться языком тела, явно не утруждал себя ничем вербальным, говорить с ним было абсолютно не о чем; с третьим было стремно за- водить детей, так как он не признавал других ценностей в жиз- ни, кроме карьеры и баб; четвертый сам был не склонен к се- мейной жизни; пятый вроде во всех отношениях был ничего, но рядом с ним Аня почему-то не.чувствовала себя женщи- ной; шестой был так рабски, так покорно предан ей, что напо- минал лакея и хотелось послать его куда подальше или даже 202
Проза • Ltd, который лопнул выпороть на псарне. Короче, размышления гоголевской геро- ини из «Женитьбы» частенько охватывали и смятенную Ани- ну душу. Говоря проще, ей хотелось любви и счастья, а их все не было, но надежда не умирала, и поиски не прекращались. Как ни старалась Аня, чтобы ее личная жизнь не стала обще- ственным достоянием, она постоянно была предметом пере- судов. Аня к этому уже давно привыкла и относилась к людской любознательности снисходительно, в полной мере удовлетво- ряя любопытство лишь своей ближайшей подруги Таль. Но когда на следующий день она пришла на работу, во всех глазах, устремленных на нее, начиная с водянистых Мироно- вых глаз и кончая глазами рабочих производственного цеха, читалось насмешливое всепонимание. Впрочем, взгляд Ми- рона не был так однозначен: в нем читался и немой упрек, и глубоко прятавшееся чувство вины — мол, не уберег! — и робкая надежда: может, ничего и не было? Глядя на Миро- на, Аня даже растрогалась, ей хотелось потрепать его по щеке и сказать: «Не дрейфь, начальник, не было, не было у меня ничего со Львом, и я не стану на тебя стучать». Но утешать Мирона она не хотела, потому что малодушие и трусость долж- ны быть наказаны. «Ничего, пусть посомневается», — реши- ла она про себя. И начальник сомневался, ох как сомневался! Он стал еще любезней и еще вежливей, все его просьбы сопро- вождались непременным: «А не могли бы вы, Анечка…», кофе источал сказочный аромат, а бутерброды, появляющиеся на столе в середине рабочего дня, когда чувство голода ста- новилось нестерпимым, были свежи, разнообразны и как нельзя кстати… Сомнения Мирона разрешил сам Лев. Через пару недель он явился на завод чернее тучи. Проходя по приемной, скольз- нул по Ане таким взглядом, как будто она была компьютерной мышкой, не более. Его зычный голос раздался из комнаты за- седаний уже через десять минут после общего сбора. Более грязной ругани Аня не слышалаза всю свою жизнь. Да, пахан был крут и неисправим! 203
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи Добродушно-флегматичный Вовик, то бишь Владимир Пе- трович, явно не тянул на роль «крутого» хозяина, это было видно сразу, невооруженным глазом. Скорее, Дов рядом с ним, неизвестно почему, чувствовал себя хозяином. Тогда Аня не знала, что Владимир Петрович бóльшую часть времени жил на Украине, а в Израиле бывал лишь наездами и поэтому мало чего понимал в израильском бизнесе и абсолютно не ориентировался в местном ментали- тете. Залетность Владимира Петровича была очевидна. Ну ка- кой израильтянин в тридцатиградусную жару вырядится в клуб- ный пиджак, да еще застегнет его на все пуговицы! А чего стоило выражение его глаз! Во взляде какого местного биз- несмена вы увидели бы такое обезоруживающее доброжела- тельство и полное отсутствие наглости? Денежки свои он делал на Украине, но поскольку семья жила в Хайфе, хотелось наладить что-нибудь и здесь. Брат Во- вика, Толик, тоже занимавшийся бизнесом, уже много лет жил в Израиле и давно якшался с Довом. Именно он и предложил Владимиру Петровичу открыть офис в Хайфе и порекомен- довал Дова в качестве менеджера. Толик был мужик не про- мах и излишней интеллигентностью не грешил. Но, впрочем, обо всем по порядку. Офис на Дерех Хаям, в котором Дов собирался «запускать» обреченные на успех проекты, фактически не существовал. В наличии имелись две пустые, абсолютно разоренные ком- наты по соседству с зубным кабинетом, которые можно было снять не очень дорого. Помещению требовался нехилый ре- монт, оборудования не было никакого. «Инфраструктура» на- чисто отсутствовала. Особо впечатлял санузел, дверь которого запиралась на ключ. Подойти к унитазу представлялось воз- можным только бочком, так как все вокруг было завалено каким-то стоматологическим инвентарем. С прибитых прямо над головой полок торчали гипсовые челюсти в полиэтиле- новых пакетиках, разноцветные коробочки и муляжи рото- вой полости. Сам унитаз безбожно тек, и одна из стен была покрыта толстым слоем черной глубоко въевшейся плесени. 204
Проза • Ltd, который лопнул Аня удрученно оглядывала все вокруг. В отличие от нее Дов, полный оптимизма ввиду забрезжившего нового проекта и нового русского олуха, готового платить ему менеджерскую зарплату, бодро прохаживался из комнаты в комнату и рисо- вал Вовику радужные картины будущего: — Здесь у нас будет кабинет, тут Анина приемная, тут по- ставим компьютеры, тут факс, здесь копировальную маши- ну… Отремонтируем, будет шикарный офис. Вовик недоуменно кивал головой, улыбался, то застегивал, то растегивал клубный пиджак с блестящими пуговицами, со всем соглашался и все посматривал на часы — видимо, ему не терпелось присоединиться к Сонечке. Еще немного поки- вав головой, поулыбавшись, Вовик откланялся и пожелал Дову и Ане удачи. Аня обводила взглядом раздолбанные комнаты и думала, сколько же надо вложить денег, чтобы превратить эти разва- лины в «шикарный офис», и сколько, наверное, заморочек с планировкой, электричеством, телефонными линиями и вся- кими другими мелочами. Кто будет всем этим заниматься? Дов, видно, на этом деле не одну собаку съел, раз он так пере- полнен оптимизмом. Ладно, как-нибудь, она ведь не началь- ник — он будет руководить, а она выполнять его распоряжения. — Аня, — сказал Дов, когда Владимир Петрович умчался с Сонечкой на белом «Понтиаке»,— я должен на две недели уехать по делам бизнеса и надеюсь, что, когда я вернусь, мы сможем начать работать. — Не поняла, — заморгала Аня, — так на эти две недели я свободна? — Как это свободна?! Вы же слышали: надо сделать ремонт, заказать телефонные и электрические линии, мебель, короче, подготовить все к моему приезду. Да что вы так испугались? Что тут страшного? Оставлю вам чековую книжку, расплачи- вайтесь аккуратно. Старайтесь много не тратить, наймите подрядчика не очень дорогого. Я приеду, закажем компью- теры и все остальное. Ну ладно, мне некогда, я побежал, вот вам ключи, все, пока. 205
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи И он испарился. — Дов, Дов, подождите! — Аня кинулась за ним на лест- ницу, но его уже и след простыл. Аня совершенно ошарашенная стояла среди всего этого безобразия, и только одна мысль четко читалась в ее мозгу: кажется, на этот раз я здорово влипла. Черт меня дернул свя- заться с Довом! Даже телефона своего не оставил, вот сволочь! По дороге домой Аня поняла, что ей нужно делать. Ремон- тами в Израиле она никогда не занималась. За плечами был ремонт московской квартиры, но там все было по-другому, тот опыт вряд ли мог пригодиться. Ей нужен был человек, лучше израильтянин, который бы посоветовал какого-нибудь порядочного подрядчика, чтобы тот не надул и сделал бы все в двухнедельный срок. Она тут же вспомнила одного из по- ставщиков, с которым свела знакомство в фирме Льва. Цвика торговал всякими железками: трубами, болтами, гвоздями и прочей гадостью. Аню с Цвикой связывали теплые дружеские отношения. Цвика был старше Ани лет на пять, и относился к ней с нескрываемым мужским интересом и нежностью. Каж- дый заказ он привозил на предприятие лично и, устроившись в кресле напротив нее или стоя около стола, неторопливо вел с Аней нескончаемые душеспасительные беседы . Конечно же, он был марокканец, конечно же, он называл Аню «мамеле»1 или «нешама шели»2 и поначалу задавал стереотипные во- просы типа: «Кама зман ат бэ арец?»3 и «Ат насуа?»4, но было в нем что-то располагающее. Прежде всего то, что он никогда не обманывал, четко выполнял обещанное. Он не был вуль- гарен и не лез с приставаниями, а только иногда немножко грустно, но с искренней убежденностью говорил: «Если б я не был женат, то женился бы на тебе, хоть и говорят, что все рус- ские — проститутки». Когда Аня приносила ему стандартное 1 Мамеле (иврит) — мамочка. 2 Нешама шели (иврит) — душа моя. 3 Кама зман ат бэ арец? (иврит) — Как долго ты в стране? 4 Ат насуа? (иврит) — Ты замужем? 206
Проза • Ltd, который лопнул мисрадовское угощение («кос кафе ве уга»), он благодарно брал из ее рук поднос со словами: «Вообще-то, я не ем слад- кого, но из твоих рук, мамеле, готов съесть все что угодно». А какие баснословные скидки он давал Ане! Ни один из за- водов Льва не приобретал «железо» по таким низким ценам. В какой-то мере он был совсем нетипичным израильтянином, в нем не чувствовалось алчности, желания надуть — для него имели ценность не только куски металла, но и человеческие отношения. Когда Цвика узнал, что завод Льва закрывается, он с ра- достью предложил ей место секретаря в своей богадельне, но ей показалось, что это уж слишком. К тому же бизнес Цвики находился в Афуле, а ездить каждый день из Хайфы в Афулу и обратно было практически нереально. Но теперь именно к Цвике и решила обратиться Аня за по- мощью. Радость Цвики не знала границ: — Ой, мамеле, — сказал он, услышав Аню в телефонной трубке, — а я думал, что уже никогда не услышу твой ми- лый голос. Такая реакция давала Ане зеленый свет, она тут же начала грузить Цвику свалившимися на нее проблемами. Тот все выслушал, а потом, словно какой-то Конек-Горбунок, начал утешать Аню в духе «велика беда, не спорю, но могу помочь я горю». Оказалось, что старший брат Цвики, Иехезкель, за- нимается ремонтами и все сделает в лучшем виде. Что касает- ся мебели, то есть и знакомый столяр, который изготавливает как раз офисную мебель. Ане нужно только сказать, что кон- кретно требуется, и через две недели все будет готово. Такого простого решения проблемы Аня не ожидала. По сути, ей надо было только придумать эскиз будущего офиса и разбросать на нем мебель. На следующий день Цвика приехал вместе с братом в Хай- фу, они составили смету всех необходимых работ, и тут же все завертелось, закрутилось. Как по мановению волшебной па- лочки появились сантехник и электрик, стены задрожали 207
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи от мощных дрелей и пробойников. В конце третьего дня ка- залось, что помещению нанесен непоправимый ущерб, весь пол был завален строительным мусором, в стенах зияли про- боины, запах пыли и цемента был невыносим. «Господи, неужели они успеют все закончить за десять дней?» — беспокоилась Аня. И тут вдруг она поймала себя на мысли, что и не хочет, чтобы они успели. В глубине души не утихало возмущение тем, что «Вовик и Довик» куда-то слиняли, взвалив на ее хруп- кие плечи всю черную работу. Какого черта! Нашли дуру! Нет, пусть Дов тоже подышит этой вонью, пусть поучаствует; в конце-концов я одна не обя- зана этим заниматься за свою грошовую секретарскую зар- плату. Вот было бы здорово, Дов приезжает, а тут конь не ва- лялся, отовсюду торчат прогнившие провода и ржавые трубы, а я ему говорю: «Знаете, Дов, я подумала над вашим предло- жением, и оно мне не подходит. Вы извините, что я вам в пер- вый день не сказала, ну да вы так быстро испарились, что я не успела». Поглядеть бы на его физиономию! За две недели ни Дов, ни Вовик ни разу не позвонили и не поинтересовались тем, как идут ремонтные работы и идут ли они вообще. Иногда Ане даже казалось, что этот офис никому не нужен — так, что-то вроде «Летучего голландца». Но чеко- вая книжка в ее руках, оставленная Довом перед исчезнове- нием, придавала Ане толику уверенности в том, что вся эта авантюра состоится. Хотя и в этих размашисто подписанных чеках, в которые можно было вписать любую сумму, чувство- валось что-то совсем неделовое. Или, может быть, Владимир Петрович так слепо доверяет Дову, а Дов — мне? А вдруг на них вообще нет покрытия? Нет, не может меня Дов так под- ставить, это слишком подло. Он, конечно, не ангел, но вряд ли способен на такое… Через две недели все действительно было закончено. Перед Аниным взором предстали две миленькие, чисто выбеленные комнаты. Блестел белоснежным унитазом и новой керамикой 208
Проза • Ltd, который лопнул санузел. Телефонные линии, электрические розетки и выклю- чатели ждали пользователей. Иехезкель и Цвика были довольны не меньше Ани. — Ну вот, а ты волновалась, — улыбался Цвика. Его мобильный телефон разрывался от звонков. — Нельзя на пару часов уехать. Но мой главный заказчик — здесь, в Хайфе, так, мамеле? Ты знаешь, что ты мой главный заказчик? — Цвика, я не знаю, что бы я без тебя делала, я так тебе благодарна, так благодарна… Моя благодарность, она тут, — Аня приложила руку к груди. И тут Аня подумала, что есть способ отблагодарить брать- ев. За ударную работу полагается премия. И раз Дов сложил с себя все полномочия и полностью передал их ей, так грех этим не воспользоваться. Небось, никто из хозяев не обеднеет! Сумма, которую запросил Иехезкель за ремонт, была более чем умеренная. Собственно, цена была обговорена до начала работ, аванс Аня заплатила в первый же день, а сейчас должна была выписать оставшуюся сумму. Она щедро прибавила к этой сумме еще пару тысяч и про- тянула чек Цвике. Прощание с Цвикой и Иехезкелем было трогательным. Братья долго жали Ане руку, Аня, расчувствовавшись, похло- пывала Цвику и Иехезкеля (который в процессе ремонта пре- вратился просто в Хези) по плечам, уже в тысячный раз по- вторяя, какие они замечательные. Наконец они уехали. Са- дясь в машину, Цвика хитро подмигнул Ане: — Если б я не был женат, вышла бы за меня замуж, мамеле? — Сто процентов, Цвика, и нарожала бы тебе кучу детишек! В тот же день столяр привез и собрал всю мебель. Полу- чилось очень мило, и Ане уже начинало нравиться ее новое место работы. В понедельник приехал Дов. Свежий, отдохнувший, он крити- ческим взглядом окидывал стены офиса, поглаживал столы, 209
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи покрутился в кресле, заглянул в туалет, вышел очень доволь- ный и насмешливо проговорил: — Аня, слушайте, а вы молодец, я даже не ожидал. Знаете, мне дома тоже надо сделать ремонт, особенно в местах об- щего пользования. Может, займетесь, у вас так хорошо полу- чается. «Да, Дов это не Мирон. Тот бы не позволил себе такие пло- ские шуточки, — подумала Аня, но тут же осадила себя. — Если я с самого начала возненавижу его слишком сильно, мне придется искать другую работу». А Дов между тем продолжал: — Сейчас поедем покупать оборудование, только сначала я Владимиру Петровичу позвоню. И он уже набирал его номер: — Вовик, привет! Как дела? У меня все хорошо. Ремонт офи- са я уже закончил. Приезжай после двух, посмотришь. Сей- час еду заказывать компьютеры, телефоны, факс. Что? А Соня тоже хочет зайти? Ну конечно, конечно. Ну, все, пока. Полдня Аня с Довом мотались по магазинам, но купили практически все, что хотели. Багажник машины Дова был за- вален доверху, часть не поместившихся вещей лежала на зад- нем сидении. Всю дорогу до офиса Аня думала, как все вещи окажутся в отремонтированных комнатах, все-таки второй этаж без лифта. А Дов всю дорогу не закрывал рта и разгла- гольствовал о главном умении начальника. — Главная задача любого руководства — заставить макси- мально эффективно работать подчиненных, — вещал Дов, на- ивно полагая, что это умозаключение Аня запишет на его счет. Она его почти не слушала, в голове вертелись совсем другие мысли: «Если этот гад хочет заставить меня таскать компью- теры на второй этаж, то ему не обломится. Пусть сам надры- вается. Неужели нельзя было заказать доставку? Вот кретин!» Аня была недалека от истины. — Ну вот, — сказал Дов, когда они подъехали к офису, — сейчас мы все это быстренько перенесем. 210
Проза • Ltd, который лопнул — Еще и быстренько! Дов, а вам не кажется, что вы пред- лагали мне место секретаря, а не грузчика, — изо всех сил Аня старалась держаться в рамках приличия и даже выдавила из себя что-то похожее на улыбку. — Вы меня простите, ко- нечно, но я это таскать не буду. Позвольте выйти с встречным предложением: заплатите ребятам из соседнего кафе, они вам все перетаскают. А на меня не стоит рассчитывать. Дов на минуту задумался, а потом его лицо озарила луче- зарная улыбка: — Аня, вы мне все больше нравитесь, инициативность — очень ценное качество наемного работника. Чувствую, что я в вас не ошибся. Парнишки из кафе, обрадовавшись неожиданно свалив- шемуся заработку, бросились разгружать машину, и уже через несколько минут все пакеты и картонные упаковки громоз- дились на офисном полу. А еще через какое-то время приеха- ли Вовик и Сонечка. Сонечка оказалась довольно миловидной женщиной, про- стоватого вида, взгляд ее карих глаз был честным и открытым. Она совершенно по-свойски, без тени высокомерия улыбну- лась Ане и сказала: — Я — Соня, жена Владимира Петровича. На жену нового русского Сонечка не тянула. Во-первых, она была с ним одного возраста. Во-вторых, ноги у нее росли совсем не из шеи, а откуда надо, и даже, может, немного ниже. Она была брюнеткой, меньше среднего роста, с традицион- ным карэ; лицо хоть и носило следы усилий косметички, но имело слегка землистый оттенок и не отличалось свежестью. Стоматолог и протезист преуспели больше, результаты их труда впечатляли. — Ну, Сонечка, как тебе? — Владимир Петрович, кажется, был доволен проделанной работой. Оба они выглядели необычайно оживленными и явно куда- то торопились, всем своим видом показывая, что заскочили сюда на минутку и их ждут более важные дела. 211
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи — Мило, мило, очень мило, — Сонечка вслед за мужем энергично прошла в кабинет Дова. — Довик, ну все отлично, можно начинать. Банковский счет открыли, право подписи на тебя оформили. Название ты чудное какое-то выбрал, ну да ладно, бог с ним. Что оно зна- чит-то хоть — «Хайфа Гипетрикум Ltd»? — Да какая разница! — доброжелательно вставила Соне- чка. — Название красивое, запоминающееся, мне нравится. Только вот это «Ltd» зачем? — «Ltd», Соня, это название фирмы с ограниченной мате- риальной ответственностью, — лицо Дова приняло ментор- ское выражение, и он приготовился к распространенной лек- ции, но Вовик заулыбался еще шире, еще благостнее. — Сегодня поедем отметим это дело. Давай, Дов, быстрень- ко собирайся. Куда поедем, Сонечка, к Алику или на море? Вчера у Алика так хорошо посидели, все-таки классный у него ресторан. Он нам баранинку зажарил, и водка у него лицен- зионная, он дряни не покупает. Толик, чудак, опять так пере- брал, начал вязаться к Зяме, потом к жене Игоря стал приста- вать, еле его успокоили, а напоследок подрался с официан- том, — доносились из кабинета слова Владимира Петровича. Говорил он медленно, как будто с трудом подбирал слова или думал над каждым словом, прежде чем его произнести. Дов не заставил себя долго упрашивать. Как все израиль- тяне, пожрать он любил, тем более что Вовик приглашал по- восточному радушно, без тени хозяйского высокомерия. «Вот и отлично, — расслабленно подумала Аня, — сейчас они все свалят, и я тоже домой поеду. Хоть отдохну немного. А вообще, хорошие они ребята, этот Вовик с Соней, только имена у них какие-то дурацкие, несочетающиеся». Но радужным планам Ани не суждено было осуществиться: — Аня, мы сейчас уезжаем, — важно сказал Дов. Похоже, он не собирался строить свойских отношений — она ни на минуту не должна была забывать, что он ее на- чальник. 212
Проза • Ltd, который лопнул — А вы пока разберите наши покупки, подключите ком- пьютеры, телефоны, разберитесь с факсом. Да, нужно проин- сталлировать вот эти программы, — Дов с достоинством, без тени смущения, вытащил из кармана несколько далеко не ори- гинальных программных дисков. — Завтра начинается на- стоящая работа, все должно быть к ней готово, — демонстра- тивно официально посулил он уже в дверях. — Дов, подождите… — начала было Аня. Но он испарился. Снова испарился. Вернее, теперь они уже втроем испарились. История повторялась. «Наверное, Дов решил, что моя кандидатура — лучшая на роль Золушки или золотой рыбки. Да, начало весьма впе- чатляющее, что-то дальше будет?» Настроение у Ани оконча- тельно испортилось. Особенно «привлекательной» казалась Ане перспектива подключения компьютеров и инсталляции ворованных программ. «Лучше к Цвике каждый день в Афулу ездить, квитанции на его железки выписывать, чем ежедневно видеть самодоволь- ную рожу этого прохиндея», — сгоряча решила она и приня- лась распаковывать коробки. «Что же мне за судьба такая, обслуживать прохвостов! Вот если бы работать у какого-нибудь ученого, помогать ему в чем- то стоящем! — сокрушалась Аня. — А это, что за работа, что за офис, какие-то „Рога и копыта“. Еще влипнешь с ними во что-нибудь!» Вечером Аня зашла к своей подруге Таль. Таль в девушках и первые несколько месяцев после стреми- тельного замужества была душой любой компании. Ее весе- лый смех мог расшевелить покойника. Она играла на скрип- ке, и ее искрометный темперамент превращал любую лириче- скую мелодию в жизнеутверждающий гимн. В тот момент, когда Таль брала в руки скрипку, Аня была готова простить ей все. Однако муж Таль Павлик не обладал такой широтой души, и через год созерцания грязных полов в квартире и груды 213
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи немытой посуды в раковине, отправился искать домашнего уюта в объятиях аккуратной, хлебосольной и не играющей ни на каких музыкальных инструментах бабехи старше его на целых десять лет. Бегство горячо любимого Павлика преобразило жизнера- достную Таль до неузнаваемости. О решении Павлика развес- тись она узнала из повестки, присланной из раввината. Такая форма выяснения отношений несколько ее озадачила, и она решила, что это лишь очередная неудачная шутка Павлуши. Надо сказать, что удачных шуток у Павлика не наблюдалось. Когда Аня смотрела на этого абсолютно заурядного, не об- ремененного излишним интеллектом да к тому же еще лопо- ухого и рано начавшего лысеть тюфяка, ей в голову всегда приходил один и тот же вопрос: «Что заставило Таль втюрить- ся в такое ничтожество?» Последняя шутка Павлика закончилась разводом, и хотя в душе Аня была довольна, ей хотелось прибить этого трус- ливого гада за причиненные Таль страдания. После малодушного бегства Павлика из лона семьи Таль ста- ла другим человеком, и вся жизнь ее повернулась на сто восемь- десят градусов. Прежняя жизнерадостность, переходящая в бо- гемный пофигизм, сменилась тупым унынием и поисками смысла жизни. Искала Таль в разных источниках, порой замут- ненных религиозным фанатизмом, искала упорно, и эти по- иски ужасно раздражали Аню. Чем больше времени проходило с проклятого развода, тем глубже погружалась Таль в тоску и апатию, ничто ее не вдохновляло и не вызывало радостных эмоций. Звуки ее скрипки все больше походили на плач ев- рейского местечка после кровавого погрома. Один гуру сменял другого, одна жизненная система — другую. Лазарев уступал место Нарбекову, на смену системе «прилипаний» приходил симарон, ничего не менялось только в душе Таль — она все больше напоминала Ане вялую зомбированную куклу. Не- смотря на возникшую разницу в мировосприятии, подруги продолжали общаться, ибо были обречены на общение. 214
Проза • Ltd, который лопнул Из бездны уныния вытащил Таль Горен, молодой вдовец с двумя очаровательными малышками, поселившийся в со- седней квартире. В нем не было ничего особенного, просто он знал, что он должен делать каждый день. Первый раз он обратился к Таль за помощью, когда заболела трехлетняя Илана. Ему нужно было срочно уезжать на работу, но оставлять ма- лышку одну Горен не решался. Когда он робко постучал в дверь Таль, та была в душе и за шумом воды еле услышала стук. Завер- нувшись в большое банное полотенце, она слегка приоткрыла дверь. Потом все было очень банально. Таль привязалась к де- вочкам, растущим без матери. От жалости к крошкам, живу- щим через стенку, вся наносная дурь вылетела из ее головы враз. Паства Нарбекова-Лазарева недосчиталась одной овцы, а благодарность Горена постепенно переросла в большое и свет- лое чувство. Ощутив, что она нужна сразу трем людям, Таль вернулась в прежнее, столь любимое Аней, состояние. Стена, разделяющая две соседние квартиры была снесена, и Таль с Гореном зажили счастливой и дружной семьей. Разруливая эту ситуацию, Аня пришла к очевидному выводу о тщетности усилий одной женщины вытащить другую из безд- ны уныния. «Выходит, если один мужик вогнал бабу в депрес- суху, только другой может ее оттуда вытащить»,— философ- ски размышляла Аня и чувствовала прилив огромной благо- дарности к Горену, вернувшему ей подругу. Горен умел все. Перечисления всех его умений хватило бы на хорошую повесть. Но был у него особый талант, от которо- го у Ани становилось тепло в животе и на душе, — горенов- ская выпечка. Ничего более вкусного, чем его торты и пироги, Аня в своей жизни не ела. При первом вгляде на эти произве- дения кулинарного искусства у нее начиналось интенсивное слюноотделение, а навязчивые мысли о лишних килокалориях покидали голову со скоростью ракеты, оторвавшейся от раке- тоносителя. В тот вечер Аня поняла, что если сейчас не проглотит кусок гореновского пирога, ее навсегда поглотит бездна отчаяния. 215
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи Пирог был с яблоками и сливой и просто таял во рту — даже глотать жалко. Аромат корицы, смешанный с запахом нежней- шего дрожжевого теста, вызывал чувство, близкое к эйфории. Что там всякие тазепамы по сравнению с этим божественным лекарством! После первого куска вся ситуация с офисом и дес- потизмом Дова стала казаться не такой уж страшной, а после второго — и вовсе смешной. — Смотри, Аня, — разумно сказала Таль, выслушав ее рас- сказ о первых рабочих днях, — не вляпаться бы тебе в какую- нибудь авантюру! — Да ладно, — беззаботно отмахнулась Аня, — не стра- щай, дай лучше еще пару кусочков на дорожку. Первый совместный рабочий день с Довом ознаменовался более чем странной беседой, которая состоялась к полному изумлению Ани на иврите. — Аня, я хочу, чтобы вы завели тетрадь и каждое утро при- ходили с ней в мой кабинет. В эту тетрадь вы будете записы- вать все мои требования. Сегодня я познакомлю вас с самым важным требованием, без выполнения которого мы не смо- жем плодотворно работать. А как вы понимаете, у нашей с вами работы должны быть плоды. И не просто плоды, нам нужны хо- рошие результаты, то есть те, которые приносят прибыль. Дов на минуту умолк, пытаясь прочесть на Анином лице впечатление, произведенное вступительной речью: — Пока все понятно? — Чего уж тут не понять, — с готовностью отозвалась Аня. Дов укоризненно посмотрел на Аню, ее приземленная ре- акция на высокое ораторское искусство лишала его вдохнове- ния. Аня почувствовала себя зрителем, досадливо шуршащим оберткой шоколадного батончика перед носом актера, пере- живающего прямо на сцене состояние катарсиса. Конечно, аудитория в единственном Анином лице была неблагодарна и маловата, но все же лучше, чем вообще никакой. Поэтому, выдержав паузу, Дов продолжал: 216
Проза • Ltd, который лопнул — Итак, как вы уже поняли, мы будем с вами общаться и составлять документы на иврите — так мне проще. Я много лет нахожусь в стране, и мой русский часто неправильный. Для Владимира Петровича и других русскоязычных компань- онов при необходимости вы будете делать перевод. «Господи, хоть что-то позитивное — может наконец краси- вого иврита поднаберусь», — пытаясь окончательно не впасть в уныние, утешала себя Аня. — Теперь самое важное: я хочу, чтобы вы поняли, мне нужен лояльный человек. Что это значит, Аня? А это значит вот что: в наш офис будут приходить разные люди, и, возмож- но, они будут задавать вам разные вопросы на разные темы. Отвечая на вопросы этих людей, вы всегда должны помнить, что работаете вы со мной, и я — ваш непосредственный на- чальник. Поэтому любая информация, полученная вами или вами переданная, должна доводиться до моего сведения. Никакой инициативы от вас не требуется. Вы делаете только то, что я вас попрошу. И запомните: все, что происходит в этих стенах, должно оставаться строго между нами. — Но совсем недавно вы говорили, что инициативность — это очень ценное качество наемного работника, — попыта- лась возразить Аня. — Это было раньше. С сегодняшнего дня вы делаете только то, что я скажу и как я скажу. Дов значительно посмотрел Ане в глаза и недовольно сказал: — Я вижу, вы ничего не записали, а я просил все мои тре- бования заносить в специальную тетрадь. — Ничего, Дов, я и так запомню, — робко возразила Аня. — Аня, я прошу вас четко выполнять мои требования, без пререканий и отговорок. Можете идти в свою комнату, мне нужно сделать несколько звонков, а потом мы начнем работу. Пока Дов разговаривал по телефону, Аня подводила итоги первого делового общения с главным менеджером компании «Хайфа Гипетрикум»: «Интересно, не было ли у моего ново- испеченного начальника кэгэбэшного прошлого? Ну и ну! 217
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи Забавно, чем это он тут собирается заниматься в абсолютно засекреченной обстановке. Ой, не смешил бы! Лучше б санда- лии отдал в починку! И вообще при такой важности лучше закрытые туфли. Часа через три после открытия офиса в нем появился незна- комый Ане человек. По-хозяйски пройдя через приемную, он приблизился к Дову, погруженному в интернетовский поиск. — Ну что, Довик, сидишь? Кресло хорошее, — он погла- дил мягкую кожу обивки. — Слушай, ты пересядь на стульчик, а то я в бассейне измудохался напрочь, отдохну немножко. Я смотрю, Вовик — молодец, интернет тебе поставил, кон- диционер. Все, теперь работать будем, кончилась ебля на по- мойке, теперь у нас офис есть. После этих незамысловатых слов дверь в кабинет стыдли- вого Дова закрылась, и о чем говорил начальник с первым по- сетителем фирмы «Хайфа Гипетрикум», осталось для Ани тай- ной. Было очевидно, что Дов хорошо знает этого человека и, наверное, даже зависит от него, иначе бы он не расстался так безропотно со своим креслом. Очевидной была и еще одна деталь — посетитель явно не стеснялся в выражениях, то есть или не уважал начальника, или не считал, что подобными обо- ротами может кого-то оскорбить. Еще более очевидная мысль, что по-другому посетитель изъясняться не умеет, в голову Ане не пришла. Однако скребущимся мышонком закрадывалось сомне- ние: если все посетители фирмы будут использовать подоб- ную лексику, то откуда ж взяться красивому ивриту? Спустя какое-то время дверь комнаты главного менедже- ра приоткрылась, и оттуда послышался начальственный, но немного смущенный голос Дова: — Аня, зайдите, пожалуйста. Пришлось идти. Дов стоял посреди комнаты в тщетных по- тугах произвести на Аню впечатление серьезного и даже где- то интеллигентного человека. Его гость, необремененный 218
Проза • Ltd, который лопнул подобным желанием, развалился в кресле, выражая всем своим видом полнейшее довольство. — Аня, это Анатолий Петрович, брат Владимира Петровича, он будет иногда приходить в офис и работать вместе с нами. Очень прошу вас к его просьбам относиться как к моим. Вам это понятно? «Натюрлих», — мысленно ответила Аня. — Не волнуйтесь, он вас не будет чересчур обременять. Анатолий Петрович оценивающе прошелся по Аниной фигуре. «Так, — подумала про себя Аня, — не слишком ли много у меня становится начальников?» Вторая мысль была более интересна, это была даже не мысль, а догадка, озарение — не тот ли это Толик, про которого рас- сказывал Владимир Петрович, что он нажрался в ресторане и к кому-то приставал, а потом набил морду официанту? Дов не дал Ане сосредоточиться на этой мысли: — Сегодня вы должны помочь нам в составлении одного письма. Нужен хороший русский язык. Вопреки обещанию Дова иногда приходить в офис Толик явно зачастил. У Толика тоже был бизнес, но не было офиса, на со- держание которого ему было жалко денег. Всегда бодрый, в хорошей физической форме после про- бежки по морю или водных процедур в бассейне, он практи- чески каждый божий день часиков в десять-одиннадцать вно- сил в офис свое несколько грузное тело, скользил по Ане аб- солютно невыразительным, каким-то рыбьим взглядом, бро- сая по дороге в кабинет Дова: — Сделай мне кофе. Заходя, он не здоровался, тыкал, не обращался к ней по име- ни, даже не говорил «пожалуйста», — короче, пренебрегал по полной программе. «Может, так и лучше, — думала Аня, но каждый раз, го- товя ему кофе, брезгливо морщилась. 219
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи Иногда он появлялся в конце рабочего дня и частенько от него разило спиртным. Впрочем, запах спиртного Аня ула- вливала порой и в утренние часы. Видно, Толик и по утрам не брезговал, а может, так упивался на ночь, что запах пре- следовал его весь следующий день. «Ну надо же, — думала Аня, — два брата, а так непохожи друг на друга». Начались трудовые будни фирмы «Хайфа Гипетрикум». Рабо- та была однообразной, тошнотворной и абсолютно беспо- лезной. День ото дня Дов становился все более и более оза- бочен. Толик «работал» с ним вплотную, он постоянно торо- пил, требовал ежедневного отчета или отправлял в сомни- тельные командировки. Непрерывный прессинг раздражал Дова, к тому же времени на работу с Вовиком, который, соб- ственно, и нанял Дова на должность менеджера, практически не оставалось. По жизни Толика вел нескрываемый всепоглощающий страх что-то упустить или чего-то лишиться. Надо ему отдать должное — в отличие от брата он грамотно распоряжался своими капиталами, поэтому все расходы офиса, включая ко- мандировки Дова по делам Толика, оплачивал Вовик. Стра- тегия была очень проста. Например, когда Толику нужно было вступить в контакт с бизнесменами республики Саха на пред- мет торговли металлом, Дов параллельно втюхивал Вовику «перспективный проект» продажи сырых алмазов. В проекте Дова несметные залежи алмазов Якутии становились доступ- ными и такими близкими, что стоит руку протянуть, и все они, Вовик, уже твои, только вот необходимо навестить нуж- ных людей в республике Саха и наладить контакт. Уж кто-кто, а Дов — специалист по налаживанию контактов, красноре- чивый, обаятельный, где уж чукчам устоять перед ним. И все так просто, так замечательно, что деньги потекут рекой. Пе- чатая очередной бизнес-перл Дова, составленный специально для Владимира Петровича, Аня не выдержала: 220
Проза • Ltd, который лопнул — Послушайте, Дов, неужели вы не понимаете, что это аб- солютно нереальный проект, зачем мы этим занимаемся и зря тратим время? — Почему нереальный? Рынок алмазов — это золотая жила. — Рынок алмазов — это устоявшийся рынок с очень жест- кими, если не сказать криминальными, правилами игры. Чужакам и случайным людям туда не подступиться, и вы об этом прекрасно знаете. Я прочла в Интернете, что семьде- сят процентов мирового рынка необработанных алмазов кон- тролируют транснационалы из De Beers. Вы, видимо, хотите убедить Владимира Петровича, что в оставшихся тридцати процентах есть место и для него. Но это же чушь! — Аня, я вам уже говорил, что от вас не требуется никакой инициативы. Или, может быть, вы хотите занять мое место? Так вам придется потерпеть немного, я пока не собираюсь увольняться. Я не спрашиваю вашего мнения о проекте, я толь- ко прошу его напечатать. Проекты начальника и раньше вызывали у Ани мысль, что завтра не наступит никогда, потому что они могли жить толь- ко сегодня, и только на бумаге, о стадии их реализации нор- мальному человеку казалось даже странным думать. Очевидно, Вовик не относился к этой категории людей, и каждый раз давал «добро» на раскрутку. — Знаешь, — признавалась Ане своей подруге, — я даже не понимаю: Дов ему такую лапшу на уши вешает, а тот на все соглашается. Такое впечатление, что он эти проекты вообще не читает. Тогда зачем он это все оплачивает? Может, у него не все дома? — Если он такой идиот, как же он такие деньги нажил? — резонно парировала Таль. — Не знаю, для меня это загадка. Только мне как-то нелов- ко перед ним. Такое чувство, что за его спиной все время что- то крутится, и я вроде как в этом участвую… Ведь все, что я делаю, ему абсолютно не нужно. Я целыми днями пашу на этого Толика, а то, что нужно Владимиру Петровичу, Дов 221
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи заставляет откладывать на потом или вообще спускает на тор- мозах. Ведь сколько уже приходило серьезных людей с почти готовыми разработками. Он им месяцами голову морочит, а сам палец о палец не ударит, чтоб их продвинуть. Похоже, что у него и времени на это не хватает, потому что он у Толи- ка в обороте. — Ты только не думай в это встревать. Знаешь, они два брата, сами разберутся. За первые полгода существования компании ни один проект не сдвинулся с места. Толиковы проекты тоже не отличались успешностью. Толку от офиса не было никакого. «Хайфа Гипет- рикум» была абсолютно убыточной компанией, прибыли сво- ему владельцу не приносила и не было никакой надежды, что когда-нибудь принесет — во всяком случае, под руководством Дова. Аня уже понимала, что Дов — это крутила, которому важно постоянно находиться в процессе и который ничего не может довести до конца. Его позитивное мышление по- чему-то не приводило ни к каким позитивным результатам, но это не лишало его способности уважать себя и восхищаться собой. После очередного «незапуска» проекта ему даже не нуж- но было для повышения самооценки заниматься психотренин- гом, давать себе позитивную оценку, типа: я умный, успешный, приятный человек, я выхожу победителем в любом состяза- нии, — это было заложено в нем на уровне подкорки. Толик окончательно обосновался в офисе и проводил в нем столько часов, что решил наконец приударить за Аней. Эти своеобразные ухаживания начались довольно неожиданно. Как-то после долгой и абсолютно суматошной недели, уже со- бираясь уходить, Толик подошел к Аниному столу и в при- казном порядке заявил: — На пятницу-субботу едем на Мертвое море отдыхать. Я за тобой утром заеду. — Не поняла, — честно призналась Аня. — Тебе что, Дов ничего не сказал? 222
Проза • Ltd, который лопнул — Да даже если б и сказал, я бы не поехала. — Это почему? — насмешливо удивился Толик. — А что мне с вами там делать? — Ты чего, совсем дура, не понимаешь, что в гостинице делают?! Ой, блин, да ты радоваться должна. Я обычно туда с такими молодыми длинноногими красотками заваливаюсь, не тебе чета, так они потом мне еще спасибо говорят. — Послушайте, Анатолий Петрович, езжайте с кем хотите и куда хотите, а меня оставьте в покое. — Да что ты все «Анатолий Петрович да Анатолий Петро- вич», зови меня просто Толян, и сама попроще будь. У нас в Израиле не выкают. У нас все просто. Вот ты, сколько здесь живешь, года три? А я уже двадцать лет. Я здоровый мужик, ты, хоть не королева красоты, но привлекательная женщина, я от тебя торчу, чего б нам с тобой не перепихнуться? В кругу Толика нормальная человеческая речь считалась такой же странной и неестественной, как жизнь на Марсе, а все человеческие чувства сводились к отправлению естест- венных физиологических потребностей. Несмотря на свою третью декаду проживания в Израиле, он все еще не мог гра- мотно написать письмо на иврите — да что написать, про- честь толком не мог! — Ну вот что, Толян, — начиная звереть сказала Аня, — если ты через секунду не испаришься, я позвоню Владимиру Петровичу, а еще лучше Соне. К сожалению, в то время еще не вступил в силу закон о сек- суальных домогательствах, и Аня могла надеяться только на силу своего сопротивления. — Ну и дура! — заключил беседу Толик и, уходя, бесшабаш- но грохнул дверью. Если б Аня могла выбирать, она несомненно предпочла, чтобы Владимир Петрович сидел в офисе, а Толик уехал куда-нибудь подальше. Но жизнь распорядилась иначе, и было бы Ане сов- сем тоскливо, если бы не Сонечка. 223
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи Она приезжала в офис каждую неделю, и каждый раз очень удивлялась, заставая там Толика. Делами она интересовалась умеренно, целиком полагаясь на бизнес-чутье мужа. Она жила в свое удовольствие в четырехэтажном особняке в одном из самых фешенебельных районов Хайфы, и когда ей приедались ежедневные развлечения, прогулки по морю, посещение кос- метологов, однообразный шопинг, она приезжала поболтать с Аней. Сдружились они как-то враз и неожиданно друг для друга. Дов относился к этой связи без большого энтузиазма, но поделать ничего не мог. Особенно его раздражало, когда Сонечка врывалась в офис посреди рабочего дня и безаппеля- ционно заявляла: — Дов, ты совершенно замучил Аню. Ей необходимо от- дохнуть, мы едем на море обедать. Сонечка была широкой души человек. Она не могла пройти мимо нищего, не бросив ему пятидесятишекелевой бумажки, при этом на лице ее отражалось ненаигранное сочувствие. Не зная счета и цены деньгам, она любила благодетельство- вать, и могла себе это позволить. Сонечке нравилось дружить с Аней, она искренне привя- залась к ней, ничего не требуя взамен, кроме верного ком- паньонства. Основной бизнес Владимира Петровича разворачивался на Украине, в Киеве. Для успешной деятельности, подписания различных контрактов и разрешений на торговлю металлами и медицинским оборудованием, ему была необходима под- держка и благоволение достаточно высокопоставленных лиц. Расположение этих людей Владимир Петрович завоевывал с помощью страны, текущей молоком и медом, и своей жены Сонечки. План отличался простотой и эффективностью, и хоть вставал Вовику в копеечку, но имел шанс окупиться. Добро- детельный образ жизни многих украинских начальников, а так- же их жен и любовниц откладывал неизгладимый отпечаток на их драгоценном здоровье. Добрый Владимир Петрович при- глашал их за свой счет подлечиться в израильских клиниках 224
Проза • Ltd, который лопнул и здравницах. Сонечка обеспечивала им нескучное сопровож- дение, а заодно возила по магазинам и экскурсиям. Между медицинскими процедурами украинские гости отрывались на полную катушку, сметая подчистую шведские столы в го- стиницах и напиваясь до полного свинства в кошерных ев- рейских ресторанах. Владимир Петрович не считал копейки, он умел быть large. После такого радушного и абсолютно ис- креннего гостеприимства, никто не мог отказать ему в ма- леньких просьбах. Бизнес на Украине становился все более и более стабильным. Когда приезжали украинские гости, Сонечка подключала Аню к культурным или оздоровительным мероприятиям. Одной нести на себе этот груз было обременительно. Так потихоне- чку Аня вошла в мир украинского промышленного бизнеса. Симпатии он в ней не вызвал. Однажды Сонечка появилась в офисе с какой-то совершен- но простецкой теткой, самой что ни на есть от сохи. Она была одета в неимоверную юбку с украинским орнаментом, а по- верх нее пузырился молодежный блейзер из дорогого бутика. Когда она открыла рот и широко улыбнулась, обнажив полу- голые десны, стало очевидно, что во рту у нее уцелело зубов пять-шесть, не больше. Но тетка по этому поводу не комплек- совала, открыв рот, она его уже не закрывала, хотя понять, о чем она говорит, было довольно трудно. Время от времени Аня выхватывала из безостановочного потока кашеобразной бессмыслицы имена законодателей мировой моды: Гуччи, Версаче, Армани, Живанши и прочих знаменитостей. Сонеч- ка, как ни старалась всем своим видом поддерживать интерес к теме и изображать энтузиазм, выглядела слегка подуставшей. В офисе становился все более ощутим неприятный душок не- понятного происхождения. Общение со столь странной особой было прервано появ- лением зубного врача Саши, который имел зубной кабинет по соседству с «Хайфа Гипетрикум». Саша был старым другом Толика, поэтому гости с зубными проблемами, не нашедшими 225
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи решения на Украине, получали быстрое и квалифицирован- ное обслуживание в его стоматологическом кабинете. — Ну, как у нас дела? — заискивающе улыбнулся Саша и даже попробовал обнять тетку за плечи, но потом почему- то передумал. Тетка что-то зажурчала в ответ, и они двинулись в сторону кабинета, при этом Саша явно старался соблюдать дистан- цию и идти от нее на максимально возможном для вежливого человека расстоянии. Когда дверь за ними закрылась, лицо Сонечки стало не- узнаваемым: — Если она еще раз скажет «Гуччи» или «Версаче», я ее убью. — Сонечка тихо всхлипнула. — Аня, я этого не вынесу! — Соня, кто это? — Пришвытько. — Кто? — не поняла Аня. — Ну жена замминистра Пришвытько. — Жена замминистра? Ты уверена? — удивление Ани было таким неподдельным, что Соня даже улыбнулась, горько так улыбнулась. — Вовику он сейчас очень нужен, этот Пришвытько, так он свою жену прислал зубы делать. А Саша обещал ей за месяц полный рот зубов насадить. Сначала повырывать все, что осталось, потом импланты вживить, на них мосты построить. — Слушай, а как он за месяц все успеет? — А кто его знает, говорит, что все будет в лучшем виде. Но если это продлится дольше месяца, я удавлюсь. Ты пони- маешь, Ань, она свой рот беззубый не закрывает, она все время говорит, даже иногда во сне. Но это еще что! Аня, она не моет- ся, вообще не моется — ни утром, ни вечером. Хоть коробку с противогазом открывай. Я ей все свои дезодоранты фран- цузские поотдавала, но от них еще хуже. Ань, что мне делать? Сказать ей — неудобно вроде. Может, ты ей намекнешь как- нибудь по-умному? — Нет, Сонь, я-то ее вообще первый раз вижу. 226
Проза • Ltd, который лопнул — Ну все, тогда мне конец, я так на тебя надеялась, — вид у Сони был безумно несчастный. — Да что ты так расстраиваешься? Своди ее в бассейн, на море на худой конец — может, она там отмоется. — Какой бассейн, какое море! Ее сейчас Саня так обрабо- тает, что ей впору только в койку. Бедная моя кровать! Соня оказалась права. Саня обработал Пришвытько не- слабо. Когда она пришла на следующее утро на проверку, ее лицо напоминало сплошное месиво красно-фиолетового цвета, и из всего этого несвежего фарша затравленно выглядывали заплывшие от страшного отека глазки. При взгляде на нее при- ходила в голову тривиальная мысль о нечеловеческой жесто- кости ее мужа. К запаху несвежего, грязного тела примеши- вался запах боли и страдания. Это было невыносимо. Весь месяц Саня издевался над несчастной женщиной, а она истязала нас невыносимым запахом своего немытого тела. Но все же с каждым прошедшим днем факт ее скорого отъез- да становился все реальнее, и Соня грезила о нем сильнее, чем о празднике национального освобождения. Уезжая, Пришвыть- ко одарила нас почти голливудской улыбкой, подтверждая тот факт, что израильская медицина творит чудеса. Чудеса эти, правда, оказались недолгосрочными: ровно через год зубы на- чали шататься и выпадать. Но к этому времени Пришвытько уже сняли с должности, и Владимиру Петровичу не было никакого резона благодетельствовать его беззубую жену. Время, проведенное Довом с Толиком на Мертвом море, ока- залось исключительно плодотворным. Толик вернулся в офис с твердым намерением отправить Дова по своим делам в Че- лябинск, а Дов, чтобы оправдать эту поездку, задумал для Вла- димира Петровича два новых проекта: один по продаже наци- ональных российских флагов, изготовленных в Израиле, другой — по постройке в Челябинске теплиц по израильским технологиям. Для реализации планов двух великих комби- наторов Дову надо было предварительно в быстром темпе 227
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи состряпать проект для Владимира Петровича, который, само собой, должен был субсидировать эти начинания. Бесстрашие Дова вызывало у Ани чувство, похожее на ува- жение. Он был готов взяться за любой проект, изначально не имея никакого представления о предмете. Будучи абсолют- ным профаном в профессиональном смысле, за два-три дня он нахватывался специальной лексики, запоминал несколько ходовых фраз, якобы свидетельствующих о его осведомленно- сти в данном вопросе, и даже был готов вступить в дискуссию. В области демагогии ему не было равных — во всяком случае, в «Хайфе Гипетрикум». Надо сказать, что сельскохозяйственный проект не на шут- ку увлек Дова, он проявлял искреннюю заинтересованность, встречался с разными людьми, работающими в этой сфере, ездил по теплицам, фотографировал, пытался вникнуть в тех- нологии строительства. Он очень торопился, как будто бо- ялся, что кто-то перехватит его гениальную идею. Наконец ему показалось, что материал собран и можно оформлять проект на бумаге. Чтобы сэкономить время, Дов решил надиктовывать его Ане, на ходу сочиняя очередной перл. Вдохновляясь собственной гениальностью, он ходил из угла в угол, раздражаясь на Анину медлительность, а бед- ная Аня еле поспевала за ходом его мысли и речи. Клавиши на компьютере клацали с бешеной скоростью, через пару часов такой работы в глазах у Ани зарябило. «Сельскохозяйственная промышленность Израиля произ- водит и экспортирует большой ассортимент разнообразных теплиц — от простых конструкций до проектов, оснащенных системами компьютерного контроля и управления «под ключ». Производятся не только несущие конструкции, но также и пластиковое покрытие, системы орошения и фертигации, специальное оборудование для уборки, сортировки, упаков- ки и хранения урожая, устройства, аппаратные средства и программное обеспечение для регулирования микроклима- та, энерго- и водосбережения. 228
Проза • Ltd, который лопнул Исходя из нынешней ситуации, мы видим возможности экономического взаимодействия Израиля и Челябинской об- ласти в реализации тепличного хозяйства региона. Речь идет об использовании передововых израильских технологий при минимальных финансовых вложениях, но с максимальной и быстрой отдачей…» — Дов, давайте прервемся на несколько минут, я не могу больше печатать в таком темпе, — взмолилась Аня. — Ну хорошо, отдохните, — сжалился Дов. Он перестал метаться из угла в угол и уселся на стул за спи- ной Ани. Приемная Ани была тесновата, в ней с трудом по- мещались лишь самые необходимые вещи, и люди в этой ком- нате оказывались довольно близко друг от друга. Поэтому, когда Дов вальяжно развалился на стуле, закинув ноги на кра- ешек Аниного стола, она почувствовала себя как-то диском- фортно. Едва повернув голову, Аня непременно бы уперлась в подошвы его ботинок. — Послушайте, Дов, снимите, пожалуйста, ноги с моего стола, — как можно вежливее сказала Аня. — Почему? — искренне удивился Дов.— Ноги у меня чи- стые, и носки я каждый день меняю. — Дов, это очень интересные подробности вашей личной гигиены, но, если можно, давайте обойдемся без них. — Нет, ну почему же? — настаивал Дов. — Объясните мне, что вас смущает в моих ногах? — Меня действительно кое-что смущает, Дов, но боюсь, не в ваших ногах. — Ну почему же надо все испортить?! Какая же вы зануда, Аня! Я к вам со всей душой, а вы… Ладно, хватит на сегодня. Продолжим завтра. Но учтите, завтра все должно быть гото- во. В четверг я вылетаю в Челябинск. Да, и не забудьте подго- товить фотографии и документы по проектам Толика. «А ноги тебе не помыть? — злобно подумала Аня.— Да нет, конечно, не помыть, ты их сам моешь и носки каждый день меняешь. Слышали». 229
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи Назавтра в офисе раздался звонок. Звонил Владимир Пе- трович, в голосе явно чувствовалась некоторая натянутость, неестественность. За внешней беззаботностью слышалась ка- кая-то легкая досада. Аня поспешила ему сообщить, что Дова еще нет, но он должен вот-вот подойти. — Вообще-то, Аня, я хотел бы поговорить с вами. Не мог- ли бы вы мне объяснить, зачем Дов уезжает в Челябинск? — А разве вы не знаете? Он собирается наладить там стро- ительство теплиц по израильским технологиям. Сегодня я вы- шлю вам по факсу проект. — Аня, а зачем вместе с Довом едут еще пять человек? Аня замялась: она думала, что Дов едет в гордом одиноче- стве, а оказалось, что в составе целой делегации. — Владимир Петрович, может, вы лучше поговорите об этом с Довом? Я, честно говоря, не в курсе, билеты я заказывала только ему. — Аня, а скажите, Анатолий Петрович часто в офис при- ходит? — Да почти каждый день. — А… Понятно. Ну хорошо, Аня, попросите Дова со мной связаться, когда он придет. Дов появился в приподнятом чемоданном настроении, ко- торое слегка испортилось, когда он узнал о просьбе босса. Он сразу же набрал киевский офис Владимира Петровича и плот- но закрыл дверь в свою комнату. Разговор был долгим и, вид- но, малоприятным для Дова. Окончив его, Дов набросился на Аню, не скрывая своего раздражения. — Вы хорошо помните наш первый разговор, Аня? Я пре- дупреждал вас, что мне нужен лояльный работник, а вы тут решили шпионить за мной? Опять с вашей дурацкой иници- ативой! — Шпионить? — рассмеялась Аня. — А вы могли бы мне объяснить, в чем это выражается? — Что вы наговорили Владимиру Петровичу? — Ничего. Отвечала на его вопросы. 230
Проза • Ltd, который лопнул — А кто вас уполномачивал отвечать на его вопросы? — Хорошо, Дов, когда он в следующий раз позвонит, я ему скажу, что не уполномочена отвечать на его вопросы. Вы это- го хотите? В этот момент дверь офиса энергично распахнулась, и в при- емную резво ввалился Толик. Он деловито пожал руку Дову и сразу приступил к делу: — Слушай, Довик, тут выяснилось, что мы не все подгото- вили. Надо напечатать кучу всего, чтоб на каждом листе были печати и подписи, так что давай, Ань, — и он швырнул на Анин стол листов двадцать. — Я не могу, — запротестовала Аня, — мне нужно проект по теплицам сегодня закончить. — Теплицы подождут, — подмигнул Толик Дову. — Теплицы, может, и подождут, а мне сегодня нужно про- ект Владимиру Петровичу отправить. Дов немного смутился, но довольно решительно сказал: — Аня, эти бумаги очень важны, их надо сделать в первую очередь. А что касается теплиц, я попрошу вас сегодня задер- жаться и отправить Владимиру Петровичу проект, но не в офис, а на домашний факс. В четверг, когда я уеду, можете начать с одиннадцати. Да, и я хочу вам напомнить, что в мое отсут- ствие вы поступаете в полное распоряжение Анатолия Пет- ровича. Ане стало душно. «Ничего себе, обложили, гады, со всех сто- рон. А с какой стати?» Но до поры до времени Аня решила не задавать этого вопроса своему начальнику. В разгар рабочего дня в офис приехала Соня. Она, даже не заглянув к Дову, уселась в приемной. — Слушай, Ань, у меня тут идея появилась: ты не могла бы научить меня работать на компьютере, дать мне пару уроков? Ну не бесплатно, конечно, я за все заплачу. — Конечно, Сонь. Но у меня со временем плохо — я могу только в рабочее время. Вот Дов в четверг уезжает, а ты прихо- ди, будем твою компьютерную безграмотность ликвидировать. 231
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи — Отлично. Слушай, может, мы где-нибудь кофейку по- пьем? — Не могу, Сонь, запарка жуткая. Кучу документов для Дова и Толика надо готовить. Соня взглянула на экран компьютера, и то, что она прочла там, очень ей не понравилось. — Послушай, Аня, а почему ты готовишь документы для Толика? И вообще, что он здесь делает? Это офис моего мужа. Тебе разве Толик зарплату платит? Так, я не пойму, что здесь происходит. Внутри у Ани начало закипать: — Сонь, а почему бы вам не разобраться между собой? Кто что делает и кто кому платит, все-таки вы родственники, так бу- дет проще. А то Дов меня в шпионстве обвиняет, вы с Владими- ром Петровичем тоже в чем-то подозреваете. Может, мне вообще лучше уволиться, а вы тут свои проблемы без меня решайте. — Анечка, ты что! Мы с Вовиком тебе во всем доверяем. Но, понимаешь, Вовик беспокоится очень, потому что расхо- ды офиса все растут, а доходов-то нет вообще. На что ж все деньги уходят?! Вроде и Дов так старается… «Так, ну точно надо увольняться, пока Дов с Толиком своим старанием их до нижнего белья не раздели. Уж больно мерзко во всем этом участвовать, — пронеслось в голове Ани. — Вот сейчас возьму и все расскажу Соне. Нет, не сейчас, сейчас не могу, Дов уедет — тогда. А может, лучше сразу? Как там у Франсуа де Вааля — „не ждите удобного времени и подхо- дящего настроения — они никогда не наступят“»? — Аня, ну что там с членами делегации? Их данные уже готовы? Мне срочно нужны списки. — Дов стоял на пороге приемной и не сразу заметил Соню. — Ну хорошо, — еле сдерживаясь, сказала Соня, — не буду вам мешать. Анечка, я тебе позвоню. Счастливо тебе, Дов. Вернешься — надо будет поговорить. Дов улетел в Челябинск злой и раздраженный, зато Толик пребывал в замечательном расположении духа. В отсутствие 232
Проза • Ltd, который лопнул Дова Толик решил, что неплохо было бы заручиться поддерж- кой Ани и ее лояльностью. Это было разумным шагом. Аня го- товила для Толика разные документы, а потому была в курсе его афер и даже знала о главной проблеме Толика, которая ме- шала ему собственноручно обделывать свои дела и заставляла пользоваться услугами Дова. Толик был «невыездной». Его «за- казали» друзья по бизнесу, которых он без всяких сантиментов «кинул» на несколько миллионов. Толику было сказано откры- тым текстом, что как только его нога ступит на российскую землю, ему конец. Конца Толик не хотел, поэтому не рыпался. В Европу путь ему тоже был заказан Интерполом. В общем, доступными оставались для Толика только израильские радо- сти. В отличие от Дова Толик знал, что лояльной женщину мо- жет сделать лишь чувство, которое он решил пробудить в строп- тивой секретарше. Чувства, по мнению Толика, сами собой пробуждались в женщинах при первом взгляде на него. Свято веря в свою мужскую стать и плоть, он думал, что достаточно ему будет проявить минимальный интерес, и одинокая соро- калетняя женщина, потеряв рассудок, падет в его крепкие объятия. Богатый сексуальный опыт Толика нашептывал ему, что очередная победа не за горами и секретарше не устоять. Первым делом надо увеличить свое физическое присутствие. Посещения Толика в отсутствие Дова стали для Ани прокля- тием. Первые дни недели он притаскивался в офис и, сидя в кресле напротив Ани, вел пустые разговоры, плотоядно за- глядывая в глаза и мешая работать. Вернее, разговорами это можно было назвать с большой натяжкой, потому что гово- рил в основном Толик. Репертуар не отличался оригинально- стью — жалобы на семейную жизнь, непонимание, заставля- ющее искать чего-то настоящего на стороне. Пытаясь про- никнуть в душу Ани, Толик неожиданно заговорил почти нор- мальным человеческим языком. Он, как и Лев, оказался спо- собным снизойти до Аниной «ущербности». — Вот смотрю я на тебя и думаю: ты никогда не могла бы, как моя Людка, опуститься. Конечно, я ей все дал, ей работать 233
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи не надо. Казалось бы, живи, наслаждайся, люби своего мужа. Так нет. Утром встанет, шляется по дому нечесаная, немытая, вечно всем недовольная. Вчера вернулся после встречи с друзь- ями, ну, сама понимаешь, веселый, посидели, выпили, так эта стерва выперла меня в кабинет, даже в спальню не пустила. Воняет от меня, видишь ли… А сама днем глушит виски и про- курена насмерть! — Толик, ты знаешь, мне ведь тебя не жалко совсем. И твоя счастливая семейная жизнь меня мало волнует. Чем здесь си- деть и мешать мне работать, ты бы лучше в бассейн сходил. — Ань, ну что ты куксишься все. Я ж к тебе по-человечески. — И я к тебе, Толик, по-человечески. Толик разочарованно вздыхал и готовился к решительно- му штурму. Избавиться от Толика можно было только одним способом. Вся надежда была на Соню, тем более что она хотела познако- миться с компьютером. Аня набрала Сонин домашний номер, чтобы договориться о встрече, но телефон не отвечал. Мо- бильный был долго занят, но потом Сонечка все же ответила: — Ой, Ань, у меня все изменилось. Сейчас не до компью- тера. Вовик, наверно, моей смерти хочет. Представляешь, опять приехала Пришвытько, да не одна, а со своей дочерью. — Прими соболезнования, — сникла Аня, но, пытаясь от- влечься от своих грустных мыслей спросила: — Слушай, а как ее зубы? Синяки-то прошли? — Зубы вроде на месте, еще ж полгода не прошло. Синяки сошли, но красивее она от этого не стала. У них там новая проблема, теперь с дочкой. Представляешь девке двадцать лет, а у нее сиськи не растут. Так я их тут по консультациям вожу, надо ей хорошую пластику сделать. Чувствую, что этот Пришвытько со своим семейством, пока из нас всю кровь не выпьет, — не успокоится. Даже адвокаты за одну подпись столько не берут. — А надолго они приехали? — Да не меньше чем на две недели. 234
Проза • Ltd, который лопнул — Понятно, — Аня совсем пала духом. — А я на тебя так надеялась… Тут, понимаешь, Толик повадился, ходит, рабо- тать мешает. — А чего он приходит? Что ему надо? — Вот и спроси у него, чего он ходит. — Так… — многозначительно протянула Соня. — В общем так, гони этого кобеля. Если будет ерепениться, скажи, что я не велела его в офис пускать. — Слушай, Сонь, а, может, ты сама ему это скажешь? Потому что меня он попросту пошлет, ты ж его знаешь. — Хорошо. Ой, Анечка, мне надо закругляться, я ж за рулем. Потом поговорим. Вечером Аня вышла побродить по улицам, и ноги сами при- вели ее к дому Таль. Подруга укладывала девочек спать и вы- глядела усталой, Горен работал в ночную смену. — Может, я в другой раз зайду, — засомневалась Аня. — Да нет, заходи. Хорошо, что пришла, я уж соскучилась по тебе. Сейчас девчонок уложу — посидим, чайку попьем. В салоне были разбросаны игрушки и детское белье, и от это- го беспорядка у Ани на минуту защемило сердце. — Ну, ты чего грустная такая? — спросила Таль, окинув подругу зорким взглядом. — Случилось чего? — Пока не случилось, но чувствую, что скоро случится. Только, знаешь, я про это даже говорить не хочу. Это все такое мерзкое, дешевое. Короче, мне работу другую искать нужно, не продержусь я там долго, да, похоже, и фирма на ладан ды- шит. Слушай, а у тебя торт какой-нибудь есть? — Нет, Горен так много работает последнее время, что руки до плиты не доходят, а из меня, сама знаешь, кулинарка никакая. Хочешь, я тебе сыграю? — Всегда хочу, ты же знаешь. Она взяла скрипку и заиграла. Музыка была чудесной, а Таль самой красивой, самой близкой, самой талантливой подру- гой на свете. 235
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи — Ты знаешь, что это? Я столько времени искала ноты Венявского, нигде не могла найти, а Мишка, наш виолонче- лист, зашел на консерваторский форум, и через день клавир «Воспоминания о Москве» был у него. Слушай, у него всегда столько идей. Тут месяц назад говорит, что некоторые скри- пичные произведения намного лучше звучат на виолончели, и с тех пор сидит над «Скерцо-тарантеллой» Венявского. Но это еще что, он грозится, что после Венявского возьмется за Раве- ля и мажорный концерт Моцарта. — Таль, какая же ты счастливая! Если б я умела так играть, то никогда бы не чувствовала себя такой никчемной, как сей- час. Когда ты свою скрипку берешь, я просто превращаюсь в какое-то растение и впитываю, как влагу, каждый звук. — Будешь смеяться, но растения еще больше, чем люди, чувствительны к музыке. Я недавно статью прочитала одного ученого, который проводил опыты на растениях. Так вот, он пишет, что растения довольно сентиментальны и предпочи- тают индийские мелодии, любят классику и органные произ- ведения Баха. А от рок-музыки и тяжелого рока совсем не бал- деют, а наоборот, отворачиваются, ростки хиреют, листья мель- чают — в общем, полная труба… — А от простуды, плохого пищеварения и от скуки они не страдают? Таль, наверно, я растение. Я тоже люблю классику и Баха, и тяжелый рок мне не по нраву. Сыграй еще что-нибудь, чтобы я не захирела, как какая-нибудь узамбарская фиалка. На следующий день Ане пришлось занять глухую оборону. От слов Толик перешел к действиям. Аня стояла у копироваль- ной машины, фотографируя документы, когда в офис смерчем ворвался слегка хмельной Меджнун. — Ты, зараза, долго меня мучить будешь? — истошно за- вопил Толик. — Ты в глаза мне посмотри. Вот что ты в этих глазах видишь? Он явно фанател, схватил Аню и прижал ее к своему уже готовому на все телу. 236
Проза • Ltd, который лопнул — Вижу, что ты легко возбудимый гаденыш. Но если ты еще раз до меня дотронешься, — Аня попыталась освободиться из его цепких объятий, — я тебя ударю, возможно, чем-нибудь тяжелым. Толик тянулся своими мерзкими губами к Аниному рту. — Кстати, Толик, скажи мне, ты Дову зарплату платишь? Это было совсем «некстати», и от неожиданности Толик ослабил хватку. — Ну, плачу, а какое твое дело? — Так может, ты мне тоже заплатишь, а то что я тут на тебя задаром горбачусь?! Язык Ани уже проделывал с ней такие штуки, он произно- сил то, о чем она и не думала. Но язык Ани не был ее врагом. Охладить пыл Толика могла только попытка залезть к нему в карман. — Ах ты, маленькая сука! Издеваешься? Ходит тут, глазка- ми хлопает, интеллигенткой притворяется, а сама на мои де- нежки нацелилась! Две бумажки мне напечатала — не рассы- пешься небось! Я вообще не знаю, чего тебе Вовка зарплату платит. Ну все, хватит, тебе тут не быть! Извела меня вконец! Дов приедет, я ему вместо тебя кучу секретарш приведу, мо- лодых длинноногих девок, а тебя уборщицей возьму. — Да? А вот этого не хочешь? — тяжелый скоросшиватель обрушился на физиономию Толяна. Толик ошарашенно потер ушибленное лицо и уже возле двери совершенно успокоенный произнес: — Ну, блядь, ты прямо, как моя Людка. От бабы, кошки бе- шеные… «Ну, надо же, как все просто! Нужно было в него раньше чем- нибудь тяжелым запустить. А я-то столько времени терпела. Ну ладно, смех смехом, но надо отсюда делать ноги. Сейчас позвоню Соне и уволюсь». Эти нерадостные мысли Ани были прерваны телефонным звонком. На проводе был киевский офис. 237
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи — Аня, — голос Владимира Петровича был исключитель- но доброжелательным, даже слегка заискивающим, — у меня к вам небольшая просьба. Я тут проверил кое-какую доку- ментацию, навел кое-какие справки и пришел к выводу, что мне нужно отказаться от услуг Дова. Напишите ему, пожа- луйста, увольнительное письмо. Сонечка заедет, подпишет. — Вы хотите, чтобы я отдала Дову письмо об его увольне- нии? А он уже об этом знает? — Вы отдадите, он и узнает. — Так, значит, компания «Хайфа Гипетрикум» приказала долго жить? — попыталась пошутить Аня. — Да, но мы открываем новую компанию, в другом месте, и я не отказываюсь от ваших услуг, Аня, если, конечно, вы согласны. Аня даже и не знала, что ему ответить. Честно говоря, этот театр ей уже наскучил. Он был слишком дешев и непрофес- сионален. После обеда позвонила Соня и радостно сообщила, что кто-то врезал Толику по физиономии. Морда распухла и по- синела, почти как у Пришвытько. — Так что он теперь дома сидит. Можешь спокойно рабо- тать. Да, кстати, знаешь, Вовик Дова уволил. Нам надо будет найти новое место для офиса, переоборудовать его, отремон- тировать… Справишься? Через неделю Аня звонила Цвике, и музыкой в ответ звучало: — Шалом, мамеле, чем я могу тебе помочь? Конечно, это не Венявский, но какая чудесная музыка!..
ВОЗВРАЩЕНИЕ Этот город она полюбила сразу. С первого дня ее не покидало ощущение, будто она вернулась к чему-то неизменному. Тысячи лет ее могло кружить в водовороте бессмысленной чудовищности жизни, но это ни на минуту не прекращало жить внутри нее. Хрупкое, едва уловимое, как же оно оказалось неистребимо! Тысячи лет заточения и молчания закончились. Невидимая оболочка оказалась повреждена или просто ис- тончилась. Бродя по улицам, она вдруг останавливалась, не в силах двинуться с места, околдованная запахом детства, нагрянув- шим неизвестно откуда. Застигнутая врасплох этим наваж- дением, она то и дело натыкалась на дома, до боли знакомые, на деревья, однажды уже дарившие ей спасительную тень. Один раз в шелесте их листьев она как будто расслышала на чуть внятном вздохе: «Хорошо, что вернулась…» Он ничем не удивлял ее, этот город, и в то же время был нов, но как-то узнаваемо нов, как некогда близкий человек после многолетней разлуки. Другие города были просто городами. Одни утомляли и раздражали, другие оставляли равнодушной. Этот город вытекал из нее самой, был ее обителью, ее спасе- нием, ее возвращением. Этот город давал ей шанс. Каждый день он дарил радость сознания воспроизводи- мости того, что, казалось, ушло в безвозвратное прошлое. Это был ее город, он ждал много лет и вот теперь был счастлив сте- литься ей под ноги. Эта связь, поначалу едва уловимая, стано- вилась день ото дня все прочней и значимей. Но словами об этом было нельзя, ибо все таяло в дымке туманного утра, 239
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи расплывалось в ряби небольшого пруда, уносилось с порывом легкого ветра. Жизнь, завершив прежний, теперь уже почти неправдоподобный цикл, как будто началась снова. Она прислушивалась к музыке города и чувствовала, что прежняя опустошенность и ощущение призрачности жизни больше не душат ее. Сколько счастья было в этом благостном спокойствии ума! Как же давно ей не дышалось так легко! В ней ожил целый мир и наполнил смыслом каждый миг су- ществования. Она возвращалась в просторном автобусе с большими окнами и удобными сиденьями. Каждый день в семь часов вечера он привозил ее на городской вокзал. Почти всех пассажиров этого рейса она знала в лицо, хотя никогда не вступала с ними в разговоры. Она любила выходить последней и двигаться по направлению к метро, рассматривая идущих впереди людей. Мужчины шли, слегка расслабившись, предвкушая заслужен- ный отдых после рабочего дня, безжалостно уничтожившего свежесть сорочек и блеск неизвестно чьей рукой начищенной обуви. Утром смотреть на них было приятней. А женщины выглядели так, как будто готовились к новому бою. Особенно ей нравилось смотреть на двух подружек. Они всегда возвра- щались вместе. Это были женщины лет сорока, а может быть и старше. Глядя на их прямые подтянутые спины, полную до- стоинства осанку и безупречные прически, она невольно улы- балась. И даже немного завидовала. К концу дня сама она, независимо от того, чем занималась, чувствовала себя утом- ленной и разбитой. Желание поскорее добраться до вожде- ленного кресла у окна преобладало над всеми другими жела- ниями. По большому счету ей было совершенно все равно, как она выглядит со стороны. А эти женщины были так бодры и энергичны, как будто не знали, что такое усталость и апа- тия. Подруги всегда о чем-то оживленно беседовали, и высо- кие каблучки элегантных туфелек ритмично расставляли зна- ки препинания в их оживленных беседах, может быть, даже чересчур оживленных. 240
Проза • Возвращение Люди этого города были благополучны и улыбчивы. «Не- ужели жизнь может быть так безоблачна и спокойна?! Или, оберегая меня, ты лишь прикидываешься таким умиротворен- ным, скрывая горе и страдание до поры до времени, а потом обрушишь поток боли, который собьет меня с ног и снова вернет… вернет к чему?» Только этот вопрос отравлял ее су- ществование. Она никак не могла решить, что же было ре- альностью: то, что связывало ее с этим городом тогда и те- перь, или то, что было между тогда и теперь. Впрочем, она старалась гнать от себя любые сомнения и во- просы. Ведь эдак можно было лишиться завидного наслаж- дения — просыпаться каждое утро беспамятной и окунаться в призрачный мир ласкающих ассоциаций и пронзительных узнаваний! Тем утром она впервые за последние несколько месяцев про- снулась с тяжелой головой. Ночью ее что-то мучило, но, как это часто бывает при пробуждении, все события сна померк- ли, оставив лишь тревожное чувство. Сердце жалобно коль- нуло в груди и отозвалось тянущей болью в желудке. Она по- дошла к окну и распахнула его. Ветерок подхватил легкую занавеску, начав свою привычную игру. Комнату наполнила утренняя свежесть цветущей белой акации. Нет, все как преж- де: те же краски, тот же чудный запах, и можно дышать пол- ной грудью, вбирая в себя все ароматы, свет и ясность лет- него утра. Быстро глотнуть горячего чая с тостом — и в город. И снова кружить по аллеям и извилистым улочкам, блуждая в лабиринтах памяти. На эту узенькую улицу она попала совершенно случайно. Небольшие дома с черепичными крышами утопали в зелени и цветах. Солнце едва проглядывало сквозь густую крону срос- шихся по обе стороны деревьев. Безлюдность улицы прида- вала прогулке особое очарование. Неожиданно ее внимание привлекла старая, видавшая виды машина. Это был белый «опель». Уже через заднее стекло она 241
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи разглядела разбитые и порванные кресла. Цифры на номере были такими блеклыми, что она так и не смогла их разобрать, хотя в очертаниях двух последних цифр ей почудилось что-то знакомое. Мужчина в зеленых брюках и белой нарядной ру- башке вышел из машины. Опять барахлил мотор. Он привыч- ным движением умело и легко поднял капот. Она сделала несколько шагов вперед, чтобы убедиться, что не обманулась, что это не игра воображения. Она подошла совсем близко и, не отрываясь, смотрела на фигуру склонившегося мужчины. Сомнений быть не могло, и в ней уже жила уверенность, что через несколько минут можно будет ехать. Сколько раз из-за этой проклятой машины они застревали в дороге, опазды- вали на разные встречи, но в конце концов он всегда умел по- мужски договориться с капризным «опелем». Белая рубашка, так не вяжущаяся с жалкой полуразвали- ной, грязные, в саже и масле, руки. Руки сильного, уверенного в себе мужчины… Она знала, сколько было в них тепла и нежности… Каждое их прикосно- вение упраздняло ненужное существование слов. Круг этих рук был самой надежной защитой от всех земных напастей, от болезней и одиночества. Когда же он разомкнулся, в дру- гой защите уже не было смысла. За смертью вновь рождаешься на свет. И страх, и боль уже переносимы… Откуда эти строки? Голову стянуло обручем, и перед глаза- ми запрыгали строчки, беспорядочно и безостановочно. Мно- жество строчек из той жизни. Ее стихи. Она писала их много лет, патологически не испытывая потребности в читателе. Сти- хи рождались трудно, и это было спасением. Как же она на- зывала этот процесс? Было в этом названии что-то ирониче- ское, ах да, — стихотерапия. Тогда она еще помогала. И хотя надеяться было уже не на что, ей все верилось в какое-то чудо, эдакая детская вера в happy end. Сказка кончалась, но она должна была начаться снова. 242
Проза • Возвращение И в его дешевых солнцезащитных очках море приобретало розоватый оттенок. Сколько времени он вынашивал необходимость расставанья? Каждый раз говорил себе, что этот день последний, и не мог решиться, не мог оторваться, не мог себя оторвать от нее. В те последние дни он отдавался ей так исступленно, что за- бирал ее всю, и казалось, что в них не оставалось ничего, что бы принадлежало каждому в отдельности. В этом чувствен- ном и целостном постижении друг друга оба они искали за- щиты от неотвратимой и очевидной для обоих беды. Отступление от безраздельности, от предназначенности каждый раз откладывалось. Но однажды свершилось безвоз- вратно. Все куда-то рухнуло, провалилось. Кажется, началась эпоха веч- ной немоты. А потом в голове завертелись всякие банальности: несо- стоявшееся счастье, ничем не заполнимая пустота, необхо- димость довольствоваться, жить в печали и нелюбви… Тарахтенье ожившего мотора вывело ее из оцепенения. Ма- шина удалялась, оставляя за собой клубы дыма. Через не- сколько секунд она и вовсе исчезла из поля зрения. Все кончено. Что делать, милый мой… Мне ль за твоей «каретой» в роли грума Плестись… Единственный, родной, Как ты такое мог придумать?.. Ветер зашелестел в густой кроне деревьев, и снова она услышала в шорохе листьев на этот раз чуть насмешливое: «Хорошо, что вернулась….» Больше не хотелось бродить по городу. Дорога домой была безрадостной. Ключ долго не поворачивался в замке, будто не желая пустить ее обратно, в ее сегодняшний день. 243
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи Сначала она включила чайник, но когда он вскипел, пить чай уже расхотелось. Она прошла в комнату, поставила свой любимый диск и забралась с ногами в кресло. Музыка оку- тывала ее как туманом, и она чувствовала себя невидимой и защищенной. Звуки расслабляли и успокаивали, нежили и баюкали. Уже почти засыпая, она услышала внутри себя об- рывки давних стихов, расползающихся по поверхности звуков: … Скрипки — легких рук касанье. Без надежды, как у Глюка, Льется долгим расставаньем И безмерностью разлука. … Откуда взялся этот дом за городом, она не помнила, но каж- дое лето у нее гостили племянники. Она очень любила их, и весь год был сплошным ожиданием их приезда. Она варила варенье, крутила банки солений и маринадов, сажала цветы в палисаднике — все это с мыслью о них. Племяшка любила все красивое, а племянник — все вкусное. Они были такие разные, но бесконечно милые. А главное — с ними дом ожи- вал, обретал значимость, наполнялся звуками радости и ото- гревался, забывая на время холод одиноких зимних дней. Вдоль забора был посажен густой кустарник, так что со сто- роны улицы дома совсем не было видно. Никакой шум извне не доносился в это зеленое царство. Все здесь дышало безмя- тежностью. Вечерами дети усаживались на траву, разгляды- вали звездное небо, болтали о разных пустяках, отгоняя на- зойливых комаров, подтрунивали друг над другом. И весь мир казался им таким прочным, таким вечным. — Не смей! Не смей трогать! — тоненькая девчушка с рас- пущенными каштановыми волосами безуспешно пыталась отогнать от стола своего братишку. Он тянул руки к миске с красной смородиной, а она гонялась за ним вокруг деревян- ного стола. — Это же так красиво, а ты все разрушишь. Ты толь- ко посмотри, — она поднимала высоко над головой тонкую 244
Проза • Возвращение ручку с ягодами, — красные гроздья на резной веточке — это же само совершенство! Что ж ты, обжора бесчувственный, де- лаешь! Убери руки, а то сейчас как дам полотенцем! Она могла часами смотреть на эту радостную возню детей. Сколько было их, таких счастливых моментов в ее жизни! С появлением этого человека в доме поселилось что-то ино- родное. Он так много курил, что казалось, будто сигарета при- росла к его губам. Пугая каким-то нарочитым безразличием, боязнью причастности и раздражающей молчаливостью, он вдруг появлялся из своей комнаты, и веселью и непосред- ственности наступал конец. Большую часть времени он сидел в своей комнате, равнодушно листая страницы разных книг, с детьми общался только по необходимости, иногда выходил во двор с неизменной сигаретой в уголке рта. С какой злорадностью судьба разит счастливых! Так и вижу ее кривой оскал. Тот день пришлось провести в городе. Неотложные дела тре- бовали ее присутствия, и только с наступлением темноты она добралась до вокзала. В электричке народу почти не было, но все равно было душно. То ли от духоты, то ли от усталости, она снова ощутила чувство смутной тревоги; ее неотвязно преследовал запах дешевого табака. Потом ей представился длинный деревянный стол на кухне с двумя недопитыми круж- ками молока и миской свежесобранной клубники. Тревога не утихала, а только росла по мере приближения к дому. Выходя из вагона, она знала почти наверняка, что случилось что-то непоправимое. Как же она бежала всю дорогу, не жалея себя, стараясь забыться в этом беге до полного изнеможения. Не спастись! Сначала она почувствовала запах гари и только потом уви- дела языки пламени, которые уже лизали кустарник у забора. Пожарные приехали слишком поздно. Первых ожогов она даже не почувствовала. Оранжевый свет застилал все на ее пути, 245
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи ослепляя и сбивая с толку. Где-то тут должна была быть дверь — вместо нее зиял черный провал, из него валил дым и выры- вались струи огня. Кто-то пытался удержать ее, она почув- ствовала резкую боль в груди и поняла, что задыхается. До нее доносились чьи-то незнакомые голоса, а потом навалилась пустота. Сделав усилие, она открыла глаза, заставила себя пошеве- литься. Ужас пережитого не давал ей вернуться в реальность, был сильнее этой реальности. А может, этот ужас и был ре- альностью?.. Где вы, бесконечно дорогие моему сердцу дети?.. Было больно дышать, горло саднило. Электрическое табло часов беспорядочно мигало, не показывая никакого времени. Кромешная ночь обступила со всех сторон. Она тяжело встала с кресла и осторожно двинулась в ванну. Отражение в зеркале было ошеломляюще чужим. Она отчеливо увидела женщину с пугающе неподвижным лицом, сведенным страшной судо- рогой — смесь страха и боли, рвущаяся из глаз. Побег из про- шлого не удался. Оно беспощадно смотрело на нее и вязким маслянистым пятном расползалось в сознании. Что-то происходило с пространством: стены ванной удли- нялись, уходя все дальше и дальше, а свет становился все сла- бее. Зеркало и дверь исчезли, и она оказалась в полутемном туннеле без начала и конца. Как в фильме ужасов, гладкие ка- фельные стены превращались в шершавые бетонные наросты. Она попробовала пошевелиться, но ноги тут же запутались в обрывках колючих проводов. С каждой минутой росло па- рализующее чувство безысходности. Но что-то внутри все же противилось обволакивающей тяжелой массе. Она заставила себя пошевелиться, сделать еше несколько шагов. Ее движе- ния были абсолютно бесшумны, она не слышала ни звука сво- их шагов, ни своего дыхания, даже сердце в груди, казалось, замерло. И вдруг в этой ужасающей тишине послышался шорох. Вглядываясь в темноту, она увидела копошащуюся 246
Проза • Возвращение серую массу, и это живое пятно стало распадаться на мерз- ких длиннохвостых тварей. Крысиное логово! Ничего более отвратительного она не видела в жизни. В оцепенении она прижалась спиной к холодной стене туннеля. Их было так много, так безнадежно много!.. Эти твари проворно мельте- шили по всей длине туннеля, суетливо карабкались по сте- нам, по-хозяйски тыкаясь носами в каждую выбоину. Они не трогали окоченевшую от ужаса гостью, не причиняли ей никакого вреда, нарочито не замечали ее. Казалось, что все их перемещения имели какой-то злове- щий порядок и пугающий смысл. Крысы готовились к велико- му нашествию, и в преддверии грядущей интервенции отдель- ная человеческая особь, случайно забредшая в их стан, не име- ла никакого значения. С противоположной стены на нее вдруг пристально глянули умные, почти человечьи глаза. Смотрели враждебно и насмешливо, как бы говоря: «Ну что ж ты так скукожилась, бедняжка! Не нравится наше царство? Глупая фантазерка! Это и есть настоящая жизнь. Видишь, сколько нас, как мы сильны и отвратительны. Завтра весь мир будет наш. Жалкие, никчемные людишки, решившие соразмерить идеей справедливости и красоты несовершенную жизнь, как вы смешны и беспомощны! Только зло всесильно, потому что оно безгранично и не знает запретов». Воздух туннеля становился все более зловонным. Дороги назад не было. Наверху еще безмятежно спали люди, ничего не зная об опасности, притаившейся под землей. … Утро следующего дня было тусклым и тоскливым. Серые об- лака вперемежку со свинцовыми тучами облепили небо. Все краски померкли, как будто неумелый художник разбавил ак- варели мутной водой. Даже цветущие деревья и кустарники казались неживыми, за одну ночь они растеряли свежесть и аромат. Из домов выходили невыспавшиеся, раздраженные люди. Бог весть, куда и зачем они спешили. Как безлико и без- радостно было это множество, как оно было уязвимо… 247
Елена Фрейдкина • Неслучайные встречи Ее любимая липовая аллея застыла зеленым изваянием. Ни дуновения ветерка, ни дружеского приветствия. Она об- вила руками знакомый ствол, прижалась к нему всем телом, прислушалась, ища созвучия. Как хотелось ей услышать сей- час эти слова, еще раз поверить в возможность возвращения! Но она больше ничего не слышала. Только чувствовала от- торжение. Город, любимый город, обрекал ее на изгнание и бездолье, как тысячи других городов, загоняя обратно в мрак и ужас крысиного туннеля, смерти и пепелищ.
ВСЕ ОСТАЕТСЯ ЛЮДЯМ 1 Поздним субботним вечером из открывшейся двери дома на тихой хайфской улице показались две семейные пары. Жен- щины шли впереди, разговаривая и улыбаясь, мужчины — на небольшом расстоянии за ними, молча и расслабленно. Подойдя к машинам, они начали прощаться, обмениваясь ничего не значащими словами. Одна из женщин сказала: — Хорошо провели этот вечер, было очень приятно, я во- обще Верочку обожаю. Какая чудесная женщина! Ее подруга была более сдержана и резонно заметила: — Только Игоря жалко. Он всю дорогу так мучился, так ждал, когда мы наконец уйдем и оставим его в покое. Может, в следующий раз встретимся где-нибудь на нейтральной тер- ритории? После этих слов все четверо почувствовали себя несколько сконфуженно, торопливо расселись по машинам и разъехались. После ухода гостей Вера быстро убрала со стола, помыла посу- ду, устало опустилась на стул. Дом погрузился в тяжелую тиши- ну, как будто где-то в одной из дальних комнат лежал неизле- чимо больной и ждал своего часа. Оживление, старательно изображаемое ею весь вечер за двоих — за себя и за своего мужа, — стерлось с лица, как последние капли воды с вымы- той тарелки. — Господи, почему ему всегда плохо, если мне хорошо? Почему даже самую маленькую радость надо испортить своим недовольством? 249
Search
Read the Text Version
- 1
- 2
- 3
- 4
- 5
- 6
- 7
- 8
- 9
- 10
- 11
- 12
- 13
- 14
- 15
- 16
- 17
- 18
- 19
- 20
- 21
- 22
- 23
- 24
- 25
- 26
- 27
- 28
- 29
- 30
- 31
- 32
- 33
- 34
- 35
- 36
- 37
- 38
- 39
- 40
- 41
- 42
- 43
- 44
- 45
- 46
- 47
- 48
- 49
- 50
- 51
- 52
- 53
- 54
- 55
- 56
- 57
- 58
- 59
- 60
- 61
- 62
- 63
- 64
- 65
- 66
- 67
- 68
- 69
- 70
- 71
- 72
- 73
- 74
- 75
- 76
- 77
- 78
- 79
- 80
- 81
- 82
- 83
- 84
- 85
- 86
- 87
- 88
- 89
- 90
- 91
- 92
- 93
- 94
- 95
- 96
- 97
- 98
- 99
- 100
- 101
- 102
- 103
- 104
- 105
- 106
- 107
- 108
- 109
- 110
- 111
- 112
- 113
- 114
- 115
- 116
- 117
- 118
- 119
- 120
- 121
- 122
- 123
- 124
- 125
- 126
- 127
- 128
- 129
- 130
- 131
- 132
- 133
- 134
- 135
- 136
- 137
- 138
- 139
- 140
- 141
- 142
- 143
- 144
- 145
- 146
- 147
- 148
- 149
- 150
- 151
- 152
- 153
- 154
- 155
- 156
- 157
- 158
- 159
- 160
- 161
- 162
- 163
- 164
- 165
- 166
- 167
- 168
- 169
- 170
- 171
- 172
- 173
- 174
- 175
- 176
- 177
- 178
- 179
- 180
- 181
- 182
- 183
- 184
- 185
- 186
- 187
- 188
- 189
- 190
- 191
- 192
- 193
- 194
- 195
- 196
- 197
- 198
- 199
- 200
- 201
- 202
- 203
- 204
- 205
- 206
- 207
- 208
- 209
- 210
- 211
- 212
- 213
- 214
- 215
- 216
- 217
- 218
- 219
- 220
- 221
- 222
- 223
- 224
- 225
- 226
- 227
- 228
- 229
- 230
- 231
- 232
- 233
- 234
- 235
- 236
- 237
- 238
- 239
- 240
- 241
- 242
- 243
- 244
- 245
- 246
- 247
- 248
- 249
- 250
- 251
- 252
- 253
- 254
- 255
- 256
- 257
- 258
- 259
- 260
- 261
- 262
- 263
- 264
- 265
- 266
- 267
- 268
- 269
- 270
- 271
- 272
- 273
- 274
- 275
- 276
- 277
- 278
- 279
- 280
- 281
- 282
- 283
- 284
- 285
- 286
- 287
- 288
- 289
- 290
- 291
- 292
- 293
- 294
- 295
- 296
- 297
- 298
- 299
- 300
- 301
- 302
- 303
- 304
- 305
- 306
- 307
- 308
- 309
- 310
- 311
- 312
- 313
- 314
- 315
- 316
- 317
- 318
- 319
- 320
- 321
- 322
- 323
- 324
- 325
- 326
- 327
- 328
- 329
- 330
- 331
- 332
- 333
- 334
- 335
- 336
- 337
- 338
- 339
- 340
- 341
- 342
- 343
- 344
- 345
- 346